Глава 14. Патентный договор 2
Для самого Дзике это тоже была крупная ставка. Опираясь лишь на доверие, заработанное за несколько месяцев, он без лишних объяснений вынуждал нанимателя принять трудное решение.
Но если преодолеть этот рубеж, Дзике станет незаменимым для всего дела.
В будущем уборка мусора распространится на весь город, а затем и на всю страну. Однако масштаб личности Оранзе был таков, что этим он не ограничится.
Он начнёт брать подряды на уборку улиц и крупных зданий, а параллельно втайне запустит и теневой бизнес.
То, что поначалу сводилось к простому сбору слухов и анализу сведений, по мере систематизации перерастёт в настоящую сеть информаторов.
При виде уборщика кто-то, может, и поморщится, но всерьёз обращать на него внимание вряд ли станут.
А люди побеспечнее и вовсе ведут себя так, будто прислуги рядом нет, и разговаривают вполголоса, ничуть не таясь.
Сперва это были обычные уборщики. Они крепко запоминали всё любопытное из слухов и случайных бесед, приносили обратно и записывали.
Поначалу сбор сведений служил в основном для расширения дела и выполнения мелких поручений.
Затем, помимо обычных работников, Оранзе подготовил полууборщиков — пусть и любителей, но занимавшихся главным образом добычей информации.
Нанимая тех, кто умел писать или обладал подвешенным языком, он всё глубже проникал в круг клиентов. То были сборщики сведений, работавшие в открытую.
И наконец, он взрастил настоящих лазутчиков, таившихся в тени.
Аристократы нанимают прислугу сами.
Уборкой внутри особняков занимаются горничные, дворецкие и специально обученные слуги, так что там его услуги не требовались, однако вывоз мусора заказывала и знать. К тому же информация была необходима, чтобы справляться с недовольством и жалобами, возникавшими при расширении дела.
Поэтому он наладил полностью подпольный промысел: приставлял соглядатаев к знатным особам, от которых ждали неприятностей, подсылал людей к челяди вельмож, а со временем дошёл и до тайного проникновения в дворянские поместья.
Разве придёт кому-то в голову, что сборщик мусора — на самом деле торговец информацией?
К тому времени, когда разведывательная сеть заработала в полную силу, объявили, что отходы можно приносить и лично. Поэтому даже тех, кто являлся покупать сведения, никто ни в чём не подозревал, стоило им взять в руку мешок с мусором.
Стабильный заработок тоже входил в планы Дзике, но его истинной целью было приобщиться к этому информационному делу.
По идее, торговля сведениями должна была появиться ещё очень нескоро.
Вот почему ему хотелось ускорить развитие мусорного промысла и как можно раньше завоевать прочное доверие.
Оранзе налил в чашку совсем остывший чёрный чай, который уже успел крепко настояться и сделаться терпким и горьким, после чего снова осушил её одним глотком.
Вместо отрезвляющего снадобья.
Глупый выбор. Сейчас он собирался пойти на шаг, на который не решился бы даже спьяну.
— Ладно. Я принимаю твоё предложение.
— Председатель!
На лице Медо отразилось изумление. Она была уверена, что он отвергнет столь безрассудную затею, а потому не могла скрыть потрясения.
— Сейчас же отправляемся в Гильдию торговцев. Медо, оставляю дела на тебя.
— П-прямо сейчас?! Председатель, вы серьёзно?!
— Вполне. Дзике, ты ведь готов идти прямо сейчас?
— Разумеется.
Дзике и сам удивился, не ожидая столь быстрого решения, но Оранзе лишь казался осторожным, а на деле был человеком весьма честолюбивым.
Он был не из тех, кто бездумно бросается в сомнительные авантюры, но и не настолько осмотрителен, чтобы упустить верный шанс.
Это предложение упускать нельзя.
Так подсказывало чутьё где-то в глубине сознания.
— Расходы я беру на себя. Но если ты меня провёл или выдумал какую-то чепуху... пощады не жди, хоть ты и ребёнок.
— Вот выслушаете — тогда и рассудите.
Всю дорогу они хранили молчание; следуя за Оранзе, мальчик пришёл в Гильдию торговцев.
Она располагалась в необычайно огромном здании на границе простонародного и дворянского кварталов.
Дзике редко доводилось здесь бывать, поэтому место казалось ему непривычным.
Оранзе сообщил о цели визита у стойки, и дежурный отправился за нужным человеком.
— О-о, давненько не виделись, сынок Хелфанда.
— Давно не виделись, заместитель главы гильдии.
Вскоре из глубины здания вышел невысокий, худощавый мужчина с узкими глазами.
Оранзе был сравнительно рослым, и на его фоне мужчина, уступавший ему на две головы, из-за своей субтильности казался даже не просто низким, а совсем уж маленьким.
Даже когда Оранзе почтительно склонил голову, он всё равно оставался выше.
— Говоришь, хотите воспользоваться магическим патентным договором? Так это с ним, что ли? Приятно познакомиться, я Шорне Максарос. Занимаю пост заместителя главы этой Гильдии торговцев.
По первому впечатлению Дзике не смог определить возраст Максароса.
Человек, которому доверили должность заместителя главы в главном отделении Гильдии торговцев всей страны, должен быть уже в летах.
Однако и манера речи, и внешность у него были моложавыми, так что старым он отнюдь не выглядел.
Когда он улыбнулся, его узкие глаза превратились в щёлочки, и прочесть в них мысли стало невозможно.
Даже сейчас было неясно, что он думает, глядя на Дзике.
— Мы с главой гильдии и ещё одним сотрудником выслушаем тебя, всё запишем и оценим суть дела. Имей в виду, скидок на возраст делать не станем.
Бросив короткое «За мной», Максарос по-купечески споро зашагал вперёд; проводив их в глубь здания, он остановился перед одной из комнат.
— Ты, Хелфанд, подожди вон в том кабинете.
— Понял.
— Ну а ты заходи сюда.
Максарос отворил необычайно массивную на вид дверь и пригласил Дзике внутрь.
Тесная комната без единого окна. Один человек сидел за длинным столом, ещё один — за маленькой конторкой в углу.
Максарос опустился на стул рядом с мужчиной за длинным столом и жестом предложил гостю сесть напротив.
— Я глава гильдии, Фетц. А там в углу — Керашен, она поведёт запись.
Фетц оказался дородным пожилым мужчиной, а Керашен — довольно молодой женщиной.
Дзике знал о Фетце. Встречаться им не доводилось, но в том будущем, которое помнил мальчик, этот человек прославился в весьма своеобразном смысле.
Когда разразилась война, Фетц в самом её разгаре с поразительной расторопностью смекнул, к чему всё идёт, сгрёб своё имущество и подался в бега.
И это при том, что он владел крупным торговым домом — недаром ведь возглавлял гильдию.
Экономика города погрузилась в хаос, однако войну удалось выиграть.
В итоге Фетца заклеймили предателем, бросившим родину; из-за боевых действий покинуть страну он так и не сумел, был схвачен и казнён.
Когда вражеские солдаты уже на пороге, струсит любой. Осуждать его Дзике ничуть не собирался.
Сложись всё чуть иначе, страна бы пала, а он наверняка заново встал бы на ноги на чужбине.
Пожалуй, столь быстрое решение можно было даже назвать дальновидным.
С учётом тогдашней обстановки расчёт его не был ошибочным.
В конце концов, Фетц просто пытался по-своему сберечь нажитое.
— Меня зовут Дзике. Прошу любить и жаловать.
— Взаимно. Что ж, начнём, пожалуй. Безмолвие.
Фетц взмахнул рукой, и комнату окутала магическая сила.
Помещение со звукоизоляцией дополнили заклинанием тишины. Подход был основательным, без малейшей оплошности.
— Капните кровью на этот магический круг.
Фетц и Максарос кольнули ножом подушечки пальцев и прижали их к листу с начертанным магическим кругом, после чего бумага впитала кровь.
Лист, без единого алого пятнышка вобравший кровь обоих, вместе с ножом протянули Дзике.
Взяв нож, мальчик без колебаний сделал небольшой надрез на кончике пальца.
Фетц тихонько хмыкнул.
Не дожидаясь пояснений и подсказок, Дзике прижал палец к бумаге.
Ощущение выступившей крови исчезло, а вместе с ним утихла и боль. Сработало вплетённое в круг простенькое исцеляющее заклинание, тут же затянувшее ранку.
Последней свою кровь в магический круг внесла Керашен.
— Отлично. Клянёмся, что отныне всё сказанное здесь будет записано и не выйдет за эти стены без дозволения правообладателя.
— Тогда начнём с 1-го.
— С 1-го?
— Огненная ящерица. Чудовище, обитающее в засушливых горах; порой заключает договор с человеком и становится магическим зверем. Спина у неё полыхает огнём, так что даже среди магических зверей тварь эта весьма хлопотная, но...
В его речи не было свойственной детям бессвязности.
По одному лишь короткому имени нетрудно догадаться, что он родом из бедноты. А значит, грамоте наверняка не обучен.
Конечно, среди нищих детей порой встречаются те, кто держится и рассуждает взрослее сверстников, но Дзике, пусть и пускался иногда в пространные объяснения, говорил сжато и бил точно в цель.
В памяти Фетца мелькнул образ собственного сына, которому он уже доверил несколько лавок, и главе гильдии захотелось возвести очи к небу. При мысли о том, как отпрыск по сей день неуверенно мямлит, невольно вырывался вздох.
Когда Дзике в запертой комнате с полной уверенностью закончил свой рассказ перед бывалыми купцами, и Фетц, и Максарос лишились дара речи.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…