Глава 63
Статный скакун вихрем ворвался в хаотичные трущобы. Он нёсся напролом по кривым и грязным улочкам, разбрасывая в стороны груды хлама и пугая окрестных презренных, которые поспешно шарахались в стороны.
Вскоре после того, как скакун промчался, они увидели, что следом за ним примчалась группа всадников — все при оружии, с длинными копьями и мечами. Перепугавшись, презренные попрятались по домам, как страусы, не смея и головы высунуть, и лишь молча смотрели, как та группа пронеслась мимо.
— Догнали!
Кто-то громко выкрикнул. Гор обрадовался, пришпорил коня и поскакал вперёд — ему не терпелось как следует унизить ту женщину, что давно мозолила ему глаза.
Однако, подлетев в приподнятом настроении, он увидел лишь непрерывно ржущего скакуна — седло было пустым.
— Где она?!
— прорычал он, и лицо его, будто от пощёчины, побагровело.
— Господин Гор, та женщина, похоже, спрыгнула с лошади по пути...
Гор, не говоря ни слова, взмахнул плёткой и со всей силы хлестнул ответившего стражника.
— Ничтожество!
— взревел он.
— Все вы ничтожества! Столько народу — и не смогли поймать женщину с ребёнком! На что вы мне такие сдались?!
— А ну все — искать! Хоть землю грызите, но отыщите эту дрянь!
Стражник, получивший удар плетью, стиснул зубы от боли в спине и немедля приказал подчинённым раздилиться и начать поиски.
………………
В трущобах было темно и полно укрытий, поэтом, завернув за угол, женщна-рыцарь решительно спрыгнула с коня вместе с Галланом на руках, предоставив лошади скакать далше саму. А сама, прижимая к себе Галлана, нырнула в тёмный переулок и спряталась.
— Галл.
Она опустилась на одно колено и, испугано ощупвая ребёнка в своих объятиях, тревожно спросила:
— Ты как? Не пострадал?
Галлан поднял гоову и перехватил руку женщны-рыцаря, котоая шарила по его телу и даже порывалась задрать одежду, и поспешно ответил:
— Я в порядке.
Говоря это, он, чтобы отбить у Фатайи охоту раздевать его, даже подпрыгнул на месте, показывая, что здоров и полн сил.
— Не волнуйся, сестрица Фатайя, меня дома кажый день учитель заставляет тренироваться.
Пусть он и не был таким гением, как Хеймос, но он тоже кажый день постигал воинское искусство под началом Шемура. На тренировках Шемур не давал поблажек, так что для него падать, кувыркаться и получать тумаки было обычным делом. Иногда, упав неудачно, он зарабатывал синяки.
То, что случилось только что, было не страшнее, чем неудачное падение на тренировке — лишь пара синяков на спине, ничего серьёзного.
— Но я видела, как он выбил тебя ударом в воздух...
— Фатайя всё ещё не могла успокоиться.
— Если бы я стоял столбом и принял тот удар, было бы куда хуже.
Из-за своего маленкого роста Галлан в основном учился у Шемура приёмам, позволяющим использовать силу противника против него самого.
В такой ситуации, как сейчас, прими он удар в лоб — непременно получил бы внутрение поврежния. А вот если полететь по инерции удара — можно погасить немалую часть ударной силы.
— Верно... действтельно так.
Фатайя наконец выдохнула с облегчением.
— Похоже, ты и правда занимался боевыми искусствами.
Она огляделась по сторонам и заметила, что неподалёку уже кто-то из людей Гора развернул коня и рыщет в поисках её. Взгляд её мгновенно посуровел.
— Не шуми.
Тихо сказала она Галлану.
— Идём за мной.
С этими словами она взяла Галлана за руку и нырнула в другой переулок.
Дальше Фатайя с Галланом всё время петляли, прячась, но люди Гора наседали, к тому же они расспрашивали окрестных презренных о беглецах, и круг, в котором могла укрываться Фатайя, сужался всё сильнее.
Она стояла в тени переулка и, хмурясь, смотрела на людей Гора, обыскивающих всё вокруг.
В этот момент из темноты, словно призрак, бесшумно выскользнула чья-то фигура и медленно приблизилась к ним.
Услышав шаги за спиной, Фатайя резко обернулась. Тело её напряглось, словно у пантеры, изгоовившейся к прыжку, и она настороженно уставилась на приближающегося.
— Не бойтесь, не бойтесь, я не из их компании, я пришёл вам помочь.
Высокий тощий парень, в котором с первого взгляда угадывался обитатель трущоб, испуганно замахал руками, показывая, что не желает зла.
— Гос-госпожа стражница, я видел, что вы от них прячетесь, я проведу вас, — сказал он.
— Я тут всё знаю, я знаю, как от них уйти.
С этими словами парень юркнул в проулок напротив.
Фатайя, нахмурившись, прикинула всё и в конц концов решила последовать за ним.
Она рассудила так: если этот шалопай хочет навредить им или же он из людей Гора, ему достаочно было бы просто крикнуть и выдать их местонахождение — незачем было так усложнять.
К тому же справиться с этими трущобными типами куда проще, чем с обученными людьми Гора. Вряд ли эти презренные посмеют что-то сделать ей, стражнице.
Парень вёл их, петляя по переулкам, что вились, словно паутина. Не зря он был тут своим — он находил лазейки даже там, где, казалось бы, дороги нет. Галлану чудилось, будто они пробираются по огромному муравейнику.
Спустя доброе время он привёл их на пустырь. Пустырь со всех сторон окружали десятка полтора полуразрушенных заброшенных домов, а в центре была навалена куча всякого хлама — похоже, сюда свозили отбросы.
— Прячьтесь здесь.
Трущобный паренёк доволно ухмылнулся и потёр ладони.
Фатайя кивнула и, достав горсть медяков, протянула ему.
— Когда они уйдут, придёшь и сообщишь мне.
Парень, приняв деньги, закивал, словно толок в ступе, и его длинное лицо расплылось в улыбке до ушей.
Он прикинул: тут — награда за то, что привёл, а потом, когда сообщит, там — ещё награда. Сегодня он просто разбогател.
Он осклабился женщне-рыцарю и, как ни в чём не бывало, удрал.
Фатайя осмотрелась, подошла к задней стене одного из развалившихся домов, нашла местечко почище, села отдохнуть и задумалась, что делать дальше.
Галлан послушно сидел рядом, но его глаза, словно у бельчонка, так и бегали, так и шныряли по сторонам.
До чего же быстро они среагировали.
Подумал он.
Прошло всего час-другой с тех пор, как он притащил Фатайю сюда, а за ними уже примчались.
Вообще-то в самом начале он тоже прикидывал: а не лучше ли, ради безопасности, немедля вернуться и доложить братцу-королю о здешних делах, чтобы тот прислал людей для расследования? Но он быстро сообразил: раз братец-король Камос устроил это дело, он наверняка и проверяющих сюда регулярно засылает. Однако те так ничего и не выявили.
Ясно, что те, кто держит здесь всё под контролем, во время приезда проверяющих всяческими ухищрениями заметали следы и заставляли презренных молчать. Потом проверяющие ничего и не находили.
Люди того тайного заправилы уже заметили его и Фатайю здесь и непременно доложат наверх, а те, закулисные, наверняка быстро среагируют... Если он сейчас вернётся и доложит братцу-королю, то — неважно, сам ли он придёт с тайной проверкой или братец пришлёт людей, — этой разницы во времени хватит, чтобы те успели залатать прорехи, уничтожить улики, припугнуть презренных и приукрасить картину, замаскировав всё здесь.
А тогда даже тайная проверка ничего не выявит.
У тех, кто способен довести бедняков до смерти, не составит труда заставить этих презренных держать язык за зубами.
Потом-то он и решил остаться, рискуя.
……
Пока Галлан размышлял, снаружи вдруг раздался глухой стук — словно кого-то со всей силы швырнули на груду хлама.
Следом на пустыре прозвучал зычный окрик молодого аристократа.
— Фатайя! А ну выходи!
Стоя у входа на пустырь, Гор надрывался:
— Хватит прятаться, как крыса! Выходи, кому говорю!
Тощий долговязый парень, которого один из стражников Гора со всей силы швырнул в кучу мусора, жалобно застонал. Лицо у него распухло и побагровело, он беспомощно барахтался в хламе и никак не мог подняться.
Гор даже не удостоил его взглядом.
Заметив, что этот тип подозрительно крутится поблизости, и без того кипя от злости, Гор под надуманным предлогом схватил его и как следует отлупил — просто чтобы выпустить пар. Но, к его удивлению, из этого парня удалось вытрясти сведения о том, где прячется Фатайя.
Сейчас он, злорадно усмехаясь, стоял у входа на пустырь. Поскольку повсюду были навалены кучи хлама, все спешились и плотным кольцом окружили пустырь.
Пустырь некоторое время хранил тишину. А затем там послышалось движение.
Фатайя вышла и, нахмурившись, уставилась на Гора.
— Гор, знай же меру.
— Меру? Хе-хе, с чего бы мне тут соблюдать меру?
Гор был на седьмом небе от самодовольства. Теперь-то этой дрянной бабе ни за что не ускользнуть.
Вспомнив, как Фатайя с детства никогда не давала ему спуску, во всём его обходила, из-за чего над ним вечно потешались, что он и бабы не стоит, — он люто возненавидел её.
Выпал такой редкий случай, и эта женщна посмела совать нос в здешние дела! Он решил, что сегодня непременно как следует унизит её, чтобы выплеснуть накопившуюся злобу.
Он взмахнул плёткой.
— Вперёд! Проучите её!
Люди Гора разом ринулись в атаку.
Мигом завязалась свалка.
Фатайя хоть и была одна, но владела оружием отменно, к тому же дралась с отчаянной яростью. Пусть она и уступала, но было видно, что в ближайшее время её не одолеть.
Гор зыркнул по сторонам и разом углядел золотоволосого ребёнка, что стоял в уголке и украдкой наблюдал за дракой. Глаза его вспыхнули.
Он указал плёткой в ту сторону и крикнул:
— Хватайте этого мальчишку!
Стоит только пригрозить этим ребёнком Фатайе — и она, как миленькая, сдастся.
— Гор! Только посмей!..
— Фатайя, окружённая со всех сторон, заметалась, рванулась было вперёд, но пробиться сквозь колцо не смогла. Глаза её налились кровью от ярости, и она, не в силах ничего сделать, смотрела, как один из людей Гора несётся к Галлану.
Стражник в несколько шагов одолел расстояние до ребёнка.
Золотоволосый мальчик спокойно стоял, задрав гоову, и смотрел на него ясными, немигающими глазами. Не плакал, не кричал, не звал на помощь — стражнику это показалось странным.
Может, оцепенел от страха?
Подумал он и, протнув руку, грубо схватил ребёнка за волосы, намереваясь притащить его к себе.
Однако рука его только-только вытянулась, ещё не успев коснуться и волоска на голове мальчика, как—
Внезапно сбоку вклинилась тёмно-смуглая рука и крепко стиснула его запястье.
Стражник не успел и опомниться, как запястье пронзила острая боль, а следом мир перевернулся перед глазами.
С хрустом ломаемой кости стражник перекувырнулся и со всей силы рухнул наземь, подбородком пропахав землю. Правая рука его была вывернута за спину тёмно-смуглой рукой и неестественно скрючена. От дикой боли он не сдержал вопля.
— Хеймос?
Галлан, распахнув глаза, смотрел на юношу, заслонившего его собой, и удивлённо спросил:
— Как ты здесь оказялся?
Придавив ногой стражника, Хеймос приподнял бровь.
Галлан сказал «как ты здесь оказялся», а не «почему ты здесь»
— значит, Галлан знал, что кто-то непременно примчится его искать?
Он со всей силы пнул лежащего под ногой человека, отправляя того, кто своим воем оглушал всех вокруг, в беспамятство, и уже открыл было рот, чтобы заговорить.
— Ты кто такой?! Как смеешь трогать моих людей! Щенок, жить надоело?!
— видя, что схватить ребёнка не вышло, а его человек, наоборот, валяется в отключке, Гор пришёл в неистовую ярость и принялся осыпать Хеймоса бранью.
— Погоди, мразь, ты ещё узнаешь, почём фунт лиха, когда пойдёшь против меня!
Хеймос нахмурился, затем, вскинув ногу, отшвырнул прочь очередного набегающего.
Отбиваясь от наседавших, он преспокойно переговаривался с Галланом.
— Я пришёл забрать тебя домой, — сказал он.
Покосившись на того типа, что без умолку поливал его бранью, он спросил:
— Он и тебя обругал?
В голосе юноши, задавшего этот вопрос, сквозила опасная нотка, а в золотисто-красных глазах мелькнул недобрый огонёк.
Галлан хотел было ответить, но тут неподалёку послышалось пронзительное попискивание. Он опустил взгляд и увидел, как из кучи хлама, шмыгая, выскочил чёрный комочек, подбежал к его ногам, встал столбиком и принялся отчаянно пищать.
Вскоре он уловил отдалённый топот множества копыт, несущихся в их сторону.
Внезапно Гор, стоявший там, словно гус, которому пережали горло, разом умолк на полуслове.
Повисла тишина на несколько секунд, а затем он снова заорал:
— Стойте! Быстро стойте! Всем остановиться!
На сей раз в его голосе звучал неприкрытый ужас.
Все его люди замерли на месте, переглядываясь — кто в растерянности, кто в изумлении.
Фатайя, едва державшаяся на ногах, тяжело дыша, быстро подошла к Галлану. Она перевела взгляд с Хеймоса на маленькую крысу у ног мальчика.
Она слегка удивилась.
Она вспомнила: пока Галлан таскал её по здешним закулкам, он как-то раз отлучился, сказав, что ему нужно в уборную. Отсутствовал он дольше обычного, она забеспокоилась и пошла искать — и увидела, что мальчик сидит на корточках, а у его ног возится чёрная крыса. Она тогда испугалась, как бы крыса не укусила Галлана, и поспешила прогнать её.
...И эта чёрная крыса сейчас до жути похожа на ту, что была тогда?
Но Фатайе было уже не до раздумий о крысе.
Земля мелко дрожала под топотом копыт. Она подняла голову и увидела, как вдалеке, во весь опор, мчится несметное множество рослых, статных всадников в особых чёрно-красных кожаных доспехах. Наручи с особыми гербами на их руках сверкали в лучах заката.
Женщна-рыцарь изумлённо распахнула глаза.
Гвардия короля!
Собрание всех сильнейших рыцарей Алландиса, войско, что выстуает в поход лишь для защиты короля.
Почему оно здесь?!
С резким свистом примчавшиеся всадники разом натянули поводья и, словно по команде, замерли за пределами пустыря. Они стояли, вытянувшись в сёдлах, суровые и неподвижные.
Трое преводителей спешились, и один из них — рыцарь с чёрной повязкой на глазу — быстрым шагом направился сюда.
Увидев его, Гор опешил, а затем поспешно бросился навстречу.
— Господин Кейхос, какими судьбами?
— заискивающе спросил он.
— Могу я чем-то быть вам полезен?
Золотоволосый одноглазый рыцарь, не удостоив его ответом, широким шагом ступил на пустырь.
Гор, не отставая, семенил следом за Кейхосом, всем своим видом излучая угодливость.
Надо сказать, этот одноглазый рыцарь был личностью весьма известной.
Он был рыцарем-хранителем того самого принца Галлана, которого так жаловал король Камос.
Когда-то, из-за того что принц Галлан пострадал, король Камос пришёл в такую ярость, что казнил целую толпу дворцовой челяди, устроил разнос немалому числу знатных сановников и даже, не взирая ни на чьи мольбы, выпорол отпрысков этих сановников и вышвырнул их вон из дворца.
Раз король Камос так разгневался из-за ранения принца Галлана, можно представить, сколь тот был любим.
Однако юный принц всё время пребывал во дворце и редко показывался на людах, так что и подольститься к нему не было случая. Потому многие, не сумев добраться до принца, шли окольным путём — задабривали его рыцаря-хранителя Кейхоса.
Гор, прищурившись, размышлял.
Вот если бы ему удалось подружиться с этим рыцарем и через него снискать благосклонность юного принца — тогда в столице он мог бы ходить, задрав нос.
От этой мысли он принялся ещё усерднее рассыпаться перед Кейхосом.
Кейхос же, не обращая ни малейшего внимания на увивающегося за ним льстеца, широким шагом подошёл к золотоволосому мальчику, что всё это время спокойно стоял на месте. Он бросил взгляд на Хеймоса, а затем — под недоверчивым взглядом подоспевшего Гора — опустился на одно колено перед золотоволосым ребёнком и почтительно склонил гоову.
— Принц Галлан, я по приказу привёл гвардию, чтобы сопроводить вас во дворец.
В это мгновение пустырь погрузился в абсолютную тишину.
Фатайя, раскрыв рот, остолбенела.
Гор оторопел от страха.
Лица всех его людей разом побелели.
Даже тощий долговязый парень, что лежал, весь в синяках, среди хлама, перестал стонать и вытаращил глаза.
Лишь Хеймос, поджав губ, выглядел недовольным.
В эту минуту на затихшем пустыре продолжался лишь разговор юного принца и рыцаря.
— Как же ты медленно, Кейхос, — недовольно сказал Галлан.
— Почему ты пришёл позже Хеймоса?
На всякий случай, покидая дворец, он прихватил с собой чёрную крысу и, выйдя на большую улицу, незаметно выпусстил её.
Пока на нём был особый браслет, изгоовленный Кейхосом, и те чёрные бусины, крыса крутилась поблизости. Стоило ему свистнуть — и крыса прибегала к нему.
Потому, бродя по трущобам, он и отправил крысу с весточкой к Кейхосу. Он помнил, что Кейхос говорил: закрытый тренировочный лагерь гвардии тоже находится во внешнем городе. Получив его письмо, Кейхос должен был быстро примчаться.
Однако, пока он не покинул трущобы, Кейхос так и не появился.
— Прошу прощения, ваше высочество. После того как тренировочный лагерь гвардии был закрыт, без приказа короля никто не смеет его покидать, — сказал Кейхос.
— На получение королевского приказа ушло некоторое время, потому я и опоздал.
— Ах, вот оно что...
Выходит, в лагере есть такое правило. Хм, он немного просчитался.
А... постойте.
— Получение королевского приказа?
Галлан мигом сообразил.
— То есть, по твоим словам, братец-король знает, что я сбежал?
— Да, принц.
Кейхос ослепительно улыбнулся юному принцу.
— Ведь у меня нет права командовать гвардией.
Лишь по королевскому указу Камоса гвардия могла выступить в поход.
Галлан: «…………»
Всё пропало.
Его поймали с поличным.
— Вы... вы о чём... о чём это вы.
Гор, всё это время стоявший рядом в оцепенении, наконец заговорил, заикаясь.
Ему казалось, что он попал в кошмарный сон. Разговор того мальчика и Кейхоса — какие-то «принц», «братец-король»... Он будто бы ничего не понимал.
Он сглотнул слюну, во рту у него пересохло, язык словно заплетался, и он с трудом выдавливал из себя слова.
— Вы... о чём... говорите... какой... какой ещё... принц?
— Ах да.
Словно внезапно вспомнив о чём-то, золотоволосый мальчик обернулся и поднял взгляд на Гора.
Его большие глаза изогнулись, став похожими на серп луны.
— Раз уж мы встретились впервые, позвольте представиться.
Галлан одарил его улыбкой, яркой, как солнечный свет.
— Я — Галлан, принц Алландиса.
Шлёп.
Плётка с золотой нитью выпала из рук побелевшего, как полотно, Гора.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…