Глава 99. В Чанъане много сокровищ
Практикующие тёмный путь из-за слияния с кровью демонов и особенностей совершенствования легко теряли контроль над своим сердцем, поддавались негативным эмоциям и даже радикально меняли характер, что сказывалось на их повседневном поведении.
Даже если кровь демона, используемая для жертвоприношения, происходила от блародных и чистых зверей, таких как дракон, феникс, цилинь или сечжи, практикующие тёмный путь всё равно склонялись к кровожадности, жестокости и хладнокровию.
Во многих местах принято было считать всех людей тёмного пути злодеями — причина крылась именно в этом.
Следуя привычному образу мышления, Чжан Дунъюнь, когда жил на Голубой Звезде, предполагал, что это могло быть связано с генной мутацией или реакцией отторжения…
Слияние и совершенствование с одним видом демонической крови уже было настолько опасно, что легко приводило к потере контроля практикующим, что уж говорить о двух?
В истории были люди, пытавшиеся сливать и совершенствоваться с несколькими видами демонической крови, но результат всегда был один — на низких стадиях они сходили с ума, полность теряя человеческий облик.
Некоторые даже уничтожали сами себя.
На протяжении всей истории практикующие тёмный путь, способные одновреенно владеть двумя видами демонической крови, были редкстью, как перья феникса или рога цилиня.
А те, кто мог объединить две крови и совершенствоваться до глубоких стадий, были единицами, почти по пальцам пересчитать.
«Обезьяний Царь-Дракон» Ао Кун был самым молодым из таких на сегодняшний день.
Хотя он и был молод, его сила давно превзошла предшественников: он превращался в демоническую обезьяну, передвигал горы и моря, превращался в небесного дракона, меняясь бесконечно, более того, он слил две демонические крови и создал собственное превращение Обезьяно-Дракона, объединившее достоинства обоих, и прогремел на весь мир.
Однако после событий в Следах Бессмертных тридцать лет назад он бесследно исчез, и о нём было мало вестей.
Теперь, внезапно услышав о демонической обезьяне, передвигающей горы, которая устроила переполох в округе Ечуань, Чжан Дунъюнь сразу подумал о нём.
Шэнь Хэжун, узнав новости, пришла к той же мысли.
— Пока есть только слухи о передвигающей горы демонической обезьяне, но нет вестей ни о иллюзорном драконе, ни о обезьяно-драконе, — медленно произнёс Чжан Дунъюнь.
Шэнь Хэжун задумалась: — Не знаю, одиннадцатый ли это брат. Если это действительно он, то у него, должно быть, тоже куча проблем, и сейчас его сила ограничена, иначе он бы давно перевернул всю эту Восточную Тан вверх дном.
Чжан Дунъюнь спросил: — Как думаешь, какую роль он сыграл в том деле?
В памяти «Злого Императора» Мин Тунхуя не было уверенности, входил ли Ао Кун в число предателей в инциденте в Следах Бессмертных.
— Если спросить моё сердце, младшая сестра считает, что одиннадцатый брат не предатель.
Шэнь Хэжун тихо сказала: — Но исходя из того, что известно сейчас, младшая сестра не может быть уверна.
Её ответ шёл от души, что не удивило Чжана Дунъюня.
Судя по тому, как она называла Ао Куна, было видно, что эмоцинально она готова была ему верить.
В прошлом «Обезьяний Царь-Дракон» Ао Кун был дерзок до небес, высокомерен и заносчив, но в общении с братьями и сёстрами его называли искренним человеком.
Однако, как уже было сказано.
Они тогда тоже доверяли Ян Ли…
Поэтому, хотя эмоционально она была склонна верить Ао Куну, рационально Шэнь Хэжун всё ещё нуждалась в дальнейшей проверке.
Она подняла глаза на Чжана Дунъюня: — Старший брат, позволь младшей сестре съездить в округ Ечуань.
— Пока это только слухи, не факт, что он там, — равнодушно сказал Чжан Дунъюнь.
— Поэтому младшая сестра поедет одна, старшему брату не нужно утруждаться.
Шэнь Хэжун сказала: — Как только будут новости, младшая сестра немедленно сообщит старшему брату.
Она вдруг что-то вспомнила и снова достала ту самую лазурную жемчужину.
— Этот Небесный Глаз как раз подойдёт, старший брат сможет сразу узнать обстановку.
Шэнь Хэжун улыбнулась: — Нужно лишь немного его изменить.
Маленькая девочка вытянула палец и начала легко чертить и обводить по поверхности лазурной жемчужины.
Через мгновение лазурное сияние на жемчужине замерцало, а затем, под взглядом Чжан Дунъюня, постепенно превратилось в чисто-синий цвет.
Затем Шэнь Хэжун слегка коснулась пальцем, и из чисто-синей жемчужины вдруг вылетел тусклый свет.
Сияние, влажное, как вода, вылетев из жемчужины, собралось в воздухе главного зала и в конце концов образовало нечто вроде круглого зеркала.
Поверхность зеркала слегка колебалась, как озерная гладь, переливаясь волнами.
Чжан Дунъюнь посмотрел — на зеркале отражалась картина, точно такая же, как та, что была видна через первоначальный Небесный Глаз.
— Если у старшего брата будут дела, он также может связаться с младшей сестрой через это.
Шэнь Хэжун улыбнулась.
Её голос как будто звучал в два слоя.
Один исходил от неё самой, другой доносился изнутри зеркала — очевидно, звук передавался через чисто-синюю жемчужину, а затем через зеркало.
— Выбери из городских людей тех, кто тебе подходит, и возьми с собой в дорогу.
Сказал Чжан Дунъюнь.
— У Юнь — самый способный, но он должен остаться, чтобы помочь старшему брату, Сюй Синчжи хочет проявить себя под началом У Юня, младшая сестра рада этому и не хотела бы его задерживать.
Девочка улыбнулась: — Пусть третий дядюшка из семьи Чэнь возьмит с собой младшую сестру и Чжао Янь, двоих детей, и поедет.
— Как хочешь, сама будь осторожна в пути.
— Чжан Дунъюнь махнул рукой.
Шэнь Хэжун приняла серьёзный вид: — Младшая сестра пошла, старший брат тоже береги себя.
Она покинула главный зал, но не стала специально искать Чэня Цзечжи.
Через некоторое время действительно появился Чэнь Цзечжи, посланный У Юнем, чтобы забрать её и Чэнь Чжаоянь.
— В округе Ечуань есть вести о некоторых наших соплеменниках. Господин У Юнь специально разрешил мне покинуть город, чтобы разведать обстановку. Если информация подтвердится, можно будет привести их обратно в Чанъань.
Чэнь Цзечжи сказал: — Господин У Юнь велел взять вас двоих для внешней тренировки. В пути обязательно не отклоняйтесь от маршрута.
— Да, третий дядюшка.
Чэнь Чжаоянь сияла, как весенний свет. Рядом с ней «Мин Исюэ», которая была на полголовы ниже, тоже радостно ответила: — Да, третий дядюшка Чэнь.
Трое собрали вещи, взяли трёх Громовых Драконовых Коней и покинули город, направившись на юг, в округ Ечуань за несколько тысяч ли.
Во Дворце Дамин Чжан Дунъюнь смотрел на перед ним водную гладь зеркала, на которой отражалась картина, видимая через жемчужину Шэнь Хэжун, и удовлетворённо кивнул.
Пока дел нет, ему не нужно было постоянно смотреть.
Чжан Дунъюнь переключил внимание на список задач своей системы.
**【Строительная задача 4.1 — Пожалуйста, предварительно создайте свой городской рынок, заложите основы торгового оборота】**
Чжан Дунъюнь слегка кивнул.
С увеличением числа жителей в городе сейчас существовала начальная торговля, но она была разрознена, не имела масштаба и очень зависела от округа Циньчжоу за горами.
Сейчас Город Непобедимости становился всё больше, обстановка в целом стабилизовалась, можно было подумать о более масштабном развитии народной экономики.
Основной недостаток по-прежнему крылся в географическом положении.
Глухие горы и дикие места, не транспортный узел — для развития торговли были врождённые недостатки.
Но если гарантировать безопасность сделок и наличие большого количества уникальных товаров, которых мало в других местах, то, думалось, всё равно были перспективы.
Хуже всего — если нормальная торговля не наберёт масштаб, тогда сначала стать крупнейшим чёрным рынком Восточной Тан…
— Наверное, не должно дойти до такого позора?
Пробормотал про себя Чжан Дунъюнь.
Первым делом он определил место для рынков во внутреннем городе.
Один — Восточный рынок, другой — Западный рынок.
Восточный рынок планировалось использовать как место для сделок практикующих.
Западный рынок — как место для сделок простых смертных.
В будущем, когда население вырастет ещё больше и места проживания станут более разбросанными, можно будет попробовать организовать вокруг жилых кварталов небольшие разрозненные рынки под руководством Западного рынка.
Сейчас же сначала зафиксировать Восточный и Западный рынки.
По мере дальнейшего расширения внешнего города и захвата всё больших территорий, Восточный и Западный рынки во внутреннем городе со временем будут модернизированы, ориентируясь на высокий класс.
Между стенами и между крепостными стенами тогда можно было развивать и строить рынки более низкого уровня.
Сейчас же в первую очередь нужно было громко заявить о себе Восточному и Западному рынкам.
Среди них Восточный рынок для практикующих стоял на первом месте.
На Западном рынке обычные смертные не могли совершать длительные путешествия.
Поэтому Западный рынок мог пока вреенно облуживать только жителей города, постепенно набирая известность и привлекая для торговли и ведения дел местных крестьян и купцов.
Внутри внутреннего города Чанъаня, с восточной и западной сторон, одна за другой вспыхнули золотые огни, а затем целые здания опустились на землю.
Жители города зашумели, обсуждая это, а Сюй Синчжи, Го Цзы и другие были очень заинтригованы.
— У Цюн, будешь отвечать за Западный рынок.
В главном зале У Юнь распорядился как бы между прочим.
Недавно прибывший в Чанъань из округа Тунчжоу глава Школы Грома и Молнии У Цюн поспешно принял приказ: — Я обязательно постараюсь.
Он в душе облегчённо вздохнул.
Раньше он был занят налаживанием связей и поиском сбыта бирюзового соснового кристалла.
Когда сделка с Великим Драконьим Вратом была улажена, ему пришлось остаться в Тунчжоу, отвечая за приём и транзит.
Прошло несколько месяцев, и наконец он смог вернуться в Чанъань.
Школа Холодной Горы и клан Чэнь уже прочно обосновались в городе и даже получили наставления от У Юня и освоили глубокие тайные техники.
За эти дни Школа Грома и Молнии постепенно оказалась на обочине в Чанъане, что вызвало у У Цюня сильное беспокойство.
Теперь, когда У Юнь доверил ему управление Западным рынком, камень с души У Цюня тут же упал.
Восточный рынок для практикующих — У Цюнь понимал, что его собственная культивация пока низка, и Школа Грома и Молнии в этом плане не выделялась; передать Восточный рынок им было бы чревато проблемами.
Рынок для простых смертных, Западный рынок, как раз подходил для их возможностей, к тому же он сулил хорошую прибыль. Даже если честно выполнять свои обязанности и не брать взяток, всё равно можно было жить безбедно.
Однако всё это было возможно только в том случае, если Школа Грома и Молнии правильно организует работу Западного рынка.
Нынешняя небольшая торговля в Чанъане в основном держалась на округе Циньчжоу.
Это была территория Школы Холодной Горы.
Но если хотели расширить бизнес и сделать рынок оживлённым, у Школы Грома и Молнии, выходцев из округа Тунчжоу, тоже были свои преимущества.
Округ Тунчжоу, будучи транспортным узлом, всегда славился процветающей торговлей; у Школы Грома и Молнии там были свои связи.
Как привлечь тамошних купцов в Чанъань — вот над чем предстояло думать У Цюню в ближайшее время.
В некотором смысле ему придётся «переманивать» клиентов из своего же Тунчжоу…
Не говоря уже о сложности, на это нужно было время.
Далёкая вода не утолит ближней жажды; чтобы быстро увидеть результат, нельзя было ослаблять внимание к Циньчжоу.
Возможно, сотрудничество со Школой Холодной Горы принесёт выгоду обеим сторонам, но инициатива должна была быть в своих руках… У Цюнь уже обдумал это.
А У Юнь тем временем посмотрел на Сюя Синчжи:
— Синчжи, ты будешь отвечать за Восточный рынок.
Учёный в синем халате глыбоко вздохнул и поклонился: — Ученик понимает.
Он только что законил работу учителем и стал правой рукой У Юня; настало время проявить свои амбиции.
Управление рынком, хоть и казалось делом купеческим, а не обычной административной работой, несомненно, являлось серьёзным испытанием.
Сюй Синчжи сам понимал, что впереди его ждёт экзамен от У Юня; если он его не пройдёт, придётся возвращаться к преподаванию.
— Что касается моей пилюли Реинкарнации, ты можешь распространить информацию.
Тон У Юня был небрежен, словно он упомянул какой-то пустяк, не заслуживающий внимания.
Но у всех в зале, включая Сюя Синчжи, дыхание слегка участилось.
Пилюля Реинкарнации, названная так в честь круговорота перерождений, управляла жизнью и смертью; она была способна почти воскрешать мёртвых и восстанавливать плоть на костях.
Давным-давно такие люди, как Хуэй Тяньюй и Цао Фэн, а ранее и Чэнь Цзечжи, принимали эти пилюли и быстро восстанавливались даже от тяжелейших ран.
Такое чудодейственное лекарство было мечтой бесчисленного множества людей.
Когда весть распространится, мир непременно сойдёт с ума.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…