Глава 93. Увидеть — значит познать, познать — значит овладеть
【Название】: Шестихвостая духовная лиса
【Атрибут】: Знание
【Расовый потенциал】: опасный уровень, особый класс
【Расовые навыки】: Духовные очи, Разрывающие когти, Пророчество, Веер хвостов.
【Сила】: неизвестно
【Описание】: Подвид духовных зверей семейства шестихвостых лис. Обладает интеллектом, ничуть не уступающим человеческому, а порой и превосходящим его. Движения невероятно ловкие и лёгкие. Не отличается высокой агрессивностью, если её не провоцировать первой. По легенде, Шестихвостая духовная лиса способна предчувствовать бедствия, за что её также называют «Лисой бедствий».
Опасный уровень, особый класс!
Ли Чанъань впервые своими глазами видел духовного зверя с настоящим потенциалом опасного уровня.
Тот «Лев двойного раздора», в которого превращалась Иллюша, не шёл ни в какое сравнение с подлинным духовным зверем опасного уровня.
Шестихвостая духовная лиса — один из подвидов шестихвостых лис, среди которых также встречаются Шестихвостая демоническая лиса, Шестихвостая мистическая лиса, Шестихвостая чарующая лиса и другие.
Трудно судить о её боевых качествах, но среди всех сородичей Шестихвостая духовная лиса, безусловно, самая умная.
Топ-топ...
Ступая легко и грациозно, Шестихвостая духовная лиса плавно покачивала шестью огромными пушистыми хвостами и неспешно приближалась к гигантскому кокону.
— Мяу-у...
— протянула Иллюша, не сводя с неё глаз.
Разве это не та самая холодная отстранённость и элегантность, о которых она так мечтала?
— Не зевай, внимательно запоминай все детали этой Шестихвостой духовной лисы, — вполголоса напомнил ей Ли Чанъань.
Им наконец-то посчастливилось встретить Шестихвостую духовную лису с потенциалом особого класса опасного уровня — грех не воспользоваться такой возможностью на дармовщинку!
Хотя Иллюша и умела превращаться во Льва двойного раздора, Ли Чанъань понятия не имел, где она вообще его видела. Нельзя сказать, что выходило совсем непохоже, но... чего-то в этом образе явно не хватало.
Обмануть обычных людей или слабых повелителей духов и их питомцев — не проблема.
Но вот провести кого-то действительно сильного было уже куда сложнее.
К тому же сам по себе Лев двойного раздора — зверь свирепый и жестокий, что не слишком-то вязалось с характером и натурой самой Иллюши.
А вот эта Шестихвостая духовная лиса подходила ей несравнимо лучше.
— Мяу-у!
Услышав слова хозяина, малышка пару раз моргнула, приходя в себя, энергично закивала и уставилась на лису горящим взглядом.
— Теперь понимаешь, как я с первого взгляда заметил странность с хвостом твоей малютки? Все эти твои фокусы я уже давным-давно вдоль и поперёк изъездил, — с улыбкой произнёс Фэй Чэнцин.
Уголок рта Ли Чанъаня слегка дёрнулся.
— Вот оно что.
Тогда всё вставало на свои места.
Неудивительно, что до этого Фэй Чэнцин напускал туману и не отвечал на расспросы, обещая, что всё прояснится позже.
— У-у-у-у!!
Шестихвостая духовная лиса подошла вплотную к кокону и, глядя на эту махину, протяжно завыла.
Её глубокие алые глаза, полные мудрости, мгновенно заволокло белым светом, в котором заплясали живые сияющие всполохи.
Фэй Чэнцин и Ли Чанъань тоже подошли к кокону.
— Хм?
— Что такое?
— Ли Чанъань повернулся к старшему товарищу.
Тот задумчиво потирал подбородок.
Ли Чанъань не стал ему мешать.
Прошло немало времени.
— Понятия не имею.
— ...
Ты так долго смотрел, так долго размышлял, и в итоге выдавил из себя лишь «понятия не имею»?
Впрочем, учитывая, какие глубокие познания о духовных зверях Фэй Чэнцин демонстрировал ранее, тот факт, что даже он зашёл в тупик, заставлял задуматься: что же за существо вызревает внутри этого кокона?
Лицо Ли Чанъаня постепенно помрачнело, однако сам Фэй Чэнцин выглядел абсолютно беззаботным.
— Ничего страшного. Пусть я и не знаю, что это, но до выхода из кокона ему нужен ещё как минимум год. У нас полно времени, чтобы с ним познакомиться. К тому же за этот год ни один слепец не сможет к нему приблизиться или потревожить его — более того, его даже никто не увидит.
Сказано это было совершенно будничным тоном.
— У-у-у...
Шестихвостая духовная лиса снова тихонько проскулила, и её мелодичный голос разнёсся едва ли не по всему лесу.
Ощутив исходящие от неё колебания духовности, Ли Чанъань так и не понял, что именно она сделала.
Поэтому он с недоумением спросил:
— Старший Фэй, вы ведь сами сказали, что не знаете этого зверя. Откуда же такая уверенность, что ему потребуется минимум год, чтобы выбраться из кокона?
— Потому что я так сказал, — Фэй Чэнцин повернул к нему голову с таким видом, словно это было само собой разумеющимся.
А?
Что это ещё за ответ такой?
— Мяу?
Послушно сидевшая на плече Иллюша вдруг потёрла лапкой глаза, пару раз взъерошила волосы Ли Чанъаня и изумлённо ткнула коготком в сторону кокона.
Ли Чанъань перевёл взгляд туда же и замер.
Кокон, опутанный густой сетью нитей, прикреплённых к соседним деревьям, прямо на глазах начал медленно растворяться в воздухе, словно его стирали ластиком.
Исчезло абсолютно всё: сам кокон, паутина, отходящие трубки — любые связанные с ним следы просто пропали из виду.
Духовное зрение!
Ли Чанъань тут же активировал навык.
Однако даже в режиме Духовного зрения кокон словно испарился без следа, не оставив после себя ни малейшей крупицы духовности.
Но как?
— Ой, совсем забыл. Вам ведь нужно его видеть, чтобы следить за изменениями.
Стоило Фэй Чэнцину произнести эти слова, как исчезнувший кокон снова проступил в воздухе.
— Мяу-у!!
Снова видно!
Иллюша изумлённо пискнула — то, что сейчас произошло, казалось настоящим чудом.
Да что тут вообще творится?
Ли Чанъань подавил изумление, невольно посмотрел на Шестихвостую духовную лису и тихо пробормотал:
— Пророчество...
Неужели это и есть то самое «слово становится пророчеством, а за речью следует закон»?
— Сообразительный, — с одобрением взглянул на него Фэй Чэнцин.
— Но...
Эта способность... разве она не слишком нечестная?
— Ты когда-нибудь слышал поговорку о духовных зверях с атрибутом «Знание»?
— Какую?
— «Увидеть — значит познать, познать — значит овладеть».
Увидеть — значит познать, познать — значит овладеть... Ли Чанъань мысленно повторил эту фразу.
— Увидеть — значит изучить, а изучить — значит научиться?
— осторожно предположил он.
— В общих чертах да, но я понимаю это куда проще, — слегка кивнул Фэй Чэнцин.
— И как же?
Фэй Чэнцин раскрыл ладонь, вытянув руку перед грудью, а затем медленно сжал пальцы в кулак и усмехнулся:
— Всё, что я вижу — моё!
Выбирают только дети, а взрослые берут всё и сразу.
Ли Чанъань промолчал.
Он ошарашенно смотрел на Фэй Чэнцина, который буквально лучился непоколебимой уверенностью в себе.
А затем снова прокрутил в голове ту поговорку.
Пожалуй, трактовать её можно было и так.
Более того, такая трактовка звучала чертовски внушительно.
Выходит, раз Фэй Чэнцин и его Шестихвостая духовная лиса увидели кокон, теперь они по собственному желанию могут решать, будут ли его видеть остальные, и даже устанавливать срок, когда существо внутри выберется наружу?
Если следовать правилу «увидеть — значит познать, познать — значит овладеть»... не означает ли это, что для Шестихвостой духовной лисы вообще нет ничего невозможного?
— Ну, не всё так страшно, — заметив потрясение на лице Ли Чанъаня, Фэй Чэнцин отмахнулся.
— Духовные звери, близкие по силе к моей лисе, а также их повелители духов вполне смогут разглядеть этот кокон.
Услышав это, Ли Чанъань немного успокоился.
Значит, у способности Шестихвостой духовной лисы всё-таки есть свои пределы.
— К тому же существу внутри кокона и без того требовалось ещё немало времени на созревание, мы лишь самую малость растянули процесс его роста.
— И всё равно эта способность просто за гранью разумного, — заметил Ли Чанъань.
— Таков уж атрибут «Знание», — как ни в чём не бывало ответил Фэй Чэнцин.
Он серьёзно посмотрел на Ли Чанъаня, и в его голосе зазвучали одновременно и предостережение, и наставление:
— Навыки духовного зверя — это лишь одна сторона медали. Истинный корень их силы кроется в атрибуте и «духовности». Как думаешь, что находится на вершине «Знания»?
На вершине Знания?
Ли Чанъань ненадолго задумался, а затем неуверенно произнёс:
— Всеведение и всемогущество?
Если исходить из принципа «увидеть — значит познать, познать — значит овладеть», то разве на финальной стадии это не приведёт к абсолютному всеведению и всемогуществу?
— Верно!
На этот раз Фэй Чэнцин полностью согласился со словами младшего товарища.
Однако тут же добавил:
— Разумеется, это лишь то, как мы понимаем суть вещей со своей нынешней позиции, опираясь на текущую силу и кругозор. По мере роста мощи и расширения границ восприятия взгляд на атрибуты тоже будет меняться.
— Всеведение и всемогущество — это самый идеальный конечный результат. Я не уверен, способно ли хоть одно живое существо достичь подобного состояния, но двигаться в этом направлении в любом случае правильно.
— Навыки — это лишь эффективное воплощение «духовности» и атрибута духовного зверя, но это вовсе не значит, что за рамками своих навыков зверь больше ни на что не способен.
С этими словами он снова протянул руку вперёд.
— Например, сейчас я хочу стакан воды.
Вж-ж...
Воздух над его ладонью слегка подёрнулся рябью.
И в следующую секунду в его руке материализовался стакан с водой.
— Что такое вода? Жидкость. Из чего она состоит? Из атомов водорода и кислорода. Поэтому, когда я говорю, что здесь должна быть вода, она появляется благодаря пониманию и применению знаний. Для этого даже не нужен навык «Пророчество»
— теоретически любой духовный зверь с атрибутом «Знание», достигший определённого уровня силы, способен проделать такой трюк.
Ли Чанъань задумчиво нахмурился.
Раньше, ещё в Обществе Безмолвия, старина Цао и остальные уже рассказывали ему кое-что об атрибутах духовных зверей.
Вот только те объяснения были довольно общими и не шли ни в какое сравнение с тем, насколько наглядно и живо это сейчас продемонстрировали Фэй Чэнцин и его Шестихвостая духовная лиса.
Иллюша и вовсе остолбенело пялилась на возникший из воздуха стакан воды, не веря своим глазам.
Она опустила голову и уставилась на свои лапки.
Как он это сделал?!
— Вот только она ненастоящая.
Фэй Чэнцин разжал пальцы и бросил стакан.
Не раздалось ни звона бьющегося стекла, ни плеска разливающейся воды — стакан просто бесшумно растворился в воздухе, не долетев до земли.
— Ненастоящая?
— А ты как думал? Если бы я мог по одному лишь желанию создавать настоящую воду из ничего, мой уровень был бы совсем другим. Для такого нужно быть выше минимум... на две большие ступени, да и того может не хватить.
Иными словами, пусть Шестихвостая духовная лиса пока и не способна воплощать слова в реальность в полном смысле этого слова, она уже движется в этом направлении?
Вершина атрибута «Знание» пугала своей мощью.
Нет, пожалуй, вершина любого атрибута выходила за рамки здравого смысла.
Вот только добраться до этого предела, возможно, не суждено вообще никому.
— Старший Фэй, а какой у вас сейчас...
— Четвёртый ранг, — без обиняков ответил тот, не став ничего скрывать.
Повелитель духов четвёртого ранга... Ли Чанъань медленно опустил взгляд.
На две большие ступени выше — это шестой ранг.
Значит, его Шестихвостая духовная лиса...
— На пределе девятого ранга опасного уровня, — Фэй Чэнцин заодно раскрыл и силу своего питомца.
— Опасный уровень, уровень бедствия...
На две большие ступени выше?
Судя по той информации, которой владел Ли Чанъань, после опасного уровня шёл уровень бедствия, но вот какие ступени следовали дальше, он понятия не имел.
Казалось, что и в университете, и в открытых источниках любые сведения о рангах выше уровня бедствия намеренно размывались и засекречивались.
Конечно, духовный зверь, достигший уровня бедствия, уже считался невероятно могущественным, но это ничуть не умаляло любопытства Ли Чанъаня насчёт следующих ступеней.
— Венец, — подхватил его мысль Фэй Чэнцин и пояснил: — Предел развития «духовности».
Венец?
Опасный уровень, уровень бедствия, Венец?
И что вообще значит «предел развития духовности»?
Неужели после достижения Венца духовные звери больше не полагаются на «духовность»?
Ли Чанъань ни за что не поверил бы, что Венец — это окончательный предел всего.
Иначе Фэй Чэнцин не говорил бы об этом так легко и непринуждённо.
— В общем, — Фэй Чэнцин похлопал юношу по плечу и назидательно произнёс: — Навыки — это действительно самый эффективный способ проявления «духовности» зверя, но никогда не зацикливайся исключительно на их поверхностном применении. Углубляйся и развивай их с разных сторон — это пойдёт на пользу как самому зверю, так и повелителю духов.
Ли Чанъань снова кивнул.
По правде говоря, ещё до этого совета Фэй Чэнцина он уже вольно или невольно двигался в подобном направлении.
Взяв за основу навык «Иллюзия», он научил Иллюшу не просто менять собственный облик, а сплетать фантомы из чистой тени.
И этот приём очень сильно выручил их во время дела с похищением любовницы Хэ Лицяна.
Однако после слов Фэй Чэнцина Ли Чанъань осознал, что, сам того не ведая, ступил на верный путь.
Путь, плоды которого сейчас, быть может, не так заметны, но в будущем принесут ему колоссальную выгоду.
*(Примечание автора: Книга моего приятеля, лёгкая повседневность. Если кому интересно, можете заглянуть).*
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…