Глава 17. Второй день. Глубокая ночь. Крылатая девушка 3
…но за миг до удара я успел втиснуться между дубиной и девушкой.
— Кья!
— Гх!
Её визг слился с моим стоном.
Вскрикнула она потому, что я её оттолкнул.
А раз я её оттолкнул, дубина, предназначавшаяся ей, угодила прямо мне в висок.
На мгновение всё поплыло перед глазами.
Но не более того. Кости целы, голова ясная. Никаких проблем.
От виска по щеке что-то потекло.
Я слизнул каплю, попавшую на губы, и ощутил привкус железа. Похоже, кожу рассекло.
— Не может быть!
— испуганно вскрикнула девушка.
Я взглянул на неё: она сидела на растрескавшемся асфальте и с тревогой смотрела на меня.
— Ранена?
Девушка молча помотала головой.
Но я заметил, что на её коленке выступила кровь.
Видимо, ободрала, когда я её толкнул.
Поймав мой взгляд, она спохватилась и снова замотала головой:
— Всё хорошо. Это и раной-то не назовёшь!
— Рад слышать. Встать можешь?
— Да. …Ой.
Попытавшись подняться, девушка снова осела на землю.
С недоумением на лице она попробовала ещё раз, но ноги её, похоже, не слушались.
Видимо, подкосились от страха.
Я жестом остановил её.
— Не надо через силу. Я прикончу эту тварь, а ты пока посиди здесь.
— Прикончите?! Да вас же только что ударили!.. Вы ранены!
— Всё нормально, ерунда.
С этими словами я повернулся к стоявшему передо мной зверю.
Кобольд, видно, был безумно рад, что сумел меня ранить, — он аж приплясывал от восторга.
Но, сообразив, что я жив, тут же помрачнел и выставил перед собой дубину.
— Гррраа!
Кобольд взревел, пытаясь меня запугать.
— Хиу!
Девушка рядом коротко взвизгнула.
Не обращая на рёв ни малейшего внимания, я уставился на кобольда и глубоко выдохнул:
— Фу-у-у…
Это был мой собственный ритуал, выработанный в прошлых боях.
Глубоко выдохнуть и сосредоточиться на том, что передо мной.
Переключить тумблер в голове в боевой режим.
Я изо всех сил осторожничал, лишь бы не получить ранений, — и всё равно получил.
Жизнь в этом мире одна.
Малейшая беспечность может стоить её.
Каким бы ни был противник — выкладывайся полностью и выживай.
— Ссу-у-у…
Я вдохнул и задержал дыхание.
— Хух!
Коротко выдохнув, я напряг ноги.
Мышцы вздулись, и толчок от земли с силой бросил тело вперёд.
Одним рывком я оказался вплотную к морде кобольда.
— Гру?!
Морду твари исказило изумление.
Едва его лапа дёрнулась для замаха, я ухватил дубину за конец и прижал её.
— Гга, га, га!
Кобольд отчаянно пытался вырвать оружие.
Но дубина даже не шелохнулась.
Похоже, моя СИЛ превосходила его мускулы.
Я рывком выдернул дубину из лап кобольда и сам занёс её над ним.
— Г-гга!
Лишившись оружия и, видимо, осознав своё поражение, кобольд снова скорчился на земле.
Дрожа всем телом и чуть ли не вжимаясь лбом в асфальт, он, как и в прошлый раз, словно умолял о пощаде.
Но всё это было сплошным притворством.
Чтобы эти твари всерьёз просили прощения — такого не бывает.
Я мельком взглянул на девушку.
Она отвернулась, словно не желая видеть того, что сейчас произойдёт.
Спасать кобольда она, похоже, больше не собиралась.
— …
Убедившись в этом, я обрушил дубину на затылок скорчившегося кобольда.
Благодаря возросшей СИЛ дубина неслась быстрее, чем могла бы в лапах самого кобольда, а руки, ставшие ловкими благодаря ЛОВ, будто по направляющей, без промаха вели её точно в затылок.
Хрясь!
По округе разнёсся треск раскалываемого черепа.
— !..
Девушка испуганно вздрогнула.
Убедившись, что бьющийся в судорогах кобольд постепенно блёкнет, я отбросил дубину и опустился на землю.
— Кх… чёрт. Больно же.
В ушах гулко стучало сердце.
Таким ударом вполне можно было раздробить кость, но благодаря возросшим характеристикам я отделался лишь этой раной.
И всё же удар по голове — штука, от которой холодеет внутри.
Пожалуй, не помешает поднять ещё немного ВЫН и ЗАЩ.
Размышляя об этом и роняя на землю красные капли, я огляделся.
— Аптечка… а, я же всё оставил там.
Ничего не поделаешь, придётся вернуться в здание.
Я поднялся и отряхнул штаны от пыли.
— Послушайте!
Меня окликнули, и я обернулся.
Ноги, видимо, снова её слушались — девушка уже стояла.
Глядя прямо на меня, она низко поклонилась.
— Правда, правда, огромное вам спасибо!
Это была благодарность от всего сердца.
— Да ладно, не за что, — легко отмахнулся я.
— Слова благодарности я уже слышал. Так что не нужно столько раз кланяться.
— Но! Если бы я как следует вас послушала… Если бы прислушалась к вашему предупреждению, вы бы не пострадали!
Девушка опустила голову и закусила губу.
Наверное, жалела о случившемся.
И правда, послушай она меня — до такого, возможно, и не дошло бы.
Чтобы воплотить идеал в жизнь, нужна сила.
Не имея силы, провозглашать свои идеалы и навязывать их другим — неправильно.
Возможно, девушка поступила неправильно.
Но ведь и я сам, по сути, ввязался в это, вмешавшись, когда на неё напал кобольд, — и всё же собирался уйти, так и не позаботившись о её безопасности до конца.
Хотя прекрасно понимал, что беззащитную девушку, оставшуюся в одиночестве, кобольд снова атакует.
Так что, на мой взгляд, мы квиты.
Я всего лишь довёл дело до конца, а ей достаточно впредь прислушиваться к чужим советам.
Незачем ей так себя корить.
И всё же, раз она не может себя простить, сказать я мог лишь одно:
— Жалеть монстров бессмысленно. Эти твари думают только о себе. Даже если ты их спасёшь, благодарности не жди.
С этими словами я перевёл взгляд на труп кобольда, растворяющийся в воздухе.
— Это чудовища. С чудовищами церемониться незачем. Они нападают на людей, чтобы набить брюхо. В конечном счёте человек для них — просто еда.
Девушка ничего не ответила, лишь смотрела на исчезающий труп.
Вскоре кобольд исчез без следа, и осталась только лужа его крови.
Девушка подняла на меня глаза.
— …Вы сильный. И как будто привыкли к такому. Даже тому, что труп исчез, не удивились. В этом мире это в порядке вещей?
— Кто знает. Но все монстры, которых я убивал, без исключения исчезали, будто растворяясь в воздухе…
И тут я почувствовал что-то неладное.
Её вопрос был слишком уж странным.
Я считал эту девушку одной из полулюдей, живущих в этом мире.
Но она спросила так, будто изначально в этом мире не жила.
Неужели…
Я почувствовал, как кровь отливает от лица.
Одна-единственная замеченная странность потянула за собой все остальные странности в её словах и поступках.
Её упорное нежелание убивать монстров.
Беспомощность, непомерная для человека — нет, получеловека, — выживающего в этом жестоком мире: она даже от кобольдов убегала, не в силах их одолеть.
То, как она, встретив меня в городе, где люди вымерли и исчезли, приняла моё присутствие как должное, не задав ни единого вопроса.
Как ни крути, житель этого мира так не говорит и не ведёт себя.
Живи она в жестоком мире, где монстры обитают как ни в чём не бывало, она не стала бы так цепляться за их жизни и не убегала бы без сопротивления от кобольдов, которые хоть и нападают толпой, но по силе равны гоблинам.
А если люди в этом мире вымерли, она бы насторожилась при виде меня, лишённого крыльев, и уж точно не доверилась бы так легко.
Окончательно всё решили её слова: «в этом мире».
— …Ты, — дрожащими губами прошептал я.
— Что ты думаешь об этом мире?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…