Глава 2. 1 апреля, 6:02 утра. В Сумеречный Мир
Когда я очнулся, в комнате царил полумрак.
Не было слышно привычного стрекота цикад, а в воздухе стояла лёгкая прохлада, словно ранней весной.
От холода меня пробрала дрожь.
— Холодрыга...
Поворочавшись, я потянулся к валявшемуся перед глазами смартфону.
Для лета такой холод был явно ненормальным.
В прогнозе погоды вроде бы ничего не говорили о похолодании под утро.
— Сколько сейчас времени?
— пробормотал я и, не вставая с пола, включил экран смартфона.
1 апреля, 6:02.
Такая строчка высветилась на дисплее.
Увидев эти символы, я не поверил своим глазам.
— ...Это ещё что такое?
Я принялся часто моргать, вглядываясь в цифры.
Решив, что ещё не до конца проснулся, я несколько раз потёр глаза.
Но сколько бы я ни смотрел на смартфон, надпись на экране не менялась.
Сейчас август, самый разгар лета. Никакого апреля тут быть не может.
Экран смартфона явно сбоил.
— Неужели из-за вчерашнего?
В памяти всплыло то, что случилось прямо перед сном.
Дикое головокружение и тошнота. Они накатили внезапно, и опомниться я не успел, как потерял сознание.
Я точно рухнул на пол. Наверное, тогда же выронил смартфон, и в нём что-то сломалось.
— Эх...
Я протяжно вздохнул.
До следующей зарплаты на подработке денег на ремонт телефона всё равно нет.
Если накрылся только календарь, то хоть и неудобно, а придётся пользоваться как есть.
— И всё-таки, — произнёс я, разглядывая экран смартфона.
— Шесть утра, надо же. Давненько я в такую рань не вставал.
Пробормотав это, я невольно усмехнулся.
Ладно ещё в старшей школе, но, став студентом университета, подниматься в такое время я почти перестал.
Оказывается, даже летом ранним утром бывает довольно свежо.
Думая об этом, я сел и прислушался к собственному самочувствию.
Ни вчерашнего головокружения, ни тошноты не осталось и в помине. Голова тоже не болела. Я чувствовал себя просто великолепно, хоть сейчас в бой.
— Да уж, перепугался я знатно. Думал, помру от теплового удара.
Я рассмеялся.
Хотя сам прекрасно понимал, что тут не до смеха.
Настолько тяжёлым было вчерашнее головокружение.
В новостях то и дело передавали о смертях от теплового удара, так что я уже втайне приготовился к худшему.
И всё же я жив.
Конечно, не станешь кричать на каждом углу, что чуть не помер от теплового удара из-за сломанного кондиционера, но как байка для посиделок за выпивкой вполне сойдёт.
Решив по заведённой утренней привычке заглянуть в соцсети, я коснулся экрана смартфона.
— Хм?
От странного вида экрана у меня невольно вырвался возглас.
На открывшемся рабочем столе сиротливо висела иконка всего одного приложения.
Это был значок «Сумеречного Мира», который я скачал только вчера вечером.
Все остальные приложения исчезли. Не было ни «Лайна», ни почты, ни контактов. Более того, пропали даже те значки, которые в принципе невозможно удалить: браузер, телефон и даже настройки самого смартфона.
То же самое касалось индикаторов сети и заряда батареи, которые должны были находиться в верхней части экрана.
Кажется, уцелели только часы с календарём — хотя календарь врал, да и насчёт точности времени уверенности не было никакой.
Я провёл пальцем по дисплею, листая рабочий стол.
Но других экранов просто не существовало.
Подумав, уж не чужой ли это телефон, я осмотрел корпус, но сомнений быть не могло — это мой смартфон.
— Да ладно...
В груди начало расползаться неодолимое беспокойство.
Я-то надеялся, что если сломался только календарь, телефоном ещё можно пользоваться, но тут полетел вообще весь интерфейс.
Смартфон без звонков, почты и интернета — это просто тонкая электронная дощечка.
Да и вообще, только ли в экране дело?
В порядке ли хранившиеся в памяти контакты друзей и данные игр, в которые я влил столько денег?
...А я ведь делал резервную копию?
По спине пробежал холодный пот.
Хоть убей, не помню, чтобы в последнее время делал резервное копирование.
Решив для начала подключить смартфон к компьютеру, я обвёл взглядом комнату.
— А?
Комнату озаряли лучи рассветного солнца.
Моя крохотная каморка в четыре с половиной татами выглядела так, словно стояла заброшенной бог знает сколько времени.
Оконное стекло разбито, занавески превратились в настоящие лохмотья. Татами повсюду покрылись чёрной плесенью, а поверх неё лежал белый налёт пыли. Деревянный складной столик в углу комнаты совершенно побелел от толстого слоя слежавшейся пыли. То ли его местами проели жучки, то ли ещё что, но одна из четырёх ножек отвалилась, и стол покосился.
Среди всего этого запустения оставалось лишь одно чистое место.
Силуэт человеческого тела на прогнивших татами — как раз там, где я только что лежал без сознания.
Повторяя контуры моего тела, татами лишь на этом участке словно избежали гниения, сохранив приятный зеленоватый цвет свежей травы.
— Чего?!
Я снова и снова оглядывал комнату.
Мне хотелось верить, что это какая-то ошибка, но вся мебель вокруг определённо принадлежала мне.
— Что это за чертовщина...
На моё ошеломлённое бормотание никто не ответил.
Глядя на эту невероятную картину, я нетвёрдо шагнул вперёд, и в тот же миг с глухим треском моя нога провалилась сквозь татами.
— Ой!
И ладно бы я просто провалился.
Из дыры в прогнившей циновке, встревоженные вторжением, тут же гурьбой полезли какие-то насекомые, устроившие там себе гнездо.
— А-а-а-а!!
Всё тело мгновенно покрылось мурашками.
Заорав во всё горло, я пулей бросился к прихожей.
Словно пытаясь преградить мне путь, копившаяся в комнате пыль взметнулась в воздух, застилая глаза белой пеленой.
— Кха, кха!
Торопливо прикрыв рот рукой, я сломя голову пронёсся к выходу.
Впервые в жизни я от всей души порадовался тому, что комната такая тесная.
Мне хватило всего нескольких шагов, но с каждым из них ноги насквозь пробивали гнилые татами, откуда тут же высовывались потревоженные насекомые.
— И-и-и!
То ли от взметнувшейся пыли, то ли от самого происходящего из глаз брызнули слёзы.
Прихожая, до которой я наконец добрался, ожидаемо тоже оказалась белой от пыли.
Но сейчас мне было уже глубоко плевать.
Оставляя на пыльном полу отпечатки босых ступней, я лихорадочно принялся искать обувь.
Однако стоявшие в прихожей туфли и кроссовки, как и следовало ожидать, сплошь поросли плесенью и покрылись толстым слоем белой пыли.
Брать такое в руки, да что там — даже просто прикасаться к ним не хотелось совершенно. С обувью я быстро распрощался.
— Д-да что это такое, что вообще происходит?!
Т-так, главное — выбраться наружу!
Едва не плача, я судорожно отпер замок и повернул проржавевшую дверную ручку.
Но дверь лишь противно скрипнула и не поддалась.
— Т-только не сейчас!
В этом ветхом доме, построенном больше пятидесяти лет назад, двери порой перекашивало.
В таких случаях обычно помогал удар ногой в левый нижний угол, но сейчас я думал лишь о том, как бы поскорее вырваться из этого места.
Не скрывая раздражения, я цыкнул и со всей дури пнул дверь туда, куда требовалось.
Ба-бах!
С оглушительным грохотом дверь вылетела наружу.
Я остолбенело застыл на месте.
Н-не понял! Нет, я, конечно, признаю, что запаниковал и не рассчитал силу, но вышибить дверь с петель — это разве не перебор?!
Блин, и как мне теперь объясняться с хозяином дома?
— Нет, с-сейчас не до этого, надо на улицу!
Оцепенение длилось всего миг.
Я тут же взял себя в руки и шагнул было наружу...
— А?
И замер, поражённый открывшимся зрелищем.
Первым, что бросилось в глаза, был рухнувший жилой дом.
Моя ветхая двухэтажка находилась в спальном районе. Вокруг рядами стояли частные дома и железобетонные многоэтажки, но сейчас все они обратились в руины, густо поросшие плющом, какой-то зеленью и мхом.
Соседний особняк и вовсе поглотило исполинское дерево, пробившее крышу. Опутанное ползучими лозами строение теперь точнее всего было бы назвать «тем, что когда-то было домом, а ныне стало частью дерева».
И зеленью заросли не только дома и многоэтажки.
Асфальтированная дорога повсюду растрескалась и зияла провалами, из-под которых буйно пробивались трава и кустарники, превращая улицу в сплошной зелёный ковёр.
Припаркованные на стоянке машины целиком утопали в плюще и мхе, издали напоминая гигантские зелёные шары водорослей маримо. Угадать в них автомобили можно было лишь потому, что очертания этих «водорослей» подозрительно точно повторяли форму кузовов.
Утопающий в зелени город-призрак.
Иначе описать раскинувшуюся перед глазами картину было просто невозможно.
— Ч-что это такое...
Сон? Это ведь сон, да?
— Точно, это сон. Просто сон, иначе и быть не может...
Ведь по-другому это никак не объяснить.
Ещё вчера всё было совершенно нормально.
Разве могло такое произойти всего за одну ночь?
Такое, словно весь мир вокруг внезапно переменился!
— Не может быть.
Пошатываясь, я шагнул из прихожей.
— Не может быть, не может быть, не может быть!
Я отчаянно пытался отрицать то, что видел перед собой.
Наверняка здесь должны быть какие-то несостыковки с моими воспоминаниями, доказывающие, что всё это — лишь искусно сделанная декорация.
В поисках этих отличий я сам не заметил, как переступил порог и вышел во внешний мир.
И в это самое мгновение...
≫≫Вы ступили в Сумеречный Мир. С этого момента начинается ваше приключение.
Если вам захотелось прочитать продолжение, пожалуйста, поставьте оценку — даже одна звёздочка очень поддержит автора.
Заранее благодарю.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…