Глава 27
Схватка
С этими словами разбойники превратились в гостей, и некоторые ученики Секты Громового Раската не знали, как себя вести.
Культиватор стадии Золотого ядра, стоявший рядом с Небесным Учителем Кунся, криво усмехнулся и прямо заявил:
— Посланцу, видимо, неизвестно: мы пришли не в гости, а принимать обитель блаженства рода Люй.
Фэн Шао изобразил недоумение, и тот культиватор стадии Золотого ядра, прокашлявшись, изложил всю подоплёку событий с точки зрения Секты Громового Раската, разумеется, обвиняя род Люй в непочтительности и оскорблениях, утверждая, что вина на их стороне, и что они сами предложили обитель блаженства в качестве извинения.
Люй Чуньцю стоял здесь же, и хотя большинство его учеников позади всё ещё лежали без сознания, он не мог не возразить.
Они стояли друг против друга, переругиваясь без умолку. Будь это учёные мужи — возможно, продолжили бы перепалку словами; будь это миряне — глядишь, засучили бы рукава и полезли в драку. Но это был мир культивации: оба в ярости уже собирались призвать свои артефакты и сразиться, как вдруг Фэн Шао поспешно остановил их.
— Брат Чжан, полагаю, здесь вышло недоразумение. Врагов лучше мирить, чем плодить. Думаю, вашей секте тоже не хочется смуты в подведомственных землях. Возможно, глава рода Люй поступил несколько опрометчиво, но вряд ли он действительно желал оскорбить Секту Громового Раската. Род Люй с Лушаня в добрых отношениях с моим Куньлунем. Давайте так: я от имени рода Люй приношу извинения Небесному Учителю Кунся и прошу проявить снисхождение.
С этими словами Фэн Шао, посерьёзнев, склонился в поклоне.
Кунся взмахнул рукой, и поток жёсткой ци пресёк поклон Фэн Шао, насильно остановив его. Всё-таки культиватор стадии Зародыша души — даже если он из последних по силе боевых культиваторов, Фэн Шао не мог противиться.
Кунся не принял поклона и с усмешкой произнёс:
— Этот Учитель не смеет принимать извинения от посланца Куньлуня.
Столь явное неуважение — лицо Фэн Шао помрачнело, но он был мастером притворства, и посторонний не заметил бы ни тени неловкости. Он взглянул на Чжан Янцина и с улыбкой сказал:
— Небесный Учитель Кунся не удостаивает меня вниманием. Брат Чжан, помоги мне уговорить Учителя. Ведь когда мой старший брат по секте узнает об этих делах, он, боюсь, будет недоволен, и мне будет трудно отчитаться перед ним.
Намёк поняли все: Куньлунь — опора рода Люй, и не дать роду Люй пощады — значит не уважать Куньлунь, а тогда и Куньлунь будет недоволен.
Чжан Янцин с замерцавшим взглядом переглянулся с Кунся и, поколебавшись, произнёс:
— Брат Фэн, род Люй поступил слишком неподобающе. Если не наложить взыскание, то впредь в провинции Дахуан семьи и секты будут только острее враждовать, теряя согласие.
Навешивает ярлыки… Фэн Шао было смешно, но на душе — совсем не смешно.
Секта Баопу стоит ниже Секты Куньлунь, и по логике Чжан Янцин не должен был из-за мелкой секты портить отношения с Куньлунем. Но всё вышло вопреки ожиданиям: Секта Баопу вдруг вступилась за Секту Громового Раската… Это совсем не в духе четырёх великих сект Девяти провинций.
Затаив сомнения, Фэн Шао не подал виду. Не вышло с одной уловкой — будет другая. Он вздохнул:
— Не думал, что всё так обернётся. Что ж, не буду скрывать от Учителя: глава рода Люй уже передал эту обитель блаженства моему Куньлуню.
— Что?!
Все впервые слышали такую сногсшибательную новость, но сильнее всех взволновались не Люй Чуньцю — хозяин обители, а именно Небесный Учитель Кунся и Чжан Янцин.
Люй Чуньцю полностью доверял порядочности Фэн Шао; к тому же после прежних извинений и просьб он чувствовал себя перед ним в неоплатном долгу. Не говоря уже о том, что он знал: Фэн Шао просто пугает. Если уж обители суждено сменить хозяина, он предпочёл бы, чтобы она досталась Куньлуню, лишь бы не этим разбойникам из Секты Громового Раската.
Фэн Шао же думал о другом: ему казалось, что противники слишком уж рьяно добиваются обители блаженства рода Люй. Если бы это была лишь зависть Секты Громового Раската к небывалым духовным зверям обители — ладно, пусть она и первая секта в провинции, но всё же лишь мирская секта.
Но Секта Баопу так распаляется, словно дело не только в заступничестве за Секту Громового Раската.
Если не за неё, то за обитель блаженства рода Люй?
Секта Баопу хоть и третья среди четырёх сект, но тоже великая отшельническая секта. С чего бы ей из-за такой мелочи не уважить Куньлунь?
Сомнения Фэн Шао росли, а Небесный Учитель Кунся и Чжан Янцин от потрясения долго молчали. Первым опомнился Люй Чуньцю и спокойно сказал:
— Небесный Учитель Кунся, обитель блаженства рода Люй уже принадлежит Куньлуню. Если Секта Громового Раската непременно желает получить её в качестве извинения, извольте разбираться с Сектой Куньлунь.
Кунся гневно уставился на него, но, памятуя о своём положении, не позволил себе выйти из себя. А вот культиватор стадии Золотого ядра рядом с ним — другое дело. Он выругался:
— Ах ты, лысый плут из Люй! Раньше трясся, как побитый пёс, а теперь, ухватившись за ногу Куньлуня, смеешь дерзить своему деду?!
С этими словами он, расставив ноги, обрушил ладонь.
Культиватор стадии Золотого ядра и Люй Чуньцю были оба на средней стадии Золотого ядра: один — боевой культиватор, другой — мечник. В атаке мечник, безусловно, мощнее, но в обороне и ближнем бою мечнику далеко до боевого.
Тем более что культиватор ударил внезапно и вложил всю силу: огромная ладонь словно накрыла и прихлопнула, вдруг породив огромную воронку! Фэн Шао стоял рядом с Люй Чуньцю и тоже не успел приготовиться. Он мгновенно почувствовал, как мышцы свело, тело оцепенело, словно вот-вот разорвётся. Не успев среагировать, он был сбит с ног стремительным Белым тигром, а в тот же миг за спиной раздался оглушительный взрыв!
Застигнутый врасплох, Фэн Шао поднялся и увидел, что шерсть на спине Беляша, прикрывшего его собой, вся почернела, плоть рассечена. На душе стало горько, лицо помрачнело.
Люй Чуньцю позади, благодаря тому что проворный Белый тигр сперва сбил Фэн Шао, едва увернулся от того громового удара ладонью, но тоже изрядно пострадал: половина его одеяния обуглилась.
Люй Чуньцю трясся от ярости, призвал летающий меч, готовый вступить в бой, но Фэн Шао одной рукой остановил его. Люй Чуньцю с недоумением взглянул на него, а тот, наклонившись, сперва скормил Белому тигру пилюлю и лишь затем поднялся и сказал:
— Не горячись.
Голос Фэн Шао был спокоен, но на душе — отнюдь. Он не давал противнику боя лишь потому, что стоит начаться драке — пути назад уже не будет. Сейчас и он, и Люй Чуньцю лишь на стадии Золотого ядра, а у противника, хоть все и боевые культиваторы, зато есть самый настоящий культиватор стадии Зародыша души.
Если по-настоящему порвать отношения, тем уже нечего будет терять, и они в отчаянии пойдут на всё.
Разумеется, Фэн Шао никак не ожидал, что они посмеют так ударить по лицу — и это зная, кто он такой.
Он взглянул на Чжан Янцина. Тот тоже слегка удивился, но взгляд его остался бесстрастным, и он заговорил первым:
— Брат Фэн, не обессудь. Даос Ма вспыльчив, он не нарочно задел твоего духовного питомца.
— Я не на ту тварь целился, я на этого лысого метил!
— подхватил тот, по фамилии Ма, и шагнул к Фэн Шао. Но едва он опустил ногу, как Белый тигр напротив вдруг вскочил и встал перед Фэн Шао, выставив вперёд когти, с убийственным блеском в золотых глазах — поза одновременно оборонительная и атакующая.
Ма, как-никак, был на средней стадии Золотого ядра, и его не мог напугать духовный зверь, пусть даже пятого ранга — всё равно силы не те. Его лишь поразила белая духовная ци, исходившая от зверя, — такая чистая… Он был человеком простым и, восхитившись, похвалил:
— Этот белый тигр посланца Куньлуня и впрямь занятнее, чем та чёрная черепаха лысого из Люй!
Фэн Шао холодно взглянул на него, не удостоив эту чушь ответом, и лишь легонько погладил Беляша, успокаивая.
Затем он выпрямился и неторопливо произнёс:
— Сегодня я ещё здесь и говорю с вами по-хорошему, а кто-то уже смеет поднимать руку на род Люй. До того вы не ставите мой Куньлунь ни во что. А что будет завтра, когда моих учеников Куньлуня не будет в этой обители? Уж не станете ли вы, Секта Громового Раската, грабить и убивать?
Хотя Фэн Шао прекрасно понимал, что позиция Секты Громового Раската неотделима от Секты Баопу, он не стал указывать на неё прямо. В конце концов, только что нанесённый удар ясно показал: это территория Секты Баопу.
А под таким ярлыком Небесный Учитель Кунся уже не мог устоять. Он хоть и не ставил мелкого культиватора Золотого ядра ни во что, но и с Куньлунем ссориться не смел. Он не удержался и заговорил примирительно:
— Молодой друг Фэн, ты преувеличиваешь…
Слова и тон его действительно смягчились, но Фэн Шао уже не было охоты вести переговоры. Секта Громового Раската раз за разом задевала достоинство Куньлуня, да ещё посмела напасть у него на глазах — видно, что Куньлуня они не слишком-то боятся.
С такими людьми Фэн Шао должен быть жёстким, иначе они вовсе обнаглеют. А он ведь здесь совсем один!
— Обитель блаженства рода Люй уже принадлежит моему Куньлуню. Если ваша Секта Громового Раската ещё раз позарится на неё или станет искать повод придраться к роду Люй — значит, вы объявите войну моему Куньлуню.
Фэн Шао молча поднял Меч Алого Пламени, вложил остатки духовной силы в ноги и рубанул. Обжигающе яростная меч-ци выплеснулась наружу, рассекла каменную платформу на тысячу чи вглубь, каменная стена почернела, обуглилась и вмиг обратилась в пепел.
— Тот, кто объявит войну Куньлуню, разделит участь этой стены.
Фэн Шао чуть повернул голову и скользнул взглядом по людям Секты Громового Раската и по Чжан Янцину.
Небесный Учитель Кунся на миг онемел. Холодный взгляд юноши промелькнул — и, казалось, сам воздух готов был заледенеть.
Он позволил им уйти в портал переноса не столько потому, что меч-ци Фэн Шао была столь грозной, сколько из-за того, какую позицию займёт Куньлунь за спиной этого юноши…
Едва вернувшись в обитель блаженства через массив, Фэн Шао почувствовал, как руку начало покалывать. Терновые путы, не дававшие о себе знать больше года, снова завыли от голода. Он прижал руку и поспешно растворил во рту Пилюлю для взращивания юань.
Люй Чуньцю, увидев, что лицо Фэн Шао побледнело, понял: у того истощилась духовная сила. Он поспешно влил в него свою древесную духовную ци, а когда тому полегчало и Фэн Шао забеспокоился о ранах Белого тигра, позвал сородича, практикующего лечебные техники, чтобы тот исцелил зверя.
— За спасение рода мне нечем отплатить. Если господину когда-нибудь понадобится услуга, род Люй исполнит всё беспрекословно.
Люй Чуньцю низко поклонился, а следом за ним, один за другим, склонились и очнувшиеся ученики.
Фэн Шао поднял их всех по очереди и с горькой улыбкой сказал Люй Чуньцю:
— Я хоть и бросил грозные слова, но кое-что — чистая выдумка. Похоже, Секта Громового Раската во что бы то ни стало решила завладеть этой обителью. Видишь, даже личный ученик Секты Баопу явился подмогой.
Люй Чуньцю понимал, что Фэн Шао прикрылся именем Куньлуня, чтобы прогнать Секту Громового Раската. Услышав это, он задумался: неужели Секта Громового Раската ради обители не побоится даже Куньлуня?
Обитель блаженства рода Люй хоть и редкость, но не настолько, чтобы за ней выстраивалась очередь… Он тоже ломал голову без толку.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…