Глава 34. Академия безумцев
— Сюда, пожалуйста, Ваше Величество.
Начальник тюрьмы замка Мецль почтительно указывал королю дорогу. Он был молод и впервые видел самую высокопоставленную особу Рогланда, от волнения голос его слегка дрожал.
Тюрьма замка Мецль находилась в столице, и условия в ней были куда лучше, чем в башне Морн, где раньше содержали герцога Бекингема. Воздух хоть и был немного спёртым, но по крайней мере соблюдалась чистота — конечно, тут не обошлось без заслуг авральной уборки.
После того как род Гру нашёл «таланты», которых желал видеть король, их всех под конвоем доставили в столичную тюрьму замка Мецль.
Верно, в столичную тюрьму.
Потому что у этих типов на счету было, так или иначе, по нескольку преступлений. В глазах обывателей они были теми, кто водится с дьяволом, ведьмами и прочими злыми силами. Одних обвиняли в «осквернении трупов», других — в поклонении ведьмам, третьих — в изготовлении ядовитых снадобий…
Короче, все они были теми, кому самое место на костре.
— Вставайте, бездельники и мерзавцы!
Начальник тюрьмы провёл короля до самой дальней камеры. Парень, который всю дорогу старался держать спину прямой, как линейка, едва увидев обстановку в камере, мгновенно помрачнел.
Он быстро подошёл, прикрикнул, желая навести порядок до того, как король это увидит.
Но король уже разглядел, что творится в камере.
Всего было семеро человек, их держали в одной большой камере. Кто-то лениво прислонился к стене, кто-то свернулся калачиком на холодном каменном полу, кто-то, уставившись в стену, погрузился в раздумья… Похоже, у всех были не в порядке нервы.
— Ваше Величество, — тихо предупредил управляющий дворцом.
— В предъявленных им обвинениях фигурирует умопомешательство, весьма вероятно, что они заключили сделку с тёмными силами.
Сам король, продавший душу дьяволу, издал неопределённый звук, не высказывая своего мнения.
— Откройте дверь.
Управляющему дворцом ничего не оставалось, кроме как исполнить своевольный приказ короля.
Несколько дней назад, после того как генерал Шиэн присягнул на верность королю, переговорная делегация благополучно вернулась в замок Мецль.
Управляющий дворцом, едва увидев короля, чуть не лишился дара речи. Он стоял на коленях, губы его дрожали, но никто не мог разобрать ни слова. В конце концов король бесстрастно велел ему убираться и заняться делами, накопившимися во дворце за это время.
— Мой дорогой управляющий, герцог слишком долго занимался вашими мелкими делами. Вы знаете, что вам делать, не так ли?
— Да, Ваше Величество.
Радость управляющего дворцом длилась всего несколько дней, а затем разбилась о бесчисленные странные требования короля.
Святейший Господь! Его Величество собственной персоной пожелал явиться в это грязное место.
Управляющий дворцом ощутил знакомое, едва уловимое чувство бессилия.
Дверь камеры открылась, и «таланты» в кандалах под кнутом начальника тюрьмы поднялись на ноги. Король оглядел их, они тоже оглядывали этого печально известного тирана. Они слегка поумерили свою надменность — гении, или, вернее, безумцы, всегда чуют себе подобных.
Они смутно ощущали, что от молодого короля, ступившего в тюрьму, исходит не менее опасная аура.
Король протянул руку управляющему дворцом, и тот вложил в неё несколько досье.
— Рад видеть вас здесь, а не на костре, — улыбнулся король, раскрывая досье.
— Полагаю, вы считали, что вам уже не избежать смерти?
— Неужели вы готовы даровать нам жизнь?
— заговорил высокий и худой мужчина средних лет, одетый в мешковатую холщовую рубаху.
Король заметил, что пальцы у него длинные и тощие.
— Тот, кто считает свою смерть неминуемой, способен сохранять такое самообладание? Быть может, господа, ваши таланты и готовность пожертвовать жизнью ради науки заслужат несколько хвалебных од от поэтов будущего?
Король сверил досье с людьми.
— О, господин Джейкоб, вы трижды препарировали только что похороненных соседей… Боже мой, почему вы так упорно терзаете именно соседей? Разве нельзя было взять трупы где-нибудь в пустоши?
— Потому что их только что похоронили, тела ещё не разложились, и структуру сосудов можно было рассмотреть отчётливее, — при этих словах на лице мужчины по имени «Джейкоб» появился фанатичный румянец.
— О, и поэтому вас в последний раз обвинили в убийстве вашей домовладелицы.
— Я не убивал её!
— возмутился безумный анатом.
— Она уже была мертва! Но я считаю, что сразу после смерти кровь в сосудах ещё может циркулировать… Проклятье, совсем чуть-чуть! Всего чуть-чуть не хватило, чтобы я смог полностью завершить схему кровообращения сердца!
— И когда прибежал сын домовладелицы, он застал вас склонившимся над его матерью. Бедняга, увидев её с вспоротым животом, тут же лишился чувств, — безучастно произнёс король.
— Его мать уже была мертва, а наука о жизни должна развиваться, — беззаботно ответил безумный анатом.
Начальник тюрьмы побледнел, его едва не вырвало. Управляющий дворцом взглянул на короля, пытаясь угадать его намерения, и велел начальнику выйти.
— Что ж, вас посадили в тюрьму совершенно заслуженно.
Король перевернул страницу досье.
— Следующий… Вас обвиняют в том, что вы погубили дочь плотника. Господин аптекарь.
— Я спасал её. Я считаю, что в тех местах, которые не видны невооружённому глазу, существуют некие вещи, способные влиять на жизнь человека… Эта проклятая глупая мазь, которую прописал ей врач, была грязнее сточной канавы! Вы только посмотрите, из чего он её варил — из новорождённых щенков, лилейного масла, сосновой смолы и дождевых червей… Боже мой! Этот болван думал, что готовит ужин на праздник Воскресения?
Аптекарь говорил без умолку, разражаясь бранью.
— И поэтому вы проникли в комнату мисс Иллии, выбросили её мазь и попытались влить в неё своё зелье?
— Да, я спасал её, — подчеркнул аптекарь.
— Что ж, вас совершенно заслуженно осудили за убийство и попытку изнасилования. Далее, следующий достойный господин.
Пока лицо управляющего дворцом становилось всё мрачнее, а сам он всё сильнее хотел умолять короля поскорее отправить этих типов на костёр, король по одному опросил каждого.
Эти семеро были:
Одержимый препарированием соседей анатом, ненавидящий всех глупцов аптекарь, врач, пытавшийся вскрыть человеку череп ножом, двое химиков, совместно изучавших порох и устроивших пожар, архитектор, пытавшийся силой заставить горожан строить дома по его плану — король решил, что ему стоит объединиться с теми двумя химиками: один будет уговаривать, двое — поджигать.
И последний был астролог — это было редкостью.
Судя по тому, что король знал от бывших храмовников, все астрологи должны были перейти на сторону Святого двора.
Однако, когда король пролистал досье и обнаружил, что тот использовал крест как измерительный инструмент, он понял, почему этот тип не посмел перебраться через Бездонный пролив.
Обыскав все непосредственно подвластные Рогланду земли, нашли только семерых — по мнению короля, этого было всё же маловато.
Впрочем, изначально род Гру нашёл куда больше «талантов», но после того, как герцог Бекингем по приказу короля провёл отбор, осталось только семеро.
Остальных отправили на эшафот.
— Вы все великолепны.
Король закрыл досье и искренне похвалил.
— Во всех отношениях. Стоит ли сказать, что гении и безумцы всегда идут рука об руку? Господа.
— Благодарю за похвалу, Ваше Величество, — аптекарь принял похвалу короля без тени смущения.
Судя по выражениям лиц остальных, они тоже считали себя достойными этой похвалы.
Король зааплодировал им:
— Превосходно, господа. Тогда один вопрос: готовы ли вы доказать миру, что вы гении, а не безумцы?
— Что вы имеете в виду?
— спросил архитектор, который даже в тюрьме старался выглядеть опрятно — его перфекционизм и чистоплотность, похоже, были весьма серьёзны.
— Очень простая вещь, — король заговорил бодро.
— Меня несколько интересует та «истина», о которой вы говорите. У вас есть шанс выжить: докажите мне, что то, за что вы держитесь, верно… Как вам? Считаете ли вы себя правыми или заблуждаетесь?
— Истина не лжёт, богиня знаний и мудрости дарует мне откровение, — архитектор ответил твёрдо и решительно — он, оказывается, ещё и язычник.
— Тогда скоро за вами придут и отведут отсюда. У вас будут светлые просторные комнаты — как вы их называете, лаборатории. Столько трупов для препарирования, сколько захотите, любые минералы, какие пожелаете… Но как вы будете доказывать мне истинность ваших идей?
Король слегка вскинул голову, словно о чём-то задумавшись.
Он был красив, облачён в роскошные одежды и походил на мерзавца, способного швырять в воду целые кучи золотых монет ради забавы.
— Пусть будет так, — сказал король тоном советчика.
— Одна по-настоящему точная анатомическая карта человеческого тела, отчёт о том, что именно за микроорганизмы вызывают болезни, достаточный и осуществимый план городской застройки — мне нужно, чтобы он изменил эту ужасную систему канализации, порох, способный по крайней мере дать вам возможность сбежать, и карта движения небесных тел. Итак, господа, кто же вы — тупицы или гении?
В голосе короля звучали нотки презрения и насмешки, и семеро приняли его вызов.
Король взглянул на управляющего дворцом.
Управляющий дворцом подозвал начальника тюрьмы и сказал ему, что за этими людьми скоро придут.
— Надеюсь, ваши исследования пройдут успешно, — король улыбнулся и попрощался с семерыми «гениями».
— В конце концов… если проиграете, вам действительно придётся пожертвовать собой ради науки.
В его улыбке сквозило некое злорадство.
Позже, когда семерых вывели из тюрьмы, они поняли смысл последней фразы короля.
Их привели в огромный дом, но королевская гвардия плотно оцепила его со всех сторон. И самое главное —
прямо у главного входа в дом стоял ряд костров.
Семь штук, ни больше ни меньше.
………………….
По пути к месту их содержания семеро «гениев» проходили мимо башни замка Мецль.
Герцог Бекингем и королева-мать Элинор сидели в дворцовой башне. Оба смотрели вниз из высокого окна, наблюдая эту сцену.
Теперь Элинор была тайным начальником стражи дворца — это была не личная месть герцога Бекингема, а её собственный выбор. Она не могла сейчас выйти на свет, поэтому решила стоять в тени и охранять своё дитя.
Когда процессия прошла, они вернулись к столу в башне и сели.
Герцог Бекингем и королева-мать Элинор заговорили о визите короля в тюрьму.
Королева-мать Элинор сидела напротив герцога Бекингема и рассматривала нож в своей руке.
Тот самый изогнутый нож, которым король когда-то зарубил герцога Глейса.
Герцог Бекингем по её просьбе добыл его у короля.
Королева-мать нежно поглаживала рукоять, и герцог Бекингем смотрел на неё со сложным выражением лица — он привык видеть её то безумной, то жестокой и кровожадной.
— Его железные всадники поднимут бурю, его корабли сплетут сеть, он прогремит на все четыре стороны света и станет королём мира.
Королева медленно вытащила длинный нож, вглядываясь в лезвие, и чеканила каждое слово.
— Тебе не нужно рассказывать мне, что он сделал. Ты просто скажи мне, что ему нужно.
Она снова и снова видела, как её дети умирают у неё на глазах, и тогда она была бессильна.
Но теперь всё иначе.
Теперь она может расчищать для него путь, укрывать его от ветра и дождя. Наконец-то она может подставить своё плечо, чтобы поддержать для него нависшее чёрными тучами небо, пока он не окрепнет окончательно.
Подумаешь, приютить нескольких безумцев?
Если эти безумцы ослушаются приказов, она опробует свой нож об их головы.
Всё, что делает её дитя, — правильно и естественно.
………………
— Я не совсем понимаю, Ваше Величество, — управляющий дворцом шёл рядом с королём по тюрьме.
— Что вы намерены с ними делать?
— Я собираюсь основать из них академию наук, — сказал король.
Он сделал несколько шагов вперёд и заметил, что управляющий не последовал за ним. Обернувшись, он увидел, что тот смотрит на него с крайне странным выражением лица.
— Вы серьёзно?
Хотя это уже было почти дерзостью, управляющий дворцом не удержался от вопроса.
Святейший Господь, да кто они такие?! Академия наук из кучки безумцев и извращенцев? Что это за академия? Академия безумцев?
Академия безумцев ещё не была создана, а управляющий дворцом уже чувствовал, что сам сойдёт с ума. Казалось, между ним и Его Величеством пролегла пропасть размером с целый Рогланд.
— Не волнуйтесь так, — король словно не замечал отчаянного вида управляющего.
— Это всего лишь попытка. Если они не смогут доказать, что они гении, а не безумцы, тогда придётся взяться за Королевскую академию.
Взяться за что? Терзать тех старых учёных мужей?
Управляющий дворцом словно воочию увидел, как та же участь постигает Королевскую академию.
На самом деле король изначально хотел начать именно с Королевской академии.
Чёрная смерть придёт через несколько месяцев, и король не возлагал все надежды на дьявола. И даже если дьявол действительно сможет справиться с этим бедствием, что насчёт следующего? Опора на внешние силы приведёт лишь к ещё более тяжёлым последствиям. Король надеялся предотвращать и решать такие проблемы в корне.
Это было непросто, требовало времени, смелости и попыток.
Король знал общее направление, но он был королём, а не врачом и не исследователем чумы, поэтому, разумеется, не мог заниматься всем лично. И вместо того чтобы изучать одну-две анатомические карты, у короля было куда больше дел, требующих его решений.
Для примера: Рогланд подобен огромному кораблю, король — тот, кто определяет его курс. Его задача — вносить макроскопические изменения и корректировки, решать, какие старые вещи на корабле пора заменить, как скорректировать направление движения. А что касается более мелких деталей — как заменить конкретный винт, как выточить новую доску для замены — этим должны заниматься люди внизу.
Знать, что нужно делать, а что не нужно, — вот что значит быть достойным правителем.
За разговором король и управляющий дворцом подошли к другой камере.
Заключённый внутри привлёк внимание короля — его камера выглядела особенно уютно.
— Это Дункан Гурос, — управляющий дворцом заметил взгляд короля и пояснил.
— Гурос… Помнится, он был главой Братства Союза пяти портов, и сейчас Союз пяти портов, кажется, возглавляет он, — король остановился перед камерой, глядя на типа, который беззаботно дрых на удобно разложенной соломе.
— Это его сын?
— Незаконнорождённый. Именно он в прошлый раз ограбил королевское торговое судно.
Управляющий дворцом уже собирался громко позвать начальника тюрьмы, чтобы тот сделал выговор, но король остановил его и пошёл дальше. Взятки и подкуп в тюрьме были обычным делом. Род Гурос, как старейший член Союза пяти портов, естественно, имел достаточно экономической мощи, чтобы протянуть руки к тюрьме замка Мецль. Ругать начальника тюрьмы было бесполезно.
— Ваше Величество, Союз пяти портов в последнее время ведёт себя неспокойно, — управляющий дворцом последовал за королём.
— Вы собираетесь их приструнить?
— Как раз наоборот, — король улыбнулся многозначительной улыбкой.
— Я бы хотел, чтобы они что-нибудь предприняли.
— Вы…
— управляющий дворцом осторожно посмотрел на короля.
— Вы намеренно их провоцируете?
— Если нет предлога, нет и причины разобраться с ними, не так ли?
— вопросом на вопрос ответил король.
Разумеется, король намеренно оставлял Союз пяти портов в неведении.
Не стоит забывать, насколько бедна корона. Если бы Союз пяти портов был готов на сто процентов сотрудничать с королём в его грядущих реформах, это было бы неплохо. Но это невозможно. Союз пяти портов существовал слишком долго, их ослепил блеск былой славы, а огромные прибыли лишили их остатков разума.
— Вы не опасаетесь, что они сговорятся с другими аристократами и вызовут новые волнения?
— управляющий дворцом рискнул высказаться прямо, изложив свои опасения.
Вернувшись в Розовый дворец, он внезапно обнаружил, что число людей, присягнувших на верность королю, возросло. Это породило у верного управляющего, считавшего себя первым помощником короля, редкое чувство тревоги. Поэтому последнее время он крутился как белка в колесе, не только восполняя пробелы, образовавшиеся за время его отсутствия при дворе, но и активно отслеживая все новости в Рогланде.
Подготовка короля к великой чистке, естественно, была в центре его внимания.
Управляющий дворцом опасался, что если в этот момент Союз пяти портов предпримет какие-то действия, это вызовет цепную реакцию.
— Нет. Всё не так, мой дорогой управляющий, — король не рассердился. Он продолжал идти по холодному каменному коридору, в его голосе звучала насмешка.
— Союз пяти портов слишком долго пустил корни на юго-востоке. Они слишком высокомерны и забыли об изначальной осторожности. Они даже забыли дать другим хоть немного похлебать супа.
— Смотрите.
Король усмехнулся.
— Если у Союза пяти портов возникнут трудности, найдётся немало желающих добить тонущего и попытаться занять их место, а вовсе не тех, кто придёт на помощь. Это слишком жирный кусок, и желающих поживиться им предостаточно.
В словах короля звучала пугающая насмешка.
Он слишком ясно видел многие вещи, поэтому говорил о них с такой небрежностью.
— Свяжитесь с Ангелом, — спокойно распорядился король.
— Они достаточно долго были бедны и, думаю, будут рады вмешаться в это дело.
В государстве Ангел много гор, а значит, у них богатые лесные ресурсы. Если король предложит цену и ослабит для них некоторые ограничения, думается, государство Ангел с большой охотой предоставит королю древесину для строительства замков и даже сможет выступить в роли перевозчиков.
— Вы говорите так, будто уже всё подготовили, — управляющий дворцом слушал с некоторым трепетом и невольно восхитился.
Король заключил соглашение с государством Ангел ещё до подавления внутренней смуты, тогда он просто позаимствовал их конницу. Но кто мог подумать, что король, возможно, уже тогда заглядывался на лесные ресурсы гор Ангела?
Король улыбнулся.
Одна присяга на верность, одно подавление мятежа, один отряд конницы — и они хотели выменять у короля статус свободных людей? Не поймите неправильно, король не был настолько щедр. Ещё до того, как генерал Эдмунд из государства Ангел напомнил королю о договоре, король уже размышлял, как извлечь из государства Ангел большую выгоду.
Знание командира рыцарей о государстве Ангел и было основой для плана короля.
Как показала практика, эти заблаговременные размышления короля не пропали даром. Разве сейчас они не пригодились?
Король шаг за шагом поднимался по холодным каменным ступеням тюрьмы.
На нём были изящные чёрные сапоги, украшенные драгоценными камнями. Когда король шёл, камни по бокам мерцали, словно звёзды. Каждый шаг короля был твёрдым и уверенным. Если смотреть на него со спины, он был похож на клинок, всегда устремлённый вперёд.
— В январе торговые суда Союза пяти портов отказались от досмотра таможенного интенданта.
— В феврале в одном из подчинённых городов Союза пяти портов незаконно торговали шерстью.
— В марте род Гурос из Союза пяти портов приказал своим кораблям атаковать проходящие суда.
— В апреле торговое судно из графства Шайр было задержано в порту Кессойи за то, что не спустило флаг.
…
— В сентябре Союз пяти портов в сговоре с Глейсом тайно переправил гурендийских тяжеловооружённых всадников.
— В октябре Союз пяти портов присоединился к Розовой смуте.
Голос короля становился всё холоднее, тон оставался ровным, но под этой ледяной гладью закипала ярость.
Союз пяти портов, возможно, и не знал, чего они добились — они заставили короля с поистине феноменальной памятью вознамериться их уничтожить. Все их дела, каждое из них, король помнил отчётливо.
— Некоронованные короли моря и торговли?
Король тихо рассмеялся.
В этом смехе таилось нечто, от чего кровь стыла в жилах.
С лёгким звоном чёрный сапог ступил на последнюю ступеньку. Король поднял голову, взгляд его скользнул по земле, покрытой толстым слоем снега, и холодный ветер завыл.
— На моей земле откуда взяться второму королю?
Король без колебаний шагнул на последнюю ступеньку, выйдя из тени. Солнце мгновенно залило его целиком.
Холодный ветер завывал, черты лица короля, освещённые солнцем, казались ослепительными.
Багровая королевская мантия возвещала о решимости железного монарха.
Трон рода Розы стоял на земле Рогланда, а значит, на земле Рогланда может существовать только одна воля, один голос, и на кораблях, бороздящих Бездонный пролив, может развеваться только один флаг.
Герцог Глейса попытался ступить на трон и в итоге обагрил мантию короля своей кровью.
Теперь король был полон решимости отправить на дно Бездонного пролива старую гигантскую ладью Союза пяти портов — «некоронованных королей моря».
Трон не терпит посягательств.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…