Глава 24. Завоевание Северного Оми
1561 год, середина шестого месяца, уезд Камо, провинция Оми, замок Каннондзи, Хираи Садатакэ
Господин собрал Шесть мужей в кабинете. Я подумал, не случилось ли чего, но настроение у господина было неплохим. Нет, даже весьма хорошее. Интересно, что же произошло. Я посмотрел на лица всех — все выглядели озадаченными. Похоже, никто не догадывался.
— Из Кицуки, нет, от Ягоро прибыл гонец.
— Господин Ягоро должен был сражаться с войсками Асаи в уезде Ика. …Неужели он победил?!
На слова Гото Тадзима-но-ками господин рассмеялся.
— Угадал, Тадзима. Но это не просто победа. Этот Ягоро захватил замок Одани и пленил Асаи Симодзукэ-но-ками вместе с его семьёй. Великая победа.
Поднялся шум. Господин, Гото, Синдо и Мэгата расплылись в улыбках, но остальные трое — молодой господин нахмурился, а лица Микумо и Гамо остались непроницаемыми. Похоже, им это было не по душе. Впрочем, в письме от Саё говорилось, что у Асаи было какое-то движение, и она поспешно вернулась в Сиоцухаму, но чтобы Ягоро разбил Асаи…
— Господин Хираи, поздравляю. Вы обрели прекрасного зятя.
— Нет, благодарю.
— Тадзима, а мне ты поздравлений не скажешь? Ягоро — мой зять.
— Прошу прощения. Господин, поздравляю вас. Гото Тадзима-но-ками от всей души рад за вас.
Когда господин пошутил, Тадзима-но-ками с серьёзным видом произнёс поздравительную речь. Я невольно фыркнул. Господин и Тадзима-но-ками тоже рассмеялись.
— Зять мой — работящий малый. Кто бы мог подумать, что он захватит Одани сразу после свадьбы. Нет, быстро, я поражён. У Асакура, небось, душа в пятки ушла.
Господин снова весело рассмеялся. Теперь союз Асаи и Асакура удалось разбить. Поручив Северное Оми Кицуки, можно будет сдерживать и Асакура. Должно быть, он так думает.
— Зять говорит, что у него есть ко мне просьба.
— О, и какая же?
Когда Мэгата спросил, господин хихикнул.
— Он просит, чтобы я занял уезд Саката. Говорит, что у него руки не доходят, и он в отчаянии.
— Это…
— Это значит, что он отдаёт мне уезд Саката. Как всегда, Кицуки щедр, а?
На слова господина все, кроме троих, рассмеялись. Уезд Саката в Оми — до ста тысяч коку не дотягивает, но восемьдесят тысяч коку, пожалуй, будет. Действительно, щедро. Господин тоже сиял улыбкой.
— Ягоро, похоже, движется на север уезда Ика. Он намерен занять перевалы Тотиноки и Янагасэ. Если так, Асакура не смогут выйти из Этидзэн в Оми. Он хочет занять их прежде, чем Асакура в панике начнут двигать войска.
На этот раз все закивали.
— Понятно? Вот так, на юг у него рук не хватает.
— Что-то мне неловко.
— Не скажите, Тадзима-но-ками.
— Что вы имеете в виду, Ямасиро-но-ками?
— Получив уезд Саката, мы будем граничить с уездом Фува в Мино. Тадзима-но-ками, вы ведь знаете про заставу Фува. Истинное намерение господина Ягоро, вероятно, таково: он берёт на себя Этидзэн, а Мино поручает нам.
Гото издал стон.
— В самом деле, возможно, Ямасиро прав. Тогда нужно действовать быстро и укреплять оборону. Готовьтесь к выступлению.
— Есть!
— Не отставайте от моего зятя! Давайте воссияем воинской доблестью Роккаку!
Господин вскинул правую руку, раздался крик «О!», и все рассмеялись.
Когда мы вышли из кабинета, Тадзима-но-ками заговорил со мной.
— Вы не слишком обеспокоены, Кага-но-ками?
— Тадзима-но-ками.
— Вы, наверное, беспокоитесь о молодом господине, господине Гамо и господине Микумо?
— Вы заметили?
— Как тут не заметить. Ямасиро-но-ками и Дзиро-саэмон-но-дзё тоже заметили.
Тадзима-но-ками выдохнул.
— Похоже, им это не по душе, но дому Роккаку нужны надёжные союзники. Раз уж на Вакаса, на Такэда, нельзя положиться, сотрудничество с Кицуки совершенно необходимо. Не только я, но и Ямасиро-но-ками, и Дзиро-саэмон-но-дзё думают так же.
— Я тоже так считаю.
Тадзима-но-ками кивнул.
— У молодого господина, господина Гамо и господина Микумо есть кое-какие счёты с господином Ягоро. Поэтому они, похоже, его недолюбливают, но со временем они поймут. Не беспокойтесь слишком.
— Благодарю за заботу.
Когда я поблагодарил, Тадзима-но-ками слегка кивнул и удалился. Хорошо бы, если так и было…
1561 год, середина седьмого месяца, деревня Ясуикава, уезд Такасима, провинция Оми, замок Симидзуяма, Кицуки Танэцуна
— Брат.
— О, Курондокоро.
— Вы всё ещё здесь?
— М-да, никак не могу насмотреться. Куда ни глянь — всё зелено. А осенью это заколышется золотом. Воистину великолепно.
На мои слова Корэцуна рассмеялся так, будто ему было невыносимо смешно.
— Брат, господин-то наш отличился.
— Мы уже говорили об этом раньше, Курондокоро.
— И правда, и место то же самое.
Корэцуна снова рассмеялся, будто ему было невыносимо смешно. Ну и тип.
— Помните, брат? Когда господин станет взрослым и достигнет зрелых лет, мы говорили об этом.
— Да, было дело… Десять лет назад, что ли? Уже десять лет, или ещё десять?
— Для меня эти десять лет пролетели как один миг. А для вас, брат?
— Ну, оглянуться не успел, как прошло десять лет, вот так вот.
Мы переглянулись и рассмеялись. Просто было радостно. Брат, наверное, чувствовал то же самое. Мы уничтожили Асаи, и Кицуки стали властителями Северного Оми. Теперь все признают Кицуки. Кто бы мог подумать, что настанет такой день… Кицуки больше не слабый местный правитель, который боится всех вокруг.
— И всё же жаль. Уезд Саката мы так и не захватили.
— Он говорил, что хочет отнять хотя бы Имахаму и Кунитомо, но, похоже, отказался от этой идеи. Раз уж нам придётся и дальше сотрудничать с Роккаку, лучше уступить им целиком — так они будут больше рады. К тому же, есть ещё более неотложная задача — занять север уезда Ика.
— …
— Курондокоро, Кицуки слишком быстро выросли. Ягоро считает, что на приведение в порядок войск и успокоение земель уйдёт как минимум год. Всё это время нам будет нужна защита Роккаку. Нельзя показывать слабость.
Корэцуна кивнул. Улыбки уже не было. Зелёный пейзаж перед глазами вдруг показался поблёкшим. Видимо, и пейзажу надоели эти прозаичные разговоры.
— Дзюдзо доложил, что возле Уэмон-но-ками видели Микумо и Гамо.
— Микумо и Гамо?
— М-да, опасные противники. Управлять дураком им будет легко.
— Вот как, значит, чтобы заставить их замолчать…
— Именно.
Прожжённый Гамо и Микумо из Кога. Скверное сочетание. Без шуток, возможно, лучше избавиться от дурака.
Роккаку включили уезд Саката в свои владения. Для бывших вассалов дома Асаи из уезда Саката, похоже, были приняты довольно жёсткие меры — у некоторых отняли часть земель. По сведениям Восьми врат, среди бывших вассалов Асаи накапливается недовольство. Особенно сильно, говорят, проклинают Роккаку по сравнению с тем, что большинству бывших вассалов Асаи из уездов Асаи и Ика оставили их прежние владения. Это может стать источником новых конфликтов. Хлопотно…
— Господин переедет в Одани? Говорят, замок Одани неприступен?
— Нет, этого не будет. Пока что, наверное, останется в Сиоцухаме. Ягоро говорит, что Одани неудобен.
— Неудобен?
— М-да. Замок, который он любит, должен быть удобен для передвижения, близок к озеру. И близок к врагу. Одани не подходит ни под одно из этих условий. Сиоцухама же удовлетворяет всем. От того замка до Цуруга — меньше десяти ри. Следующая цель Ягоро — Цуруга.
Брат пробормотал «Цуруга».
— Если мы захватим уезд Цуруга, Асакура не смогут вторгнуться в Вакаса. Мы будем сдерживать Асакура у гор Хачибусэ и перевала Киномэ, ожидая, пока Вакаса сгниёт.
— Ожидая, пока сгниёт?
— Дождёмся, пока сгниёт, и тогда Кицуки сожрут. Если сожрать сейчас, окружающие поднимут шум.
— Вот как, действительно, шумно будет.
В Вакаса наконец вспыхнул бунт. Такэда Дзибу-сёсё подавил его, но в землях стало ещё более нестабильно. Бунты могут стать чаще.
— Но если он долго не будет возвращаться, Саё-сама будет жалко.
— Лучше, чтобы он не возвращался.
Брат нахмурился.
— …Что-то случилось?
— М-да, от господина сёгуна постоянно приходят письма. Не только Ягоро, но и мне.
— Вот как.
— И сыновьям, наверное, тоже. Дело приняло скверный оборот.
Корэцуна покачал головой и вздохнул.
— Он хочет, чтобы мы разбили Миёси.
— М-да. Раз Асаи уничтожены, Асакура в одиночку ничего не смогут сделать. Он говорит, что сам выступит посредником, чтобы мы заключили мир. А потом, в союзе с Роккаку, Асакура и Хатаяма, разбили Миёси…
— …
— Господин сёгун жаждет использовать Кицуки, использовать Ягоро. Он надеется, что если Ягоро возьмётся за дело, то легко разобьёт Миёси.
Корэцуна снова вздохнул. Со смертью Сого Кадзумасы у сёгуна рухнула одна из опор, поддерживавших Миёси Нагаёси. Должно быть, у него такие мысли. И он думает, что Ягоро сможет.
— Кицуки, безусловно, выросли. Но это всё равно лишь три уезда Северного Оми. Такасима, Ика, Асаи — вместе, наверное, около двухсот тысяч коку. Войск — от шести до семи тысяч. Если бы мы владели ещё и уездом Саката, было бы почти триста тысяч коку… но всё равно триста тысяч коку, предел — десять тысяч. До Миёси нам далеко.
— Но он этого не понимает.
— М-да.
Способ побед слишком ярок. Из-за этого кажется, что нет ничего невозможного.
— Не думаю, что Миёси не заметили действий сёгуна.
— Они знают, но не обращают внимания. Потому что считают, что мы всё равно ничего не сможем сделать. Возможно, именно поэтому они и сопротивляются…
— Как Миёси отнесутся к нашему дому…
Это беспокоит больше всего. Корэцуна тоже нахмурился, размышляя.
— Не знаю. До сих пор они нас не трогали, но теперь, когда у нас двести тысяч коку в Северном Оми, неизвестно, что будет. Поэтому я и думаю, что лучше ему не возвращаться в Симидзуяму. Господину сёгуну можно сказать, что пока нужно привести в порядок свои земли.
Корэцуна кивнул.
— Хлопотно. Чем больше становится господин, тем сильнее будет желание сёгуна использовать его. А вместе с этим может усилиться и настороженность Миёси.
— Я также подумываю о том, чтобы отправить Саё-сама в Сиоцухаму. Если сделать Сиоцухаму официальной резиденцией, Миёси поймут, что у Кицуки нет интереса к столичным землям.
В результате это должно повысить и безопасность господина сёгуна.
Корэцуна глубоко вздохнул.
— Может, лучше сразу вторгнуться в Этидзэн? Господин сёгун тогда немного поостынет.
— Возможно, уже в следующем году так и будет. Но до тех пор нужно терпеть.
Долго ли ещё будет продолжаться такая жизнь…
1561 год, начало девятого месяца, Сиоцухама, уезд Ика, провинция Оми, замок Сиоцухама, Кицуки Мотоцуна
Наконец-то я примерно разобрался со своими землями. Кое-как понял, просмотрев записи по владениям, которые хранил дом Асаи. Уезды Ика и Асаи вместе — чуть больше ста десяти тысяч коку. Если добавить уезд Такасима, то и до двухсот тысяч не дотягивает. Как и прежде, Кицуки — слабая сила. Примерно половина уездов Ика и Асаи — земли местных правителей, другая половина была прямыми владениями дома Асаи.
Похоже, у Асаи было довольно много мелких местных правителей. Прямые владения Асаи переходят в прямые владения Кицуки. Прямых владений у Кицуки будет около ста двадцати тысяч коку, так что непосредственно подчинённое войско — около четырёх тысяч, войско под командованием местных правителей — около двух тысяч, итого около шести тысяч. У меня самого можно увеличить за счёт денег. Но солдаты местных правителей — в основном крестьяне, нельзя их перенапрягать. Нужно перевести их на наёмную армию…
Нужно дать крестьянам возможность получать доход не рисом, а деньгами. Заставить их платить эти деньги в качестве налога, чтобы дать деньги правителям и нанять солдат. …Научу их делать мыло. Сравнительно просто, любой может быстро освоить производство. Цена мыла немного упадёт, но это неизбежно. В целом прибыль должна вырасти. И ещё хлопок. На хлопковые нити всегда есть спрос. Паруса для кораблей, бинты, фитили, одежда, подушки, одеяла. Будем делать в больших количествах и продавать. Огромная прибыль.
Ещё нужно увеличить количество винокурен. Можно использовать дорогу Хокукоку, будем активно её задействовать. Построим в уездах Ика и Асаи, наймём людей, будем платить деньги. А потом отменим заставы на территории и введём свободные рынки и свободные цеха. Остальное зависит от того, насколько каждый правитель сможет продать купцам особую продукцию своих земель. Это займёт время, но, надеюсь, удастся нанимать солдат за деньги, а не за рис. Если что-то пойдёт не так, пусть Восемь врат проведут расследование. А я буду руководить.
Нужно также увеличить количество мест производства ружей и мечей. Желательно и селитры. Место… есть же Одани. Можно использовать его не как оборонительный пункт, а как производственную базу для военных нужд. Но кого поставить ответственным? Вот в чём проблема. Надо посоветоваться с дедом и двоюродным дедом.
Если бы у меня был уезд Саката, прибавилось бы почти девяносто тысяч коку… Но думать об этом бесполезно, пока нужно поддерживать сотрудничество с Роккаку. Раз я слаб, приходится заискивать перед сильными. Роккаку Ёсиката был очень рад. Прислал письмо, из которого так и сочилась радость. Он попросил отправить ему пленённых членов клана Асаи, и я отправил всех, кроме Агу и её дочерей.
Роккаку Ёсиката обезглавил мужчин, а женщин отправил в буддийские монастыри. Так он наказал тех, кто выставил дом Роккаку на посмешище. Должно быть, у него отлегло от сердца. Мне тоже большая помощь — не пришлось пачкать руки. Мысль о полном истреблении семьи Хисамасы приводит меня в ужас. Некоторые из родственников Асаи сбежали, но большинство, похоже, обратились к Асакура в Этидзэн. Безопасный выбор, но не правильный. На Асакура особо не положишься.
Этот дурак Ёситэру продолжает донимать. Заключить мир с Асакура на этом этапе и ударить по Миёси? Он ничего не понимает. Он писал не только мне, но и деду, и дядям. Дед тоже устал от этого. Он считает, что уже выполнил свой долг, но Ёситэру всё ещё цепляется. Это уже похоже на мстительного духа или проклятие. Устал.
Дядям я сделал строгое предупреждение. Сказал, пусть решают окончательно — идти за мной или за Ёситэру. Оба без колебаний сказали, что последуют за мной. Они оба были внутри сёгуната и хорошо знают, что он никуда не годится. Выбор между таким сёгунатом и домом Кицуки, видимо, был для них очевиден. После этого мы договорились, что все письма от Ёситэру они будут показывать мне. Вернее, они сами это предложили. Похоже, для них обоих Ёситэру тоже тяжкое бремя.
Более того, они попросили отозвать из столицы двух других дядей, которые там находятся. Говорят, те сами их об этом просили. Похоже, они устали от того, что Ёситэру при каждом удобном случае заговаривает о том, чтобы использовать Кицуки для разгрома Миёси. Если ответить не так, как надо, Миёси будут коситься. Для обоих столица, видимо, становится неудобным местом. Хорошо, я отзову их сюда. Буду постепенно сокращать точки соприкосновения с Ёситэру. Превращусь из верного вассала сёгуната в даймё эпохи Сэнгоку. Из безобидного зелёного ужа — в ядовитую гадюку. Ёситэру тоже перестанет ко мне приближаться.
Прежде всего нужно создать основной закон для управления землями Кицуки — уложение Кицуки. Кицуки слишком быстро выросли. И выросли, поглотив вассалов Асаи. Нельзя давать вассалам Асаи повод для беспокойства. Нужно чётко дать понять, что Кицуки не будут править произвольно, а будут действовать по закону. То, что демонстрирует этот закон, и есть уложение Кицуки. Оно должно развеять их тревоги. В этом уложении я отменю право убежища, отрицая авторитет сёгуната. Они перестанут думать, что Кицуки — лёгкий в управлении даймё, который дорожит авторитетом сёгуната… Надеюсь. Голова болит.
Умэмару, Набэмару, Ивамацу, Торамару и Тиёмару прошли обряд совершеннолетия. Они стали Кицуки Тикара Мотоясу, Хиоки Сукэгоро Накатада, Миякава Дзюдзабуро Митицугу, Аракава Хэйсиро Нагаёси и Наганума Дзимпатиро Юкисада соответственно. Они находятся в замке Сиоцухама как мои приближённые. И по моему приказу роются в документах дома Асаи, изучают их и щёлкают на счётах. Ближайшее время войн не будет. Я буду использовать их как гражданских чиновников. Это хороший способ дать им понять, что работа — это не только война. Дам им поучаствовать и в создании уложения. Хорошая возможность узнать, что значит управлять страной.
Нужно также продумать структуру администрации и армии дома Кицуки. Прежние методы уже не годятся. В административной сфере создам должности, отвечающие за суд и тяжбы, финансы, сельское хозяйство, торговлю, промышленость и общие дела. В армии — боевые части, штаб, тыловое обеспечение. И поставлю совет старейшин для общого руководства. От пяти до десяти человек. В него нужно будет включить и бывших вассалов Асаи. Всё ещё не хватает людей. Надо посоветоваться с дедом, Гороэмоном и Синдзиро.
Ну а теперь пойду развлекать Саё.
1561 год, начало девятого месяца, уезд Синагата, провинция Синано, Каванакадзима
Внутри шатра один полководец начал говорить своим вассалам.
— Этой ночю вс войска переправятся через реку.
— …
— Мы спустимся с этой горы Сайдзё прежде, чем ночные отряды Такэда ударят сюда. И на Каванакадзиме мы упредим Сингэна, который ждёт нас там, и возьмём его голову.
Голос был спокоен, но в нём чувствовалась сила. Вассалы закивали.
— А как насчёт подготовки к ночной атаке?
— Не нужно.
Выражение лиц вассалов изменилось.
— Никакой подготовки не нужно. Просто стремтесь к голове Сингэна. Отступление запрещено, только вперёд.
— Но…
Когда один из вассалов подал голос, полководец прервал его.
— Жизнь и смерть не предопределены, в смерти рождается жизнь. В этом мире нет судьбы. Жизнь ест только там, где сражаешся, отчаянно не щадя живота. Не бойтесь смерти, перешагните через неё. А за ней — голова Сингэна.
— …
— Поставьте всё на этот бой.
Вассалы склонили головы.
Четвёртая битва при Каванакадзиме должна была вот-вот начаться.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…