Глава 14. Что это, во имя преисподней, такое?!
Тусклый свет факела попытался выхватить из темноты чешуйки и клыки, показавшиеся из-за угла прохода, но тщетно — казалось, сама тварь поглощала его по мере приближения. Клаус шагнул вперёд, заслоняя Арию, а Айзек сместился в сторону, чтобы не путаться у них под ногами.
— Что это, во имя преисподней, такое?!
— воскликнул Айзек, получше разглядев чудовище.
В массивной морде рептилии на каждой челюсти торчало по дюжине клыков, едва помещавшихся в пасти. Вместо глаз светились оранжевые шары с вертикальными чёрными щелями зрачков ровно посередине. Век у твари не было, а её глаза шарили по пещере независимо друг от друга, словно принадлежали двум разным существам. От надбровных дуг назад уходили два рога с изогнутыми наружу концами. Сама голова достигала полутора футов в длину, и ещё на полфута тянулись рога.
— Похоже на дракона, но с ним что-то не так, — пояснила Ария, готовясь наложить заклинание на весь отряд.
— Благодатное благословение небес!
— произнесла она, и от неё потянулся мягкий золотистый свет, коснувшись каждого из них.
Айзек почувствовал, как обострились его чувства, а мир вокруг слегка замедлился. Он понимал, что ускорилось лишь его собственное восприятие, но жаловаться явно не собирался.
Когда золотое сияние померкло, монстр окончательно вышел на свет. Из темноты ступила чёрная мохнатая лапа, окутанная тенями, за ней вторая, а следом показалось и туловище. Чудовище походило на гигантского теневого волка с драконьей головой. Но самым безумным было даже не это смешение тел, а шесть рассекавших воздух каменных щупалец. Они росли прямо из спины — по три с каждой стороны хребта на расстоянии около восьми дюймов друг от друга — и в диком неистовстве рыскали в поисках добычи.
— Химера, — прошептала Ария.
С пасти зверя капала слюна. Его глаза сфокусировались на Айзеке — вне всяких сомнений, тварь ощутила ту же связь, что и он сам. Она пригнулась к земле, готовясь к прыжку.
Клаус не медлил ни секунды: наставив алебарду, он ринулся вперёд, и взгляд чудовища тут же метнулся на движение. Айзек стряхнул оцепенение, вызванное видом этого уродства, и побежал в обход, надеясь рубануть зверя длинным мечом сбоку, пока Клаус отвлекает его внимание на себя.
Черпнув из своего резерва маны, восполнившегося едва ли наполовину, Айзек выпустил наружу тени. Полная невидимость ему была ни к чему — она бы потребовала ещё больше маны, — хватало и того, чтобы просто стать менее заметным и бесшумным. Тем временем Клаус добрался до монстра и обрушил топор алебарды на его голову.
Три щупальца взметнулись навстречу лезвию. Одно рассекло пополам, во втором топор увяз до середины, а третье обвилось вокруг древка, пытаясь вырвать оружие из рук воина. Клаус дёрнул алебарду на себя с такой силой, что его сапоги проскребли на несколько дюймов по каменному полу. Второе щупальце оказалось перерублено до конца, а третье уступило в состязании на силу.
Золотая стрела Арии ударила монстра прямо в лоб, но тот даже не вздрогнул. Повернувшись к ней, он до предела распахнул пасть. Она оказалась такой огромной, что Айзеку почудилось, будто между этими челюстями легко поместится всё его туловище.
По клыкам пробежали дуги молний, а из глотки хлынул бело-голубой свет. Глаза Арии расширились, и она нырнула в сторону. Добравшись до твари, Айзек рубанул её по передней лапе. Пара щупалец тут же обвилась вокруг его клинка. Клаус снова замахнулся в голову, с удивлением заметив, что два отрубленных отростка уже успели отрасти заново, и на этот раз его оружие перехватили четыре свободных щупальца.
Раздался оглушительный треск: разряд магической молнии в одно мгновение преодолел расстояние от зверя до стены. К счастью, распахнув пасть, чудовище перестало видеть цель, и молния рассекла лишь пустой воздух, прежде чем врезаться в камень.
За ударом последовал грохот обрушившейся породы. Клаус пытался высвободить оружие, а Айзек уже подумывал просто бросить длинный меч и выхватить что-нибудь другое. И тут раздался звук, который невозможно было ни с чем спутать: удар камня о дерево и треск ломающихся древков. Поднимаясь на ноги, Ария рискнула бросить взгляд через плечо. В свёрток, внутри которого покоился их юный товарищ, вмялся булыжник размером с её голову.
— Крис!
— закричала Ария, после чего резко повернулась обратно к монстру и выпустила новое заклинание. Оно отличалось от всего, что Айзек видел в её исполнении прежде.
— Властью моей богини я лишаю тебя способности воспринимать!
— выкрикнула она, и Айзек почувствовал, как на Химеру снизошло чьё-то присутствие.
Услышав крик Арии, Айзек и Клаус тут же бросили застрявшее оружие, опустили правые руки к поясам и невероятно слаженно выхватили кинжалы. Монстр отшвырнул их клинки себе за спину и повернул голову к Клаусу. В этот миг произошло сразу три события.
Во-первых, на зверя опустилось то самое присутствие: его глаза и ушные отверстия, скрытые под рогами, заволокло золотым светом. Во-вторых, кинжал Айзека скользнул по рогу Химеры, тогда как лезвие Клауса на полдюйма вошло твари прямо в лоб между глаз. И в-третьих, чудовище решило, кого убьёт первым.
Все шесть щупалец потянулись к Клаусу. Монстру больше не нужно было ни видеть, ни слышать, а воин находился слишком близко, чтобы увернуться. Отростки обвились вокруг его рук и головы, намертво обездвижив. Айзек ударил зверя в шею, благо его глаза теперь смотрели совсем в другую сторону. Чешуя приняла на себя большую часть удара, и кинжал застрял на глубине в дюйм, пробив сразу три чешуйки.
Ария пустила в монстра ещё одну золотую стрелу. Клаус отчаянно пытался вырваться из хватки щупалец, грозивших расплющить его доспех вместе с ним самим. Айзек разжал пальцы, оставив кинжал в шее твари, и обнажил короткий меч. Чудовище снова распахнуло пасть.
Глаза всех троих расширились — каждый понял, что сейчас произойдёт. Айзек шагнул к голове зверя сбоку, перекрывая линию обзора Арии, и направил остриё меча прямо в глаз монстра. Сверкнула молния, по туннелю прокатился грохот, золотая стрела врезалась в кожаный доспех, а стальной клинок пронзил оранжевое око.
В следующее мгновение плечо Айзека обожгло огнём. Он услышал крик Арии, но не разобрал слов: забившаяся от боли тварь мотнула башкой и со всей силы приложила его в грудь. Клауса отшвырнуло прочь; посреди его нагрудника раскалённым оранжевым кругом в четыре дюйма светился металл.
Не выпуская меча, Айзек отлетел на несколько футов от монстра. Удар выбил из него весь дух, и он не успел среагировать на метнувшееся следом щупальце. Отросток схватил его за плечо, и сустав с хрустом вышел из сумки. Швырнув парня ещё на несколько футов дальше, щупальце отпустило его, и Айзек рухнул прямо на вывихнутое плечо.
Ария бросилась вперёд; монстр взбрыкнул и завалился набок. Едва воздух вернулся в лёгкие, Айзек заорал от боли. В следующий миг Ария уже была рядом.
— Хорошо, раз орёшь — значит, живой, — бросила она и со всех ног кинулась к Клаусу, лежавшему дальше по туннелю.
Когда она подбежала к нему, зверь всё ещё бился в предсмертных судорогах, и несколько щупалец едва не задели её. Но она даже не поморщилась. Казалось, в этот миг для неё существовал только Клаус. Расстегнув ремешок шлема, она отбросила его в сторону, наклонилась и прижала острое ушко к его рту и носу в надежде услышать дыхание.
Прядь её волос упала на нагрудник и тут же задымилась. Отпрянув, Ария принялась яростно срывать с воина кирасу.
— Только не сейчас, чёрт тебя дери! Клаус, я не позволяю тебе меня бросить!
— кричала она на него, но ответа не было.
Отшвырнув нагрудник себе за спину, она разорвала всё ещё дымящийся поддоспешник. Обжигая пальцы, она не останавливалась.
— О нить судьбы, молю, внемли! Не отпускай его с земли. Пусть жнец не тронет душу впредь. Молю, срастись и исцели!
— прокричала она, прижимая ладони к его груди.
Из её рук хлынул поток золотого света, окутав всё тело Клауса. Прошла секунда, за ней другая.
Айзек смотрел на это со слезами на глазах от собственной боли и с благоговейным трепетом в душе. Клаус был мёртв. Айзек чувствовал это. Он сам видел, как молния прошила воину грудь насквозь, сохранив при этом достаточно мощи, чтобы опалить стену позади него. Но Ария не предавалась горю. Нет, она молилась, сосредоточив всю свою волю. Она возвращала его к жизни. Сражалась со жнецом, чтобы вырвать его обратно.
Клаус сделал глубокий вдох, и Ария тут же запела заклинание исцеления. Перевернув воина на живот, она отбросила заднюю пластину доспеха и просунула ему за спину свой посох, чтобы тлеющий стёганый поддоспешник перестал жечь кожу. Клаус застонал, но вскоре провалился в забытьё.
Ария села на пятки и глубоко вдохнула, после чего медленно и протяжно выдохнула. Повернувшись к Айзеку, который сидел, прижимая к себе вывихнутую руку и разинув рот от увиденного чуда, она улыбнулась и произнесла лишь одно слово:
— Пусто.
И тут же лишилась чувств, рухнув лицом прямо на каменный пол. Айзек поморщился от звука удара, неловко дёрнул плечом и скривился ещё сильнее.
Оставшись единственным человеком в сознании во всём туннеле, Айзек повернул голову к окаменевшему разведчику. Булыжник дюймов восьми в поперечнике вмялся в свёрток из факелов и верёвок как раз там, где должны были находиться его ноги. Айзек сглотнул.
— Надеюсь, тот высокоуровневый клирик сможет починить и это, — произнёс он.
Перебравшись обратно на место, где сидел до боя, он нашёл свой рюкзак. Сейчас бы не помешало промочить горло. Медленно и осторожно отвязав бурдюк, он сделал глоток воды.
— Пора бы мне прекращать оказываться на волосок от смерти, — сказал он в пустоту.
— Хотя схватка вышла по-своему весёлой. В конце концов, любой бой, в котором ты выжил, можно считать удачным.
Затем он закрыл глаза и принялся ждать.
Дышал он медленно и поверхностно, стараясь не тревожить плечо, пока ждал пробуждения Арии и Клауса. Спать было нельзя — требовалось держать ухо востро. Химера двигалась абсолютно бесшумно, а поскольку туловище у неё было от теневого волка, Айзек рассудил, что и сами волки при желании способны на такое.
Он также смекнул, что не ходят они бесшумно всё время по той же причине, по которой сам он не остаётся постоянно невидимым: им попросту не хватает скорости восстановления маны для непрерывного поддержания эффекта.
— Паршиво, — вслух пожаловался Айзек шёпотом.
— И что мне теперь делать? Спать нельзя, унять эту боль я тоже не могу. Мы торчим посреди туннеля, с обоих концов заваленного трупами. А ну как на запах мертвечины заявится тварь покрупнее в поисках обеда? Крышка нам тогда, вот что, — продолжал бормотать он себе под нос.
Открыв глаза, он огляделся по сторонам. Ближайшие несколько часов обещали тянуться очень долго.
Примерно через час Айзек сидел, прислонившись затылком к стене и закрыв глаза. Он убедил себя, что так ему будет проще сосредоточиться на слухе. Увы, на деле это привело лишь к тому, что уже через несколько минут он крепко спал.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…