Глава 38. Распоряжение старика Чжана
Мороженое «Айсберри»! Дядя Эр, выпятив живот, самолично принёс его к столу.
— Ух ты! Откуда у вас такая марка? Её даже в Гши нет, — Су Исюань от удивления захлопала в ладоши.
Дядя Эр сказал:
— Это у него надо спросить.
— Я?
Ян Пин не знал, что сказать.
— Спасибо тебе!
Су Исюань взяла мороженое.
Ян Пин почесал затылок, замялся и залился краской:
— Я...
Су Исюань поблагодарила очень тихо, щёки её пылали. Этот бесчувственный чурбан, который только и умеет, что оперировать, оказывается, знает, что она любит «Айсберри».
Менеджер Хуан, тот, с рекрутингового портала... Ян Пин в первую очередь подумал о нём. Точно, это он всё устроил за кулисами. Странный он всё-таки человек, в своём роде единственный: знает, что Ян Пин ни за что не пойдёт в эту больницу хирургии кисти, а всё не оставляет попыток, хлопочет без устали. Ради чего?
Ян Пин видел, что Су Исюань сидела и ела мороженое, и тут же догнал дядю Эра:
— Дядя Эр, что вообще происходит?
— Парень, разве не ты велел привозить мороженое ко мне? И наказывал: каждый раз, когда будете с этой девушкой приходить ужинать, подавать по два. Да брось притворяться, я ведь не выдам. Приятного аппетита, у меня ещё дела.
Дядя Эр махнул рукой. Первые слова он произнёс очень тихо, а последнюю фразу нарочно повысил на несколько тонов.
Закончили ужинать уже в начале одиннадцатого, но посетителей в заведении не убавилось — время поздних перекусов только начиналось. Ян Пин проводил Су Исюань до больничного общежития, потом постоял на пешеходном мосту, подышав ветерком, и вернулся домой.
Вспомнив про учебные операции на этой неделе — «ужасную триаду» локтевого сустава и перелом нижнего конца плечевой кости, — Ян Пин вошёл в Системное пространство и листал светящийся экран туда-сюда: нет ли подходящего отдельного тренировочного пакета.
В длинном-длинном перечне хирургических тренировок он нашёл эти две позиции. Минимальная покупка — от пятисот случаев, каждый пакет стоит по четыре тысячи очков.
Он подсчитал очки: только что поступило шесть тысяч, на счету теперь было четырнадцать тысяч.
Эти два отдельных пакета стоили восемь тысяч — действительно дорого.
Ян Пин посмотрел и другие обучающие пакеты по переломам. В пересчёте на пятьсот случаев: перелом плечевой кости — две тысячи очков, перелом локтевой и лучевой костей — две тысячи, перелом бедренной кости — три тысячи, перелом большеберцовой и малоберцовой костей — три тысячи.
При этом пакеты устроены так, что, например, пакет по переломам плечевой кости включает и переломы её нижнего конца, а пакет по переломам локтевой и лучевой костей включает «ужасную триаду». Так что покупать их выгоднее; в пакете по одной отдельной нозологии таких бонусов нет.
Поразмыслив как следует, Ян Пин купил пакет по переломам плечевой кости и пакет по переломам локтевой и лучевой костей. На счету осталось десять тысяч — на случай непредвиденных обстоятельств оставалось больше пространства для манёвра.
Раз уж тренировка в Системном пространстве не тратит реальное время, Ян Пин полностью прошёл только что купленные обучающие пакеты.
Утром, сдав дежурство, Ян Пин с Сяо У обошёл палаты, а затем отправился в травматологическое ИСУ проведать вчерашнего пациента с разрывом печени и селезёнки. Врачи уже убрали интубационную трубку, пациент пришёл в себя, только лицо было ещё бледным.
Врач ИСУ, увидев, что Ян Пин шёл на обход, тут же присоединился к нему и доложил:
— Утром в анализе крови гемоглобин 70 г/л — после массивного переливания. Пульс немного учащён, 105 ударов в минуту, давление уже в пределах нормы: 98/64.
Показатели были уже довольно неплохие. Если перелить ещё немного крови, гемоглобин постепенно скорректируется.
— Банк крови говорит, что крови сейчас мало. При гемоглобине выше 70 достать её сложновато, — объяснил врач ИСУ.
Ян Пин сказал:
— Можно и не переливать, это не большая проблема. На усиленном питании, с профилактикой инфекций гемоглобин потихоньку восстановится, и пойдёт положительная динамика.
Пациент узнал Ян Пина и попытался приподняться. Врач ИСУ удержал его:
— Вам пока нельзя вставать.
— Доктор, спасибо, вы спасли мне жизнь.
Он протянул руку. Ян Пин пожал её:
— Это мой долг.
Врачу вообще много не надо: величайшее удовлетворение — спасти человеку жизнь.
— Теперь уже всё будет нормально.
Врач ИСУ тоже знал, что Ян Пин — костяк отделения травматологии и ортопедии, один из главных бойцов заведующего Ханя. Он относился к Ян Пину с подчёркнутой учтивостью, явно не как к обычному лечащему врачу. Говорил с ним гораздо вежливее, чем с обычными ординаторами.
Закончив обход в ИСУ, Ян Пин получил звонок от заведующего Ханя: профессор Чжан Цзуншунь просил его спуститься в поликлинику — у него к нему разговор.
Молодые врачи при виде профессора Чжан Цзуншуня обходили его стороной: нрав у него был странный, требования суровые. Заметит, что у тебя на белом халате не застёгнута пуговица, — будет отчитывать полчаса.
Ян Пин вздрогнул. Проверил халат: одна пуговица расстёгнута. Он мигом застегнулся, проверил ещё раз и только тогда осмелился идти в поликлинику.
Профессор Чжан — ортопед с общенациональной известностью. Его амбулаторный кабинет состоял из двух комнат: внешняя служила приёмной — местом отдыха для родственников пациентов, там стояли диван, журнальный столик и кулер с водой.
А внутренняя и была собственно кабинетом. Просторный, вдоль стены — смотровая кушетка, занавешенная шторкой. Два письменных стола были сдвинуты вместе, два компьютера стояли спинками друг к другу, экраны были соединены для общего доступа. Молодой аспирант помогал профессору.
Ян Пин постучал, тихонько вошёл, поздоровался с аспирантом и встал в сторонке, не мешаясь.
Господин Чжан в это время вёл приём. У его очков для чтения была сломана одна дужка и замотана изолентой.
Пациент лежал на смотровой кушетке в синей рабочей робе, измятой до неузнаваемости. Господин Чжан, прощупывая локоть пациента, говорил:
— Так, у тебя всего четыре тысячи юаней. Бюджет маловат, надо прикинуть.
Пациент тут же подхватил:
— Профессор Чжан, я работаю на стройке, начальник сбежал, зарплату за год так и не получил. Эти деньги собрали товарищи по бригаде. Я обошёл несколько больниц — там говорят, на четыре тысячи даже винтов не купишь, а пластина с винтами обойдётся тысяч в двадцать с лишним.
— Верно, одна пластина с винтами — комплект тысяч двадцать, дешёвый и за десять с лишним не сыскать. Дай-ка посмотрю, не переживай.
Закончив осмотр, господин Чжан снова уселся в своё кожаное начальственное кресло и принялся разглядывать снимок на негатоскопе слева и справа.
Перелом нижнего конца правой плечевой кости, внутрисуставной, тяжёлый оскольчатый. Посмотрев несколько минут, господин Чжан сказал:
— Послушай, товарищ рабочий, не спеши. У тебя четыре тысячи, но ведь ещё и есть надо. На лечение, пожалуй, удастся выделить не больше трёх. Я тебе всё распланирую.
Пациента поддерживал товарищ, аспирант помог снова наложить гипсовую лангету, закрепил её бинтом и подвесил руку к груди.
— Профессор, спасибо вам. Я обошёл кучу больниц — там только глянут на снимок и говорят: «Иди в другую больницу, четыре тысячи нереально»
— и всё, больше не обращают внимания. А я к вам записаться не смог, стоял у двери, думал хоть парой слов перекинуться, ждал, что прогоните. А вы не прогнали и ещё бесплатно приняли. Простите меня. Сейчас пойду оплачу приём.
Говоря это, пациент расплакался.
— Исключительная ситуация — исключительное отношение. Не надо ничего оплачивать. Считай, я выдал тебе дополнительный бесплатный талон.
Увидев, что Ян Пин подошёл, профессор Чжан поманил его:
— Иди сюда, иди! Взгляни!
Ян Пин поспешно подошёл, улыбаясь. Господин Чжан сказал:
— У этого пациента всего три тысячи юаней. Не лечиться — останется калекой. Так что я кладу его в стационар, оперируешь ты. Без пластины — только спицы Киршнера и проволока. Продумай операцию как следует. Я видел, как ты в прошлый раз на ключице поработал парой спиц — неплохо вышло. После госпитализации оформишь предоперационные обследования: общий анализ крови, мочи и кала, биохимию, функцию печени и почек, четыре маркера инфекций, ЭКГ и рентген грудной клетки. Операцию назначь побыстрее, чтобы сократить срок пребывания в больнице.
Господин Чжан на мгновение задумался и добавил:
— Как ни планируй, с деньгами всё равно туго. Я, Сяо Ян, сейчас переговорю с операционным блоком, пусть сделают для этого пациента послабление по расходам.
На операциях при переломах расходники вроде пластин очень дорогие, легко переваливают за десять тысяч; импортные ещё дороже — несколько десятков тысяч.
А спица Киршнера — просто тонкий стальной стержень. Стержни и проволока — копейки, каких-нибудь несколько юаней или несколько десятков; самые дорогие — до сотни-другой юаней. По сути, материал почти бесплатный. Но стержнями и проволокой можно фиксировать только простые переломы — например, кисти или стопы. Чуть сложнее — уже ничего не выйдет.
Делать такую операцию спицами... Лет тридцать-сорок назад ещё можно было, тогда на функцию никто не смотрел. А теперь требования к функции высокие. Разве спицей закрепишь такой перелом надёжно? Надёжной фиксации нет — значит, нельзя рано начинать разработку. А оскольчатый перелом нижнего конца плечевой кости у локтя — дело капризное: не начнёшь разрабатывать вовремя, через три недели сустав станет тугоподвижным. Это господин Чжан подкинул Ян Пину задачку.
Не давая Ян Пину возразить, господин Чжан поправил очки и велел аспиранту выписать направление на госпитализацию:
— Оформи госпитализацию, в обход очереди, операцию поставь как можно раньше.
— Вот и всё. Можешь идти заниматься своими делами, — сказал господин Чжан.
— Но, господин Чжан...
Ян Пин хотел возразить.
Господин Чжан махнул рукой:
— Пошевели мозгами. Те две операции, что я отобрал в прошлый раз, тебе делать не нужно. Эта пойдёт тебе вместо них как аттестационная.
Старый хрыч, до чего хитёр!
Ян Пин остался стоять в кабинете — не уходил, ждал, когда у старика появится свободная минутка, чтобы ещё раз с ним потолковать. Господин Чжан был очень занят: подробно объяснял пациенту, как оформить госпитализацию, каким маршрутом идти, где дешевле поесть, как следить за кошельком и остерегаться карманников. Только убедившись, что всё понятно, он принял следующего пациента. На Ян Пина он не обращал никакого внимания.
В кабинет на инвалидном кресле вкатили пациента с хроническим остеомиелитом большеберцовой кости; кресло толкала молодая, модно одетая женщина. Пациент лечился во многих больницах и перенёс уже шесть операций.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…