Глава 5. Вторая встреча 4
— Прости, я совсем растерялся. Давно не виделись, Эни.
— А, угу, раз уж ты успокоился… ну и ладно.
Эни подумывала было хорошенько врезать ему разок, но когда он посмотрел прямо ей в глаза с чуть грустной улыбкой, всякое желание отпало.
Даже если ей и хотелось спросить, что произошло, обстановка к этому не располагала, так что оставалось лишь простить.
Её также насторожило это странное «давно не виделись».
Несмотря на случившееся, обряды продолжались, поэтому Дзике проводил Эни на заключение договора и подошёл к Рау.
— Извини, что дал слабину.
— Да я сам не знал, что тебе сказать…
Рау неловко почесал затылок.
Дзике выплакался досуха, отчего на душе стало легко и светло, но вряд ли кто-то, глядя на его опухшие от слёз глаза, подумал бы, что он в хорошем настроении.
Полегчать-то полегчало, но теперь его охватил стыд за собственную выходку.
Мало того что разревелся на людях, так ещё и от избытка чувств вцепился в девчонку.
Учитывая характер Эни, он ожидал, что она тут же оттолкнёт его или хотя бы слегка стукнет, но та ничего не сделала и не проронила ни слова.
Врежь она ему — стало бы проще, но ничего не произошло, оставив лишь чувство неловкости.
— С-слушай, я ведь наверняка смогу устроиться на хорошую работу. Так что буду много зарабатывать и тебя прокормлю! И сделаю так, чтобы всем из трущоб жилось хоть чуточку лучше, так что выше нос!
Послушать сейчас — так слова Рау звучали как своего рода признание или даже предложение руки и сердца.
Тогда, в прошлом, услышав точно такие же слова, Дзике воспринял их как жалость и сочувствие, а потому отверг.
Рау же просто хотел отплатить за добро, но, будучи ещё ребёнком, не умел правильно подбирать слова и выразился так неуклюже, желая лишь подбодрить лучшего друга.
В прошлом Рау и правда помогал ему, а Дзике так и не смог этого принять.
Если взглянуть трезво, Рау сейчас отчаянно подбирал слова, стараясь утешить друга.
Эта его отчаянная старательность казалась такой милой и вызывала такую благодарность, что улыбка сама собой тронула губы Дзике.
— Ловлю на слове, Рау.
На этот раз всё было иначе, чем в прошлом. Теперь он сумеет достойно принять искреннюю доброту лучшего друга.
— А, ага!
Дзике так легко согласился, что теперь уже сам Рау опешил.
Пусть он и не собирался врать, но прекрасно понимал, что ляпнул что-то странное.
И когда его с улыбкой попросили сдержать слово, он вдруг осознал, какое необычное обещание только что дал.
В прошлом Дзике многое получил от Рау.
Но только лишь принимать чужую помощь было бы неправильно.
Ему и самому нужно измениться.
Дзике мысленно поклялся приложить все усилия, чтобы тоже дать что-то Рау взамен.
— Ч-что это за свет?!
Лучшим магическим зверем этого дня стало существо, причисляемое к рангу божественных зверей — ослепительно-алый феникс, явившийся из невероятно яркого сияния.
Свет, заметный даже за пределами Зала договоров, разливался вокруг птицы, величественно восседавшей в центре магического круга.
Проще говоря, то была вершина птичьего рода. Огненная птица, наделённая силой пламени и возрождения.
Величественное создание, которое называют как магическим, так и духовным зверем.
Пожалуй, не будет преувеличением назвать его лучшим не только за сегодняшний день, но и во всей стране.
Солдаты заворожённо смотрели на феникса, даже не пытаясь выставить копья.
— Эм, э-хе-хе… здорово, правда?
Призвавшей его оказалась Эни, которая сейчас растерянно улыбалась.
Стоило фениксу шевельнуться, как во все стороны посыпались искры.
Низко склонив голову, феникс легонько коснулся клювом щеки Эни и ласково потёрся о неё в знак покорности.
Эни в ответ тоже погладила его по клюву.
Все напрочь забыли о том, что своей очереди ждёт ещё много детей.
Феникс прекрасен, сколько на него ни смотри.
Даже во второй раз не верилось, что прямо перед глазами находится почти легендарное создание.
— Н-ну как, круто же?!
Оказавшись в центре всеобщего внимания и не дождавшись указаний от солдат, окончательно растерявшаяся Эни решила сбежать со сцены и с шутливым видом подбежала к Дзике и Рау.
Разумеется, феникс последовал за ней.
Вокруг них образовалось кольцо куда шире, чем при появлении громового тигра.
Подойдя ближе, феникс почему-то посмотрел на Дзике и склонил голову.
Не понимая причины и растерявшись, Дзике на всякий случай поклонился в ответ.
Громовой тигр выступил вперёд, заслоняя Рау.
Даже перед лицом феникса он не струсил, стараясь защитить своего хозяина.
Похвальная храбрость.
Дзике не знал, насколько опытен этот громовой тигр.
Но если тигр закалён в боях, а феникс ещё совсем молод, то у полосатого хищника вполне были шансы потягаться с ним.
— О-обалдеть…
Рау тоже не мог скрыть изумления, заворожённо глядя на феникса.
— Правда ведь? Твой тигр… ну, даже рядом не стоял…
От избытка впечатлений Эни совершенно забыла о магическом звере Дзике.
Неосмотрительно похваставшись, она осеклась на полуслове.
— Слизень — это тоже совсем неплохо.
— Кур-р-р.
Феникс подал голос так вовремя, словно откликнулся на слова Дзике.
Казалось, он с ним соглашается.
Заодно и Фиос подпрыгнул в руках.
«И что он такое несёт с этим опухшим от слёз лицом?»
— подумала про себя Эни.
На человека, довольного Слизнем, он точно не походил.
Глядя на виноватое лицо Эни, Дзике смущённо почесал щёку.
О способностях и статусе Слизня как магического зверя в сравнении с фениксом нечего и говорить.
Однако главное — то, насколько глубокую связь удастся выстроить со зверем и как именно применять его способности.
Хотя, конечно, даже если Эни будет лениться, а Дзике — лезть из кожи вон, превзойти её всё равно будет трудно.
После этого результаты пошли ничем не примечательные.
Впрочем, среди детей нашлось ещё несколько с неплохими зверями, просто на фоне слишком уж выдающихся Рау и Эни они совсем потерялись.
Так или иначе, обряды для всех собравшихся детей подошли к концу, и им устно провели инструктаж о мерах предосторожности и необходимых правилах обращения с магическими зверями.
Вообще-то эти вещи следовало изучать основательно, но поскольку детей было много и они даже не умели читать, оставалось лишь вкратце объяснить всё на словах.
Нескольких ребят, призвавших хороших магических зверей, включая Рау и Эни, после этого отдельно подозвали чиновники и о чём-то с ними беседовали.
Дзике уже знал, о чём там шла речь, поэтому не волновался.
У остальных детей, включая самого Дзике, других дел не было, так что их снова погрузили на повозки и отправили обратно в трущобы.
Когда настало время расходиться, все уже знали, что Дзике заключил договор со Слизнем, поэтому на прощание наперебой говорили ему слова утешения, а он лишь с улыбкой пропускал их мимо ушей.
По прибытии в трущобы все разбрелись кто куда, и Дзике тоже направился к себе.
Домом ему служила маленькая, пусть и ветхая, но защищавшая от ветра и дождя хижина, расположенная в той части трущоб, что находилась сравнительно близко к кварталу простолюдинов.
Давным-давно здесь тоже был обычный квартал простолюдинов, но во время большой войны это место превратилось в трущобы.
В этом доме жил старик, который заботился о Дзике и о котором заботился сам мальчик.
Семьи у старика не было, поэтому после его смерти Дзике так и остался жить здесь.
Хоть дом и был маленьким, для одного ребёнка места оказалось с избытком, поэтому Дзике приютил Рау и Эни, которые как раз скитались неподалёку на улице.
Эти двое возвращались сюда не каждый день — порой они уходили на подработки или ночевали в других местах, но их главным пристанищем всё же оставался дом Дзике.
Дзике рухнул на расстеленный прямо на полу тюфяк.
Раньше тут стояла кровать, но она сломалась, и с тех пор, как её доски пошли на починку стены, спать приходилось на полу.
Ожидание обряда затянулось, так что на улице солнце уже клонилось к закату.
Собрали ведь детей из бедноты, могли бы хоть покормить.
Нужно было подумать об ужине, но то ли из-за долгих рыданий, то ли из-за нехватки сил в детском теле шевелиться совсем не хотелось.
Он протянул руку и погладил устроившегося рядом Фиоса. От одного этого прикосновения ему передалось чувство радости, и на душе у Дзике тоже потеплело.
— Так это не сон?
И не предсмертные видения.
Сознание было на удивление ясным. Он ущипнул себя за щёку — больно.
Да и вообще, когда утром Рау разбудил его пинком, тоже было больно.
События развивались в точности как в его воспоминаниях, вот только он не помнил, чтобы феникс склонял перед ним голову.
И тогда он так сильно не плакал — в этом тоже было отличие.
Да и реакции окружающих казались слишком уж реальными для сна.
Если это не сон, то получалось, что он вернулся в прошлое, сохранив все свои воспоминания вплоть до глубокой старости, но что именно произошло и почему всё так обернулось, Дзике понятия не имел.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…