Глава 13. Встреча с моим будущим мужем, к сожалению
⋅•⋅⊰∙∘❦✾❦∘∙⊱⋅•-
Через три дня после того, как отец объявил, что я каким-то образом стал последним подношением нашей семьи мафии, я совершил своё первое серьёзное преступление.
Можно сказать, я... тренировался для этой роли! Хех, уловили?!
Технически это была кража, но при таких обстоятельствах мне также нравилось думать об этом как об агрессивном финансовом планировании.
Эти три дня я в основном потратил на обдумывание планов побега, но каждая гениальная идея разбивалась об одно и то же раздражающее препятствие: деньги.
Представлять побег казалось суперлёгким из уюта моей комнаты, но поезда, отели, еда, паспорта и все эти противные мелочи жизни... да, всё это, чёрт возьми, стоит денег.
А у меня не было ничего. Отец об этом позаботился.
Итак, около двух часов ночи, пока остальная часть семьи Синклер безмятежно дрыхла в своих роскошных кроватях, я прокрался по коридору к кабинету отца, как самый неквалифицированный взломщик в мире.
Отец наконец выпустил меня из заточения. Так что, естественно, я собирался заставить его пожалеть об этом.
Рёбра всё ещё ныли, когда я двигался слишком быстро, щека побледнела от фиолетового до отвратительного жёлтого синяка, а порез на губе наконец перестал кровоточить... хотя он адски щипал каждый раз, когда я улыбался. Не то чтобы я в последнее время часто улыбался.
Особняк был почти безмолвен. Лунный свет струился сквозь высокие окна, отбрасывая бледно-серебристые прямоугольники на блестящий мраморный пол.
Каждый звук эхом разносился в темноте — от тиканья напольных часов в конце коридора до мягкого скрипа деревянной лестницы под моими ногами.
Я замер у кабинета отца и прислушался. Ничего... хорошо. Я тихо повернул ручку. Дверь открылась с мягким щелчком, и я скользнул внутрь.
Знакомый запах отцовского кабинета ударил в нос: кожа, дорогой одеколон, старая бумага и тот тяжёлый альфа-запах, который, казалось, навсегда въелся в мебель. Это была комната, от которой посетители чувствовали себя ничтожеством ещё до того, как кто-то произносил хоть слово.
Тёмные ореховые полки выстроились вдоль стен, а его огромный стол был отполирован до такой степени, что я видел в нём своё отражение. В рамках стояли фотографии, где отец пожимал руки политикам, магнатам, знаменитостям и людям, у которых наверняка было достаточно денег, чтобы купить небольшую страну. Моих фото не было.
Впрочем, я не удивился.
Я закрыл за собой дверь и глубоко вздохнул.
«Ладно, Алекс, — прошептал я себе.
— Ты не воруешь. Ты перераспределяешь богатство».
Моя совесть, однако, совершенно не убедилась.
Я подошёл к столу. В первом ящике была куча бумаг, во втором лежали ручки, а третий был забит дорогими перьевыми ручками, которые могли бы прокормить меня добрых три месяца, найди я подходящего покупателя.
Но я не хотел объяснять, откуда у меня вдруг взялась коллекция лимитированных пишущих инструментов, принадлежащих Ричарду Синклеру, так что я пропустил этот ящик.
Затем я заметил часы. Они лежали в бархатной коробочке, спрятанной за документами... изысканный золотой хронометр, который наверняка стоил больше, чем всё, чем я когда-либо владел, вместе взятое. Я уставился на них, и они уставились на меня.
«Прости», — прошептал я, прежде чем схватить их.
Дальше — пара золотых запонок, а затем зажигалка. Я чуть не оставил зажигалку, пока не вспомнил, что отчаявшиеся люди не могут позволить себе привередничать.
Я запихнул всё во внутренний карман пиджака и замер, глядя на стол.
Всё. Всё, что я смог найти, не делая ничего безрассудного.
Когда я повернулся, чтобы уйти, я услышал шаги. Всё моё тело похолодело. Кто-то шёл по коридору. Отлично!
Видимо, умереть от унижения вселенной было мало — ей нужно было, чтобы я испытал и настоящую смерть.
Я бросился к двери и только вышел в коридор, как раздался голос отца.
«Что ты делаешь?»
Я чуть не выронил сердце где-то между вторым этажом и небесами.
Медленно я обернулся. Отец стоял в дальнем конце коридора, поверх одежды накинув тёмный халат, и выглядел подозрительно.
Ужасную секунду я думал, что он слышит, как украденные часы тикают у меня под рёбрами. Сердце колотилось так сильно, что я удивлялся, как оно ещё не подало заявку на независимость.
«Не мог уснуть», — выдавил я.
Отец прищурился. «В два часа ночи?»
«Бессонница — дама упрямая».
Он сверлил меня взглядом. Я сверлил его в ответ. Настал момент, когда я должен был выглядеть невинным... жаль, что невинность никогда не была моей сильной стороной.
Повисла долгая тишина, и я буквально слышал, как в голове играет траурный марш. Наконец отец раздражённо вздохнул. «Мачеха ждёт тебя завтра утром одетым и готовым пораньше. Не опаздывай».
Я кивнул. «Конечно».
Он прошёл мимо, не сказав больше ни слова. Я ждал, пока его шаги не стихли в конце коридора, и только тогда позволил себе снова дышать.
Затем я бросился обратно в свою комнату, запер дверь, прислонился к ней и уставился в потолок.
Меня чуть не поймали за кражей у собственного отца. Всё идёт просто замечательно. По крайней мере, у меня есть куча вещей, которые можно продать, когда я сбегу.
Теперь нужно найти идеальное место, чтобы их спрятать...
На следующее утро Лидия появилась у двери моей спальни вскоре после завтрака.
Она не постучала — она никогда не стучала. Дверь распахнулась, и вот она стоит: в кремовом костюме, с идеально уложенными волосами и выражением лица, уже раздражённым самим фактом моего существования.
«Одевайся».
Я оглядел себя. На мне были старый свитер и свободные брюки. «Я одет».
Её взгляд скользнул по мне. «Прилично».
«Ах». Я кивнул. «Видимо, у одежды теперь есть стандарты».
Её губы сжались. «Мы выезжаем через сорок минут».
Чтобы встретиться с... ним.
У меня упало сердце. Точно. Мафия, мой будущий муж, Дракула, парень, которого я публично оскорбил из-за куска торта.
Тот самый, который, по слухам, заставил исчезнуть двух предыдущих невест, хотя, судя по моим исследованиям, никто так и не предъявил ни тела, ни полицейского отчёта, ни даже надёжного свидетеля, подтверждающего, что они действительно мертвы.
Я считал, что это различие довольно важно.
Лидия отвернулась. «И приведи лицо в порядок».
Я коснулся щеки. «Оно заживает».
«Ты выглядишь жалко. Надень что-нибудь, что скроет эти синяки».
«Спасибо. Я работаю над этим».
Она бросила на меня брезгливый взгляд. «Думаешь, это смешно?»
«Нет». Пауза. «Не особо».
Она шагнула ближе, понизив голос. «Сегодня ты будешь вести себя прилично. Ты извинишься. Ты будешь вежливым. Ты сделаешь так, чтобы он понял: ты подходишь».
Я чуть не рассмеялся... подхожу. Вот слово, которое они постоянно швыряли, будто я предмет мебели, который осматривает потенциальный покупатель.
«А если нет?»
Её глаза похолодели. «Ты знаешь, что будет».
К сожалению, знал. Управляющий банком. Мой запасной будущий муж. Парень, который смотрел на меня на благотворительном гала-вечере так, будто я интересное приобретение, а не человек. Я вздрогнул, подавляя это.
«Верно, — пробормотал я.
— Очаровательная альтернатива».
Выражение лица Лидии стало ещё жёстче.
«Не испорти это». И она ушла.
Я смотрел ей вслед, затем перевёл взгляд на часы, спрятанные под матрасом.
«Что ж, — прошептал я, — по крайней мере, у меня есть запасной план, как не стать третьей пропавшей невестой».
Это был ужасный запасной план, но он был мой.
Поездка была такой же приятной, как транспортировка на собственную казнь. Лидия сидела рядом со мной на заднем сиденье, глядя в окно, а я сидел на противоположной стороне, пытаясь унять дрожь в колене.
«Ты ёрзаешь».
«Я нервничаю».
«И правильно».
Я взглянул на неё. «Это было на удивление утешительно».
Она проигнорировала меня. «Ты уже однажды опозорил эту семью. Не делай этого снова».
«Впишу это в своё расписание».
Она наконец повернулась ко мне. «Алекс». Что-то в её тоне заставило меня перестать улыбаться. «Если Кастелли откажется от тебя из-за твоего поведения, твой отец не потерпит ещё одной неудачи».
Я снова посмотрел в окно. Город проносился мимо размытым пятном стеклянных зданий, машин, пешеходов и обычных людей, живущих своей обычной жизнью.
Людей, которые могли встать утром и сами решить, куда им идти. Людей, которые могли выйти из дома без чьего-либо разрешения.
Людей, которые могли сами зарабатывать деньги. Эта мысль уколола сильнее, чем я ожидал.
«Я буду вести себя прилично», — пробормотал я.
Лидия выглядела довольной. «Хорошо».
Я не сказал ей, что приличное поведение сейчас — наименьшая из моих забот. Я просто пытался выжить.
Есть разница.
Ресторан был из тех мест, где, подозреваю, у стульев банковские счета были лучше, чем у меня.
Мы вошли через частный вход в уединённую столовую с тёмными деревянными панелями, огромными окнами и мягким золотистым освещением.
Всё было элегантно, но лишено тепла, что казалось уместным для семьи Кастелли.
У дальней стены стояли двое мужчин... телохранители. Одного из них я узнал мгновенно. Солнцезащитные очки в помещении. Конечно.
Этот парень, похоже, дал обет носить очки в помещении. Он посмотрел на меня. Я ответил взглядом. Его выражение слегка дрогнуло.
Узнавание... о, отлично. Мне захотелось развернуться. К сожалению, Лидия положила ладонь мне между лопаток и подтолкнула вперёд.
«Лоренцо ждёт».
И вот он, сидит во главе стола. Лоренцо Кастелли. Он выглядел почти так же, как я запомнил его с гала-вечера, только в более тихой обстановке казался ещё более устрашающим.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…