Глава 5. Наедине
— В моей комнате?
— Да, он сказал, что непременно хочет поговорить с тобой с глазу на глаз. Вы ведь хорошо ладите, и если речь пойдёт о вашем будущем, ничего дурного в этом нет.
Услышав такие слова от отца, я невольно склонила голову набок.
Кажется, в прошлый раз по случаю помолвки мы встречались во внутреннем дворике.
Вокруг, помимо родителей, стояли горничные, и все с радостными улыбками смотрели, как Рейнид приносит рыцарскую клятву.
А теперь он хочет поговорить вдвоём, да ещё и в моей комнате?
Когда Камилла приготовила чай, нам доложили, что Рейнид прибыл в особняк.
Я взволнованно ждала его, и вот дверь отворилась, и в комнату вошёл он сам.
Когда я видела его в последний раз, он был выше моего отца, с крепким натренированным телом и вечно нахмуренными бровями.
От одного взгляда на юного двенадцатилетнего Рейнида, которого я так давно не видела, в груди слегка кольнуло.
Серебристые волосы, которые он коротко остриг сразу после посвящения в рыцари, сейчас всё ещё были длинными и собранными сзади в хвост.
Рейнид, почти не отличавшийся от меня ростом, пробуждал во мне щемящую тоску по прошлому.
Вот только лицо его почему-то оставалось мрачным, и на нём не светилась привычная для его двенадцати лет улыбка.
— Оставьте нас…
Стоило Рейниду произнести это, как Камилла и остальные горничные вышли из комнаты.
Я думала, они оставят дверь приоткрытой, но её плотно притворили снаружи.
Разве так можно?
Потому что мы помолвлены? Или потому что нам всего по двенадцать лет?
Пока я пребывала в замешательстве, Рейнид молча шагнул ко мне.
Оказавшись прямо передо мной, он вдруг крепко меня обнял — да так неожиданно, что я от изумления лишилась дара речи.
— Эмилия! Эмилия! Прости меня. Тебе ведь было так страшно… Если бы я только заметил раньше и успел спасти…
Это… неужели…
— Так ты пришёл меня спасти? В самом конце мне показалось, будто я слышала твой голос, Рейнид, неужели правда?..
— …Когда я спохватился и добежал до тебя, ты уже падала. Прости. Пусть Божий Суд и дозволил нам начать всё сначала, пережитый тобой ужас от этого никуда не исчез. Прости меня, молю. Знал бы я, чем всё обернётся, ни за что не послушал бы тех людей и не отходил бы от тебя ни на шаг…
— …Разве ты отдалился не потому, что я была тебе безразлична?
— Да как ты могла такое подумать! Ты единственная, кто всегда был мне дорог, Эмилия… Покажи мне своё лицо… Я хочу воочию убедиться, что ты жива.
Ладони Рейнида бережно коснулись моих щёк.
Так осторожно, словно он прикасался к чему-то хрупкому, готовому вот-вот разбиться.
Из его глаз хлынули слёзы и крупными каплями покатились по щекам.
— Ах, Эмилия. Я так хотел быть рядом с тобой. Хотел вот так прикасаться к тебе и всегда защищать. Я больше никогда не совершу прежней ошибки. Даже если ты меня не простишь, позволь мне остаться подле тебя.
— Подле меня?
Просит оставить его рядом, хотя сам же от меня и отдалился.
Ведь я всё это время была здесь и ждала, а не приходил именно он.
— Если не можешь мне поверить — пусть так. Хотя бы позволь защищать тебя до того самого приёма в твои семнадцать лет, с которого время повернулось вспять. Я больше не хочу переживать подобное. Не хочу позволить тебе умереть, Эмилия. Прошу тебя. Скажи, ты согласна?
Его голос звучал невероятно серьёзно, и я, недолго думая, кивнула.
Мы ведь уже помолвлены, и потребуй я сейчас же разорвать отношения, из этого всё равно ничего не выйдет.
К тому же в прошлый раз отдалился сам Рейнид.
Не знаю, в чём именно он просит меня ему поверить, но если он говорит, что будет рядом, то я и сама только об этом и мечтала.
— …Спасибо.
Я протянула всё ещё плачущему Рейниду платок, и он послушно вытер слёзы.
Вглядевшись в его лицо, я заметила в нём какую-то перемену.
— Рейнид… у тебя изменился цвет глаз. Из серо-голубых они стали серо-фиолетовыми.
— А? Правда? …О, Эмилия, у тебя они тоже другие. Были фиолетовыми, а стали красно-фиолетовыми.
Выходит, у нас обоих к цвету глаз примешался красный оттенок?
Это из-за Божьего Суда? Но было и кое-что ещё, показавшееся мне странным.
— А ещё я чувствую в тебе магическую силу, Рейнид.
— Да, так и есть. Об этом я тоже хотел посоветоваться, потому и попросил оставить нас наедине.
— Посоветоваться?
— Угу. Скажи, ничего, если я не стану рыцарем?
— А?.. Разве тебе можно не становиться рыцарем?
Семья Рейнида, герцогский род Джоланд — потомственные рыцари.
Его отец был командиром рыцарского ордена, а старший брат Райнид, что двумя годами старше, тоже собирался вступить в орден.
Именно поэтому я считала, что и Рейнид непременно должен стремиться к рыцарству.
— Я решил стать рыцарем лишь потому, что они нравятся тебе, Эмилия.
— Что? Да нет у меня к ним какого-то особого пристрастия.
— Как? Правда?
Решил стать рыцарем, потому что они нравятся мне? Неужели и ту клятву он принёс по этой же причине?
— Да. Я, конечно, считаю рыцарей благородными и статными, но чтобы прямо любить их — такого нет.
— Но ведь ты так часто перечитывала книгу «Рыцарь и принцесса», разве нет? Вот я и решил, что ты от них без ума, и захотел стать одним из них.
— Эту книгу подарила мне матушка, только поэтому я так ею дорожила. Наверное, матушка предполагала, что меня обручат с тобой или с Райнидом, и купила её, чтобы я лучше понимала рыцарей.
Я и вправду часто её читала.
«Рыцарь и принцесса» — это история о том, как рыцарь, не щадя жизни, преданно защищает принцессу, но его беззаветные чувства никак не могут достучаться до её сердца, что заставляет читателя изрядно поволноваться.
Принцесса же, в свою очередь, терзается из-за разницы в положении и не решается открыть свои чувства, отчего они никак не могут понять друг друга.
Но в конце концов рыцарь совершает ратные подвиги и женится на принцессе — словом, обычный любовный роман.
Ах, вспомнила кое-что неприятное.
Ведь именно из-за этого принцесса Виктория так вцепилась в Рейнида.
У рыцаря из романа «Рыцарь и принцесса» были серебристые волосы и голубые глаза.
Принцесса со своей свитой благородных девиц тогда ещё шумно обсуждала, как сильно Рейнид похож на книжного героя даже своим чуть холодноватым лицом.
Из-за этого под конец я возненавидела ту книгу настолько, что и видеть её не могла.
— …Вот оно что, так вот как всё было. Значит, я с самого начала ошибался. Выходит, мне и не нужно быть рыцарем… Тогда, может, есть какое-нибудь другое занятие, которое тебе по душе?
— …Я никогда особо не задумывалась о том, какое призвание мне нравится… Но раз уж мы можем начать всё сначала, я бы сама хотела стать магом.
— Магом?
— Да. В тот миг я подумала: будь я магом, со мной бы такого не приключилось. Я очень жалела, что не изучала магию.
Когда те молодые господа загнали меня в угол, мне было до слёз обидно не столько оттого, что никто не пришёл на помощь, сколько от собственного бессилия и неспособности дать отпор.
Я раскаивалась, что робела перед отцом и не сказала прямо о своём желании стать магом.
Ну почему я не решилась открыто назвать любимое дело любимым?
— …Понятно, магом, значит. Я думал, при наличии магической силы передо мной откроется множество путей… но хватит ли моей? Как думаешь, с таким запасом я смогу стать магом?
— А? Ты хочешь стать магом, Рейнид? …Без измерения в церкви наверняка не скажешь, но попытаться ведь ничто не мешает? Раз уж даже я ощущаю твою магию, полагаю, её у тебя больше обычного.
— Отлично, тогда первым делом отправимся в церковь. Интересно, можно ли поехать прямо сейчас…
— Э-э? Прямо сейчас?!
— Да, иначе я не смогу перейти к следующей просьбе. Камилла! Где маркиз?
Не успела я спросить, о какой ещё просьбе идёт речь, как Рейнид стремительно вышел из комнаты.
Должно быть, пошёл просить у отца разрешения на поездку в город… Значит, мы прямо сейчас отправимся в церковь?
Но ведь на измерении в десять лет у Рейнида совсем не обнаружилось магической силы.
Я думала, ещё и поэтому он решил пойти по пути рыцаря.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…