Глава 43
Через четыре дня Ду Жун, держа в руках плетёный сундук, шагал рядом с Чэнь Сяо в очереди на досмотр и посадку на корабль. Остальной багаж уже пометили и передали матросам — те должны были чуть позже доставить его в каюту.
Внутренние каюты располагались в центре корабля, и их каюта находилась на второй палубе. Место считалось неплохим: в открытом море здесь было относительно спокойно, не то что в боковых каютах, где ощущалась качка. Был и недостаток — во внутренних каютах не было окон. Чтобы проветрить помещение, приходилось то и дело открывать дверь, из-за чего страдали безопасность и уединённость.
Предъявив билеты и получив ключи, Чэнь Сяо и Ду Жун гуськом двинулись по корабельному коридору. Коридор оказался довольно тесным и низким, хотя ширина его была сносной, так что ощущения нехватки воздуха не возникало.
Ориентируясь по номерам на дверях, они нашли свою каюту, и Чэнь Сяо отпер дверь ключом. Комната оказалась не такой маленькой, как он себе представлял, — размером со стандартный двухместный номер в дешёвой гостинице, с двумя двухъярусными кроватями. Изголовья прилегали к стене, а каркасы были жёстко закреплены к потолку и полу. Чэнь Сяо тряхнул кровать — она не шелохнулась, очень прочная.
В ногах кроватей вплотную стояли два высоких до потолка встроенных шкафа, каждый с двумя отделениями — верхним и нижним. Всего выходило четыре шкафа, на каждом висел медный замок с ключом, и распределялись они по соответствию с койками.
Помимо кроватей и шкафов, на стене между двумя койками висел откидной столик на складных ножках — если опустить, он мог служить столом. Чэнь Сяо подумал, что будь у него колода карт, за таким столом можно было бы неплохо убивать время.
Больше в каюте никаких удобств не было. Если возникала нужда справить естественные надобности, приходилось идти в специальное помещение в коридоре. Там было несколько отсеков с общественными туалетами. Кроме того, имелось отдельное место для умывания и купания. Умывальников не было, зато было несколько медных труб с круглосуточной подачей воды. Под трубами стояли раковины — заткнёшь сливное отверстие, и можно постирать одежду. Для купания тоже были отсеки, внутри — деревянная ванна. Если хотелось помыться горячей водой, нужно было самому сходить в котельную и принести её — не очень-то удобно.
Вместе с Ду Жуном они запихнули багаж в шкафы, заперли дверь каюты и решили прогуляться по кораблю.
Этот многоярусный корабль назывался «Восхождение»
— никакого особого смысла в названии не было, просто капитана так звали, вот и назвали корабль в его честь. «Восхождение» брало за билеты дорого, зато и услуги предоставляло довольно полные. Не только палуба для прогулок была просторной, но и имелась специальная комната для занятий культивацией. Предоставлялись не только закрытые комнаты для затворничества, но и продавались пилюли, оружие и снаряжение. Чэнь Сяо из любопытства пошёл было с Ду Жуном глянуть, но его утащил побледневший Ду Жун. Всё здесь было, но одно слово — дорого!
Помимо комнат и лавок, связанных с культивацией, были и места, которые посещали и культиваторы, и простолюдины, — харчевни и чайные. Эти харчевни и чайные тоже делились на высший, средний и низший разряды. Низший — для простых культиваторов, средний — для высокоранговых культиваторов и небогатых практиков, высший — для знатных родов, бессмертных врат и могущественных кланов. Разумеется, вход в такие заведения был бесплатным, но стоило захотеть чего-нибудь съесть или выпить — приходилось платить. Цены в меню росли пропорционально разряду заведения.
Поначалу Ду Жун переживал, что Чэнь Сяо не вынесет такого деления на сорта и разряды. Но, к его удивлению, молодой хозяин смотрел на всё с совершенно спокойным лицом и не выказывал недовольства от неравного обращения. Это подняло Ду Жуна во мнении о душевных качествах Чэнь Сяо.
Подавляющее большинство здешних заведений Чэнь Сяо посещать не мог. Он просто обошёл всё снаружи, удовлетворил любопытство и перестал обращать внимание. Последним местом осмотра было то, что интересовало его больше всего, — столовая на «Восхождении».
В конце концов, раз уж билеты такие дорогие, бесплатная еда полагается. Правда, место для трапезы было не каким-нибудь шикарным рестораном или чайной, а столовой с простым названием.
Еда в столовой тоже делилась по разряду билетов, но поскольку по-настоящему богатые в столовую не ходили, разница была невелика — разве что в комплекте на одно мясное блюдо или на один суп больше.
Раз уж еда годилась в пищу даже культиваторам, вкус у неё наверняка был неплохой. Чэнь Сяо, немного гурман по натуре, с полным ожиданий сердцем переступил порог столовой — и замер на месте.
Ду Жун удивлённо спросил:
— Хозяин? Почему не заходите?
Голос Чэнь Сяо звучал неуверенно:
— Гляди, это не Тун Нуонуо?
Тун Нуонуо покупал билет вместе с ними, значит, и каюта у него должна быть та же. Только что в комнате Чэнь Сяо видел, что шкафы пустые, и переживал, не заблудился ли Тун Нуонуо снова и не пропустил ли отплытие. И вот, неожиданно, в столовой он увидел человека, похожего на Тун Нуонуо.
Почему «похожего»?
Неподалёку, боком к ним, сидел человек, перед которым стояло несколько тарелок, и он ел с жадностью, давясь. Никакого вида бессмертного наставника — вид у него был довольно жалкий.
Ду Жун тоже заколебался. Даже когда он однажды в дикой местности долго голодал и, увидев еду, вёл себя примерно так же. Расстались-то они всего четыре дня назад — не мог же человек так измениться?
Видя, что Ду Жун молчит, Чэнь Сяо просто подошёл. Человек, уткнувшийся в еду, почувствовал, что кто-то приблизился, и поднял голову.
Круглое лицо немного похудело, но в целом осталось круглым. Глаза под веками с одинарной складкой были налиты кровью — сразу видно, что человек не высыпался. Плоская переносица, вздёрнутый кончик носа. Пухлые полные губы были набиты едой, лоснились от масла и блестели. Чэнь Сяо мысленно утвердительно кивнул: точно Тун Нуонуо.
— Наставник Тун?
— в голосе Ду Жуна звучало полное недоверие.
Тун Нуонуо тоже изумился, увидев их. Лицо его выражало испуг, глаза округлились. Сначала он покраснел, потом побелел. Чэнь Сяо хотел что-то сказать, как вдруг Тун Нуонуо вскочил и заметался на месте. Ду Жун ничего не понимал и растерянно прошептал:
— Что это наставник Тун делает?
Чэнь Сяо, глядя, как юноша в панике что-то ищет, внезапно догадался. Он досадливо хлопнул себя по лбу и крикнул Ду Жуну:
— Быстро ищи воду, он подавился!
После небольшой суматохи Тун Нуонуо, запив еду водой и как следует постучав себя по груди, пришёл в себя. Ду Жун виновато сказал:
— Это всё наша вина, потревожили вас.
Тун Нуонуо вытер рот, перевёл дух и ответил:
— Не ваша вина, это я сам ел слишком быстро и жадно.
Ду Жун сел напротив Тун Нуонуо, и Чэнь Сяо, видя это, тоже нашёл себе стул. Ду Жун участливо спросил:
— Наставник Тун, что-то случилось? Отчего вы в таком… в таком виде?
То ли из-за благодарности за стакан воды, то ли ещё почему, но он явно снял ту настороженность, что держал всё это время. Даже при Чэнь Сяо соизволил показать доброе лицо.
Тун Нуонуо выдавил неловкую улыбку:
— После того как мы расстались в тот день, я по неосторожности заблудился. Сомовск слишком большой, я несколько раз спрашивал дорогу, но так и не нашёл правильного пути.
Для прирождённого путаника, который умудрялся теряться даже на деревенском базаре, город областного масштаба с его населением и улицами был адским уровнем лабиринта.
— В конце концов мне пришлось вытрясти все оставшиеся деньги и нанять повозку, чтобы она довезла меня до пристани.
Услышав, что тот добрался до пристани, Чэнь Сяо уже было порадовался, но тут юноша продолжил:
— Только вот я приехал слишком рано, корабль ещё даже не заходил в порт. Деньги у меня кончились все, нанять ещё одну повозку я не мог. Боялся, что если уйду, то не найду дорогу обратно и пропущу посадку, поэтому пришлось сидеть на одном месте и не двигаться. Так и голодал два дня. Только что поднялся на борт и попросил матроса проводить меня в столовую поесть.
Выслушав полную историю четырёхдневных злоключений Тун Нуонуо, Чэнь Сяо подумал только одно: и кто же такой бессердечный наставник выпустил в свет человека с таким топографическим кретинизмом!
Ду Жун оставалось лишь вздыхать — он совершенно не знал, что сказать. Чэнь Сяо сказал:
— Если не возражаете, на время плавания наставник Тун пусть держится рядом с кем-нибудь из нас двоих.
Оставлять такого путаника одного было прямо-таки грешно. Тун Нуонуо ответил без малейших колебаний:
— Благодарю вас обоих, я только об этом и мечтал!
Дальше, когда Тун Нуонуо доел, они вдвоём отвели его в каюту. Заставлять его запоминать номер на двери было бесполезно — оставалось только выделить кого-то, кто сопровождал бы его за водой и на умывание.
Жизнь в одной комнате сама по себе — отличная возможность узнать друг друга лучше. А поскольку юноша больше не хмурился и не важничал нарочно, Тун Нуонуо быстро сдружился с Чэнь Сяо и Ду Жуном.
Чэнь Сяо спросил, почему при первой встрече тот был таким настороженным. Тун Нуонуо без обиняков рассказал: раньше он был слишком самоуверен и считал, что простолюдины не могут причинить вред культиватору, — и жестоко поплатился. С тех пор при виде смертных он невольно настораживался.
Это было, когда он только покинул наставника и впервые отправился в самостоятельное странствие. Раньше он всегда жил с наставником и с малых лет сидел на одном месте, поэтому поначалу не знал, насколько серьёзен его топографический кретинизм. Так что Тун Нуонуо с великими амбициями назначил себе очень далёкую цель.
Сначала он в Зале Познания Мира у себя на родине собрал отряд с другими культиваторами, но поскольку он вечно отставал и в назначенное время не появлялся, постепенно людям в отряде надоело его разыскивать. Не успели они добраться до места, как Тун Нуонуо вежливо попросили уйти.
Юноша хоть и был путаником, но имел самолюбие! Он решил отправиться один. Результат оказался ещё хуже. Ему приходилось всю дорогу расспрашивать, и в одном глухом месте он обратился за дорогой к простолюдину. А тот оказался с чёрной душой — увидел, что у юноши лицо доверчивое, и завёл его в чёрную шахту.
Поняв, что его обманули, Тун Нуонуо убил того чёрного хозяина шахты и заодно освободил согнанных на принудительные работы рудокопов. Спасённые шахтёры плакали от радости, рассыпались в благодарностях и разбежались к новой жизни. А незадачливый Тун Нуонуо, шедший за этими шахтёрами, на миг отвлёкся — и потерял их, заблудившись в запутанных штольнях. Несколько дней он плутал, пока взятые с собой припасы почти не кончились, и лишь по счастливой случайности нашёл правильную штольню и снова увидел белый свет.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…