Глава 25. Тронута до глубины души
— С твоей сестрой Бэйсянь был помолвлен с пелёнок. Она, к несчастью, умерла в младенчестве, и у тебя появился шанс приблизиться к Бэйсяню. Впредь не смей говорить, что Су Вань — замена. Ты и сама всего лишь замена.
Женщина говорила безжалостно, не оставляя Чу Со Со ни капли лица.
Су Вань обернулась.
В десяти метрах от неё стояла женщина с благородной осанкой, сохранившая былую красоту, высокая и стройная, в длинном чёрном плаще, из-под которого виднелись безупречные икры, спина прямая как струна.
Это была мать Гу Бэйсяня, Цинь Шу.
Су Вань слегка удивилась, а затем с улыбкой позвала:
— Мама.
Цинь Шу изящно изогнула губы и кивнула ей в ответ.
Чу Со Со на мгновение опешила, собиралась разразиться гневом, но, увидев, что это Цинь Шу, быстро сменила лицо на улыбку и радостно воскликнула:
— Тётя Цинь, вы вернулись в страну?
Она почти подбежала к ней, крепко обняла Цинь Шу за талию и с жаром затараторила:
— Я так по вам скучала! Несколько дней назад ещё говорила маме, что скоро ваш день рождения. Сегодня пришла выбрать вам подарок, и какая удача — встретила сестру Су Вань, мы просто поболтали.
Су Вань в душе подивилась толщине кожи Чу Со Со.
Цинь Шу так явно не дала ей лица.
А она всё равно прилипла как ни в чём не бывало, болтает и смеётся, пытается подлизаться.
На лице Цинь Шу не отразилось никаких эмоций. Она взяла Чу Со Со за руку, отняла её от своей талии, сделала шаг назад, увеличивая дистанцию.
Чу Со Со даже не почувствовала неловкости, всё ещё улыбалась и говорила:
— Тётя, вы сегодня пришли сюда что-то купить? Я могу помочь вам с выбором.
Цинь Шу скользнула взглядом по сумке на плече Су Вань и равнодушно сказала:
— Пришла купить сумку для своей невестки. Девушка слишком бережливая. Муж у неё богатый, а она носит дешёвую сумку неизвестной марки за несколько сотен юаней. Увидят какие-нибудь поверхностные люди — засмеют.
Улыбка на лице Чу Со Со застыла.
Эти «поверхностные люди» — явно она сама.
Прошло немало времени, прежде чем она, заикаясь, вымолвила:
— Ах, да, сестра Су Вань слишком экономна. Она так красива, но совсем не любит наряжаться. Тётя Цинь, вы работаете в индустрии моды, а она такая...
Су Вань поняла: Чу Со Со намекает, что она деревенщина.
Обычно она носила простые рубашки и брюки, плащи или трикотажные кофты — всё не брендовое, купленое просто в торговом центре, украшений почти не надевала.
По сравнению с Чу Со Со, которая была с ног до головы в новейших моделях от кутюр, вся в драгоценностях, порхала как пёстрая бабочка, она, конешно, выглядела скромно.
Но её это не волновало. Главное, чтоб одежда была удобной и приличной.
Чу Со Со считала её деревенщиной, а Су Вань считала Чу Со Со слишком крикливой. Каждый раз одевается как звезда на красной дорожке, вся увешана драгоценностями, что аж звенит, смотреть — и то утомительно.
Цинь Шу холодным взглядом окинула Чу Со Со и ровным голосом сказала:
— У моей невестки душа прекрасна, она ценит внутрениюю красоту. Даже если она завернётся в простыню и выйдет на улицу, она всё равно будет так красива, что глаз не оторвать. Уверенному в себе человеку не нужны эти излишние внешние украшения.
Чу Со Со действительно нечего было возразить. Она прикусила губу и замолчала.
Су Вань в душе была очень тронута.
И ещё больше восхитилась свекровью: та умеет подбирать слова, каждим предложением защищая её, каждим словом бьёт Чу Со Со по лицу.
В это время продавщица подошла к Цинь Шу с сумкой «Биркин» цвеа «крем-брюле» и с глубочайшим уважением сказала:
— Госпожа Гу, ваша заказанная сумка прибыла.
Цинь Шу взяла её и тут же передала Су Вань:
— Это подарок от мамы. Не надо только маме и Наньин покупать сумки, а сама носить дешёвку за несколько сотен юаней. В этом кругу всё так поверхностно — встречают по сумке. Что есть у других, то должно быть и у тебя.
Су Вань приняла сумку и с улыбкой поблагодарила:
— Спасибо, мама. Сумка очень красивая.
— Рада, что понравилась.
Цинь Шу отдала карту продавщице для оплаты.
Су Вань же протянула Цинь Шу купленную ею сумку «Биркин» янтарно-жёлтого цвета и сказала:
— Мама, это подарок на день рождения, который я выбрала для вас.
Цинь Шу тут же попросила продавщицу распаковать сумку, переложила все свои вещи из старой в новую сумку, купленную Су Вань, и сказала:
— Отныне я буду носить только эту сумку. Сумка, подаренная невесткой, имеет особое значение.
Каждое «невестка» из уст Цинь Шу било как гвоздь, раз за разом вонзаясь в сердце Чу Со Со.
Она стояла там, не шевелясь, с переменчивым выражением лица.
Водитель подошёл и забрал в багажник товары, которые подобрала Су Вань.
Свекровь и невестка, каждая с новой сумкой на плече, болтая и смеясь, вышли из магазина.
Оставив Чу Со Со одну стоять на месте, в полном смятении.
Продавщицы в магазине, многое повидавшие на своём веку, давно уже поняли, в чём дело, и, когда снова посмотрели на Чу Со Со, взгляд их стал весьма многозначительным.
Выйдя из магазина.
Цинь Шу вдруг заговорила:
— Такие существа, как бывшие девушки, довольно неприятны, правда?
Су Вань слабо улыбнулась:
— Да, довольно неприятно.
— Не зацикливайся слишком на том, сможет ли Бэйсянь забыть её. Сейчас самое главное — что он любит тебя.
Су Вань промолчала.
Жаль только, что в сердце Гу Бэйсяня вовсе не она, а Чу Со Со.
То, что он вдруг перестал требовать развода, — из-за неоднократных возражений бабушки.
А его доброта к ней — потому что в самые трудные и отчаянные для него времена она заботилась о нём изо всех сил. Он, в сущности, человек, ценящий чувства и долг.
Цинь Шу взглянула на часы и предложила:
— Время ещё есть. Выпьем вместе кофе?
— Хорошо.
Су Вань села в машину Цинь Шу и поехала в любимое кафе той.
Когда они сели, каждая заказала себе по чашке кофе.
Цинь Шу, слегка подперев подбородок левой рукой, разглядывала Су Вань:
— В последние два года у Бэйсяня был ужасный характер. Тебе, наверное, пришлось несладко? Как говорится, у постели больного долго не выдерживает даже родной сын. Даже я, его родная мать, не хотела за ним ухаживать. Я думала, ты продержишься пару дней и уйдёшь, но ты продержалась до сих пор.
Су Вань слегка поглаживала пальцами чашку в руках и сказала:
— Ничего, терпимо.
— 156 000 000. Сколько же раз Бэйсянь срывал на тебе злость, как плохо он с тобой обходился, что так отчаянно пытается тебя отблагодарить? Я бы на твоём месте не вытерпела. Даже если бы очень любила, не вытерпела бы.
Су Вань замолкла.
Поняла, что она слышала её разговор с Чу Со Со.
Она улыбнулась:
— Я с детства училась у дедушки реставрировать древние картины и каллиграфию, так что выработала и гибкость, и терпение. Не вижу в этом ничего особенного. В те два года у него на душе было тяжело. Если он выплёскивал гнев, ему становилось легче. Если бы он всё держал в себе, это привело бы к душевной болезни.
— Ты умеешь о нём заботиться.
Цинь Шу взглянула на её травмированную руку.
— Такую важную руку сломали. Наверное, было очень тяжело?
Су Вань опустила голову, глядя на руку в лубке, и горько усмехнулась:
— Ещё бы. Небо рухнуло.
— Заживёт.
Успокоила её Цинь Шу.
Она подозвала официанта, отдала ему ключи от машины и попросила принести из багажника подарочную коробку.
Коробку принесли.
Цинь Шу открыла её, подвинула к Су Вань и сказала:
— Это мама лично для тебя разработала. Давно уже сделала. В конце месяца, на моём дне рождения, ты наденешь это.
Она окинула взглядом белую рубашку на Су Вань:
— Скромность — это добродетель, но некоторые поверхностные люди всегда судят по одёжке. У нас же есть возможности, так что носи, если хочешь.
Су Вань опустила глаза, чтобы посмотреть. Это было ночно-синее платье, усыпанное звёздами.
На лёгкой, нежной шифоновой ткани были нашиты бесчисленные сверкающие искусственные бриллианты, словно она была завёрнута в звёзды Млечного Пути, мерцающие звёздным светом.
Даже не надев его, она могла представить, насколько потрясающе это платье будет выглядеть на ней.
Вдруг что-то вспомнив, Су Вань тихо сказала:
— Мама, на вашем дне рождения я буду одета так роскошно. Не затмит ли это вас?
Цинь Шу подняла чашку с кофе, сделала глоток и слегка улыбнулась:
— Нет. Ты моя невестка. Чем ты красивее, чем больше сияешь, тем больше чести это приносит мне, твоей свекрови.
Су Вань была просто тронута до глубины души.
Раньше она всегда думала, что Цинь Шу холодна, мало говорит и не очень любит общаться с людьми. Но кто бы мог подумать, что под этой холодной внешностью скрывается такая тёплая душа.
Су Вань только закрыла коробку, как вдруг зазвонил её телефон.
Взглянув на определитель номера, она увидела, что звонит Гу Бэйсянь.
Ответив, Су Вань нежным голосом спросила:
— Что-то случилось, Бэйсянь?
— Где ты?
— Мы с мамой пьём кофе.
— С моей мамой? В каком вы кафе? Я тут почти закончил, сейчас приеду к тебе.
Голос Гу Бэйсяня вдруг стал каким-то торопливым.
Су Вань на мгновение замолкла, потом сказала:
— Занимайся своими делами, не надо приезжать.
— Передай ей трубку.
Су Вань протянула телефон Цинь Шу.
Цинь Шу взяла его и сказала в трубку «алло».
Гу Бэйсянь предупреждающим тоном произнёс:
— Не приставай к Су Вань. Если есть вопросы, решай их прямо со мной.
— Приставай?
Цинь Шу подняла руку и поковыряла в ухе.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…