Глава 8. День первый, утро. Жизнь и смерть — каково это на самом деле
— О-о-о!
Громко закричав, чтобы заглушить страх в груди, я стрелой бросился прямо на Гоблина.
Видимо, совершенно потеряв бдительность, Гоблин вздрогнул от моего крика и торопливо обернулся ко мне.
Именно в этот миг всё и решилось.
Тело Гоблина на долю секунды накренилось.
Его правая нога угодила в вырытую мной ямку.
Гоблин тут же попытался вернуть равновесие, но мне этой заминки вполне хватило.
Налетев на него плечом, я отшвырнул его мелкое тельце прочь.
Для самого Гоблина такой удар был сущей ерундой.
Отчаянный таран тщедушного человека отбросил его лишь из-за разницы в комплекции, но не причинил вообще никакого вреда.
В подтверждение тому отлетевший Гоблин поначалу ошарашенно хлопал глазами, однако его взгляд тут же наполнился предвкушением лёгкой победы.
— Гхи-хи-хи…
Буркнув что-то, Гоблин гаденько захихикал.
Но договорить ему было не суждено.
Позади упавшего Гоблина из земли торчал железный прут.
Заранее выверенный мной по углу и положению, он вонзился точно в основание черепа рухнувшего на спину монстра.
— Гх… хе…
Из пасти Гоблина хлынула алая кровь, а из горла показался кончик железного прута.
— Гэ… хи-хи…
Конвульсивно дёргаясь всем телом, Гоблин забился в агонии.
Он медленно поднял руки, пытаясь вытащить прут из собственной шеи.
«Да ладно?! Он даже от такого не сдох? Сколько же в этой твари живучести?!»
Содрогнувшись от омерзения, я прикусил губу, поднялся на ноги и встал перед Гоблином.
Сколько ни смотри — жуткое зрелище.
Стоило лишь оказаться перед ним, как тело начинала колотить мелкая дрожь.
Инстинкты в голове по-прежнему били тревогу, вопя о том, что нужно немедленно бежать.
Но я подавил всё это чистой силой воли.
— Уора-а-а!
С этим криком я со всей силы пнул Гоблина в его толстое брюхо.
— Гапэ!
Тварь издала странный звук, а железный прут вошёл ещё глубже, пробивая позвоночник.
— Гхи… гхи… гэ…
И даже после этого Гоблин ещё не испустил дух.
При виде того, как он корчится, отчаянно пытаясь высвободиться, по моей спине пробежал холодный пот.
Неужели и этого мало, чтобы его убить?
Нет, быть такого не может.
С пробитым основанием черепа и насквозь пронзённым горлом просто невозможно выжить.
Пусть он и монстр, но рана явно смертельная.
— У… уа-а-а-а!!
Словно пытаясь прогнать собственный ужас, я принялся пинать Гоблина снова и снова.
С каждым ударом железный прут входил всё глубже и глубже.
Наконец он прошил горло до такой степени, что спина Гоблина вжалась в самую землю, и лишь тогда монстр перестал дёргаться.
— Ха-а… ха-а… ха-а!
Я и сам не заметил, как взмок от пота.
Тяжело дыша, словно после бега на пределе сил, я уставился на затихшее тело Гоблина.
— Ха-а, ха-а… с-сдох?
Кровь Гоблина окрасила землю в алый цвет.
Глядя на обмякшую неподвижную тушу, я наконец-то облегчённо выдохнул.
— Живой, — пробормотал я.
— Живой!
— повторил я, чтобы убедиться в этом самому.
— Я живой!!
Сжав кулаки, я от всей души отдался этой радости.
Ощущение жизни, которую я вырвал собственными руками.
Уверенность в том, что теперь я смогу выжить в этом мире.
Облегчение от того, что удалось избежать смерти.
И едва заметное чувство вины оттого, что я впервые собственноручно убил живое существо.
На меня разом нахлынули самые разные чувства, которые невозможно выразить словами.
— Кх…
Ноги подкосились, и я опустился на землю.
Стоило почувствовать облегчение, как силы тут же оставили меня.
Осев прямо на месте, я невидящим взглядом уставился на труп Гоблина.
— Это ведь… я его прикончил, да?
Даже мёртвым он вызывал у меня дрожь.
Мне всё ещё не верилось, что я сумел убить существо совершенно иного биологического порядка.
— И что мне теперь с ним делать?
— пробормотал я, глядя на бездыханное тело.
И тут, словно в ответ на мой вопрос, с трупом Гоблина прямо на глазах начало твориться нечто странное.
Начиная с макушки, Гоблин принялся стремительно терять цвет, будто обращаясь в пепел.
Побелевшие участки тут же осыпались, превращаясь в белоснежный прах, а затем и вовсе растворялись в воздухе.
Звякнув, на землю упал зажатый в лапе Гоблина ржавый кухонный нож.
— Исчез?..
— ошеломлённо выдохнул я, глядя на опустевшее место.
Неужели этот Гоблин мне просто приснился?
Нет, глупости.
Оставшаяся на земле ещё не высохшая лужа крови и брошенный исчезнувшим владельцем ржавый тесак ясно говорили о том, что ещё недавно здесь действительно лежал труп.
— Похоже, тут уже ничему удивляться не приходится, — протянул я с долгим выдохом.
Трупы монстров исчезают, растворяясь в воздухе.
Словно иллюзия, лопнувшая мыльным пузырём.
Будто сам мир стирает любые следы существовавшего здесь чудовища.
После смерти монстра в реальности ничего не остаётся.
Думать о том, что стало с телом и куда оно делось, мне было уже попросту лень.
Не хотелось забивать голову сложными вещами.
Видимо, в этом мире, именуемом Сумеречным Миром, остаётся лишь принимать подобные вещи как данность.
— А-ах…
То ли от отголосков моего первого в жизни боя, то ли от усталости по телу разлилась тягучая вялость.
Я повалился спиной на землю и уставился в небо.
В чистой голубой выси раскинулась бесконечная пелена лёгких облаков.
Оно ничем не отличалось от неба, которое я знал всю жизнь.
И глядя в эту высь, я никак не мог поверить, что нахожусь в мире, где игра слилась с реальностью.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…