Глава 42
Адъютант Сюэ Чи к этому времени тоже проголодался, поэтому съел миску лапши.
Но у него, разумеется, не было таких привилегий, как у Ши Няня, который мог отбирать еду из миски Лу Байтина, так что пришлось заказывать самому и есть самостоятельно.
Пока ел, он ещё бормотал себе под нос, что на ночь надо бы есть что-то лёгкое. Лапша у них, конечно, была довольно лёгкой, но мяса-то слишком много!
А один человек, а именно тот, чья фамилия Ши, вообще ел почти одно мясо. Разве полезно есть столько мяса на ночь?
Однако никому, очевидно, не было дела до его мыслей. Ши Нянь, поев, поднялся наверх спать.
На следующий день ему снова нужно было идти в школу, но его собственные соревнования уже закончились. С этого дня и в течение следующих двух дней должны были проходить бои боевого факультета.
Естественно, это не могли быть настоящие схватки на мехах — слишком опасно. Использовали ту самую игру. Ши Нянь и остальные сидели внизу и просто смотрели на большой экран.
Янь Хуасинь смотрел с большим интересом, но только те матчи, в которых участвовал Чжан Цзинкай.
Обернувшись, он заметил, что Ши Нянь выглядит не слишком заинтересованным, и удивился:
— Разве тебе не должно это нравиться?
— Нет, — сказал Ши Нянь.
— Какой смысл смотреть? Меня же не пускают на арену.
— Перестань, — сказал Янь Хуасинь.
— Игровые капсулы в школе отличаются от тех гражданских, что я тебе дал. Проводника в них просто расплющит. Это специальное требование руководства школы, чтобы студенты ощущали бо́льшую реалистичность. И не только эти, но даже те, что позже поставили в общежитиях с подключением к звёздной сети, сохранили эту особенность.
Ши Нянь подумал про себя, что он не боится. Ему как раз интересно, смогут ли его расплющить.
Но, очевидно, бои боевого факультета не имели к нему никакого отношения, и ему оставалось только смотреть снизу.
Впрочем, он заметил несколько знакомых игроков.
Имена были новыми — в школе подключались к внутренней сети, поэтому отображались настоящие имена, а не ники. Но стиль боя был знакомым — Ши Нянь уже сражался с ними.
А манера боя этих нескольких человек была настолько характерной, что ошибиться было практически невозможно.
Кроме них, он увидел ещё и Чу Фэнъюя. Заметил, как его противник был побеждён в два счёта.
Эх, жаль!
Ши Нянь подумал: жаль, что ему нельзя выйти на арену, а то бы он ещё один чемпионский титул взял.
Как раз в этот момент зазвонил световой мозг. Он открыл сообщение — однокурсник.
Этот парень, видимо, тоже не особо внимательно смотрел соревнования, потому что прислал ссылку на звёздную сеть и написал: «Только что увидел, брат Ши, тебе может быть интересно».
Ши Нянь открыл и увидел, что там обсуждают его.
Сначала говорили, что он в этот раз действительно крут, что после выпуска у него будет много вариантов, многие лаборатории захотят его заполучить.
Ещё обсуждали те 200 000 000, хотели узнать, как его завербовал маршал Лу и как они договаривались о цене.
Потом разговор перешёл на его личную жизнь.
И, естественно, вспомнили Цзи Ицзяо.
Цзи Ицзяо сейчас в таком положении, что о нём, в общем-то, и говорить нечего — всем известно. Теперь они говорили о той Белой луне.
Честно говоря, до сих пор в звёздной сети никто не знал, кто эта Белая луна. Знали только, что такой человек существует.
«Так никто не знает, кто эта Белая луна? Мне правда интересно, кто же это такой крутой, что Ши Нянь был его заменой».
«Раньше у Ши Няня не было столько денег, и талант его не проявлялся. Или у Цзи Ицзяо просто совсем нет глаз… Я скажу честно: даже если бы у Ши Няня не было особого таланта, одной его внешности уже достаточно».
«Внешность и правда хороша, но у Цзи Ицзяо раньше была духовная сила уровня A, а потом он повысил до S. Если смотреть только на это, то раньше Ши Нянь ему и правда не очень подходил!»
«Не подходил, как же…»
— это, видимо, был кто-то осведомлённый.
— «Цзи Ицзяо сам за ним ухаживал. Если считал, что не подходит, зачем было ухаживать? И вообще, этот Цзи Ицзяо. Мой брат Ши правильно сказал: с его духовной силой уровня A, если бы он был хорош, почему его не взяли в Первую академию? И во Вторую не взяли. Пришлось идти в Шестую. Видно же, что он просто бездарен, редкий талант просрал».
«Так кто же эта Белая луна?»
«Давайте не будем копать. Ши Нянь так и не вышел и не ударил по этой Белой луне, видимо, нечего сказать. В конце концов, ему и так не повезло — Цзи Ицзяо в него влюбился. Нельзя же вину Цзи Ицзяо перекладывать на него!»
«Верно, не надо копать. Не надо копать. Автор, что ты творишь? Быстро удаляй пост».
Янь Хуасинь тоже это увидел. Он не сомневался в словах Ши Няня, но ему тоже было любопытно:
— Кто же это? Можешь сказать?
— Могу, — сказал Ши Нянь.
— Мой дешёвый внук.
Однокурсники, которые навострили уши, слушая: «…»
И что это за ответ?
Янь Хуасинь тоже усмехнулся, но по тону Ши Няня понял, что эта Белая луна — не какая-то невинная случайная прохожая.
Но тут Ши Нянь продолжил листать вниз:
— И этот внук настолько тупой, что, видимо, снова где-то прокололся, и его раскусили.
— Нет!
— тут же сказал один из однокурсников.
— Я всё время следил за световым мозгом, точно нет. Если бы его раскусили, это сразу бы разлетелось повсюду. Не было бы сейчас такой тишины.
Ши Нянь посмотрел на него с жалостью:
— Смотри внимательнее. Автор поста весь дрожит от едва сдерживаемого самодовольства. Очевидно, он уже знает, но пока не выкладывает.
Тот однокурсник:
— Серьёзно?
Но ему пришлось поверить очень быстро, потому что, когда желающих удалить пост стало много, автор немедленно появился.
«Белая луна невиновна? Умора. Сначала покажу вам картинку».
Ши Нянь глянул: ого, этот дурак Бай Цзыхань, оказывается, выходил в своём настоящем аккаунте и говорил, что этот Тысячелепестковый никак не мог быть очищен им, что он, возможно, присвоил чужой результат.
«Посмотрите на эту злобу. И после этого эту Белую луну называют невиновной? И ещё, товарищ Белая луна, хоть ты и удалил тот пост в Звёздном блоге, скриншоты-то остались».
Затем автор подробно описал весь процесс того, как он вышел на Бай Цзыханя.
«Честно говоря, я сначала и не собирался раскапывать Белую луну. Думал примерно так же, как и вы: что ему не повезло. Но кто ж знал, что сегодня, когда я решил посмотреть, кто же на самом деле клевещет на Ши Няня, я случайно наткнулся на его фото».
А как глянул — так и обомлел. Это лицо оказалось ещё и похожим на лицо Ши Няня.
«Моё чувствительное сердце сразу заподозрило неладное, и я начал глубокое расследование.
Надо признать, Белая луна пряталась глубоко. Их аккаунты в Звёздном блоге даже не были подписаны друг на друга. И как раз когда я решил, что на этом всё, одна моя подруга, увидев фото, которое я раскопал, вдруг кое-что вспомнила.
Эта подруга раньше некоторое время тайно была влюблена в Цзи Ицзяо. Конечно, пока у Цзи Ицзяо был парень, она ничего не делала, но следила… И вот, следя, она обнаружила, что Цзи Ицзяо, будучи подлизой, не раз заходил на аккаунт @ЦзыханьХань, но быстро отписывался».
«Значит, эта история — о том, как одна тайная поклонница обнаружила другого подлизу».
«Я считаю, что это классический случай „не лезь — не убьют“. Если бы он не вылез клеветать на Ши Няня, разве автор его бы нашёл?»
«Выходит, эта Белая луна и правда не такая уж невиновная».
«Хоть он и сказал о Ши Няне плохо, это было просто обычное сомнение. Потом, поняв, что ошибся, он сразу удалил. Если не докажут, что он был как-то причастен к истории с Цзи Ицзяо, то почему он не невиновен?»
«Что за дебил там наверху? Что за чайные речи?»
Ши Нянь был слишком популярен, и как только Белую луну раскопали, это стало темой для обсуждения во всей сети.
Даже советник Бай узнал.
Обычно он не следил за этими срачами в сети, но раз уж там фигурировал Ши Нянь, он глянул. И что же он видит — туда влез и его второй внук.
Присмотрелся…
«Как он мог быть таким глупым?»
— не удержался советник Бай.
В то же самое время мать Бай Цзыханя тоже отчитывала его:
— Как ты мог быть таким тупым? Такие вещи писать со своего аккаунта? Зачем ты это написал?
Бай Цзыхань тоже был на взводе:
— Я не думал, что так совпадёт… Я просто не сдержался, и сразу удалил.
— Ты… ты… что мне с тобой делать? Ты ни капли не унаследовал моего ума.
— Мать Бай сказала: — Теперь уже поздно. Сначала не горячись, остынь. У этих интернет-пользователей память короткая. Через некоторое время всё утихнет.
В Шестой академии.
Янь Хуасинь тоже был немного ошарашен. Он сказал:
— Погоди, дай переварить… Ты только что сказал, что он твой внук, потому что недавно ты стал отцом Бай Бинъяню, так что по старшинству он действительно тебе внук.
Ши Нянь кивнул:
— А то что же?
«А то что же», — хотелось заорать Янь Хуасиню. Кто так с ходу поймёт?
— Но эта семейка… яблоко от яблони недалеко падает!
— скривившись, сказал Янь Хуасинь.
Что, быть чьей-то Белой луной — это так затягивает?
Об этой истории знал не только Янь Хуасинь. В своё время шуму было много, и хоть детали знали немногие, но в целом — про Белую луну, про замену — в более-менее влиятельных семьях Главной звезды знали.
Поэтому в звёздной сети эту историю быстро раскопали.
Всегда найдутся те, кому не нравится Бай Цзыхань. В обычное время они молчат, но сейчас почему бы не подлить масла в огонь?
В итоге в это оказалась втянута и мать Бай Цзыханя.
Сначала никто и подумать не мог, что этот арбуз окажется таким большим.
А теперь все лакомились…
— Брат Ши, есть семечки? Дай горсть, — не удержался один однокурсник.
— Этот арбуз слишком острый, надо заедать семечками.
Семечки у Ши Няня, конечно, были. Он тут же насыпал ему горсть.
Но здесь было не очень удобно лузгать семечки — трудно убирать, да и пакета у них с собой не было. Поэтому несколько однокурсников взяли по несколько штук, чисто символически, а шелуху потом в карман ссыплют.
На сцене два меха сражались не на жизнь, а на смерть, зрелище было захватывающее. Но, кроме студентов боевого и командного факультетов, все остальные факультеты ушли лакомиться арбузом.
«Сын советника. И Цзи Ицзяо посмел на него замахнуться».
Практически каждый повторял эту фразу.
Только Ши Нянь, казалось, не придавал этому особого значения. Он знал: если речь идёт только о Бай Цзыхане, это ещё полбеды. Но как только затронут его мать и ту старую историю, семья Бай не позволит копать глубоко.
Скоро они вмешаются и возьмут ситуацию под контроль!
Иначе опозорена будет не только семья Бай, но и род матери Бай Цзыханя — семья У.
В обед соревнования приостановили, и все пошли в столовую. Ши Нянь, конечно, не был исключением — в школе сейчас в обед на улицу не выпускали.
Ши Нянь пошёл с Янь Хуасинем ждать его парня. Чжан Цзинкай вышел вместе с Чу Фэнъюем. Последний как раз сокрушался:
— Прямая трансляция! Такое зрелище! А они все ушли лакомиться арбузом. Никто не смотрел на мою геройскую осанку.
Ши Нянь в игре с ним сражался. При виде его он вспомнил не геройскую осанку, а то, как тот получал от него люлей, поэтому уголок его рта невольно дёрнулся.
Но он понимал, что это он сам слишком силён. Среди однокурсников Чу Фэнъюй был очень даже крут.
У них двоих был общий опыт — наказание бегом по кругу, поэтому при встрече они поздоровались. Чу Фэнъюй не стал уходить, позвал своих прихвостней и пошёл с ними обедать.
По пути Чжан Цзинкай и Чу Фэнъюй не удержались и начали обсуждать утренние бои. Ши Нянь хоть и не особо смотрел, но он всё же сидел там и знал, о каком именно бое идёт речь.
В итоге он даже не выдержал и влез:
— Нет-нет, на восьмой секунде начала тот, о ком вы говорите, совершил ошибку. Если бы он тогда не ушёл вниз, а решил бы принять удар и в ответ повредить остриё меха противника, дальше было бы легче. Жаль, даже если ты знаешь, интуиция иногда заставляет тебя уклоняться от опасности. Поэтому он тогда, казалось, увернулся, но на самом деле с этого момента он оказался в невыгодном положении и мог только пассивно обороняться.
Конечно, всё относительно. Если бы на его месте был Ши Нянь, у него ещё был бы шанс переломить ход боя. Но в том бою силы противников были примерно равны, и, получив серьёзную помеху в начале, если противник потом не совершал грубой ошибки, переломить ход было просто невозможно.
Чу Фэнъюй слушал и опешил:
— Брат Ши, ты ещё и в мехах разбираешься!
Он тут же пришёл в восторг и начал обсуждать с Ши Нянем, забыв про Чжан Цзинкая.
При ближайшем разговоре стало ясно, что Ши Нянь говорит всё по делу. Такое невозможно было вынести только из игр про мехов — для этого нужно было знать настоящие мехи.
— Редко встретишь такого сильного проводника. Брат Ши, ты действительно необыкновенный, — сказал Чу Фэнъюй.
— Я ещё с тех пор, как мы бегали круги, понял, что у тебя кости необычные. Телом ты проводник, а душой — сентинел. И бегаешь хорошо, не капризничаешь.
Чжан Цзинкай тут же прокашлялся:
— Что ты несёшь? Какие капризы? Это вопрос телосложения.
— Вот именно, — поддержал Янь Хуасинь.
— Не каждый проводник так бегает. Поставь на его место другого — он бы уже давно в лазарете был.
Прямолинейный Чу Фэнъюй одним заявлением обидел двоих и был тут же заткнут.
Первым остыл Янь Хуасинь. Он повернулся к Ши Няню:
— Похоже, ты точно играл в капсулу, которую я тебе подарил. Жаль, что у тебя в последнее время нет времени, а то могли бы поиграть вместе. Я на днях тоже создал аккаунт.
Ши Нянь тоже выглядел беспомощным.
На самом деле время у него было — ведь у него было истинное тело, которое помогало с лекарствами. Но директор У всё время за ним следил. Он оформил дневное обучение, сославшись на дела, а директор всё подозревал, что он на самом деле просто хочет играть в игры. Если бы не высокая репутация Лу Байтина, это дело бы не провернули.
Сейчас, когда о Тысячелепестковом знают все, директор У должен был понять, почему ему обязательно нужно было дневное обучение. Но всё равно ему не стоило путаться с этой парочкой — Янь Хуасинем и его парнем.
Иначе, не говоря уже о том, что его нынешний ник сам по себе наводит на мысли, даже если бы он назвался «Раз-Два-Три», со временем кто-нибудь бы что-то заподозрил.
Конечно, главное было в том, что он пока не собирался раскрывать, что его тело тоже особенное.
— Даже если бы у тебя было время, не стал бы играть с вами двоими, — не задумываясь, сказал Чу Фэнъюй.
— Смотреть, как вы собачите холостяков? Ши Нянь не дурак.
Ши Нянь запнулся. Он ведь долго играл с этими двумя, в той прошлой игре.
И не чувствовал себя холостяком, на которого собачат!
В играх разве не так: в начале, не говоря ни слова, несёшься на противника…
Неужели он ещё более прямолинейный, чем Чу Фэнъюй?
Нет, Ши Нянь решительно отказывался это признавать. Он уже собирался объяснить, что такого уж милого в том, чтобы просто драться, как снова зазвонила связь.
У них на курсе, видимо, кто-то постоянно сидел в звёздной сети. Как только появилась новость — сразу сообщили ему.
— Брат Ши, этот Бай Цзыхань клевещет на тебя.
Ши Нянь приподнял бровь и открыл сообщение. Оказывается, Бай Цзыхань, не в силах сдержать злость и видя, что многие его тегают с вопросами, а он молчит, написал:
«Хватит притворяться мёртвым, Ши Нянь. Строить из себя невинность? Разве это не ты сам всё подстроил? Прикидываешься невинным и молчишь? Не думай, что я не понимаю твоих фокусов. Выставляешь других вперёд, а сам остаёшься чистеньким и невинным, но дело сделано».
Янь Хуасинь:
— У него мозги собаки съели, а вместо них запихнули тофу?
Кто знает. Ши Нянь знал только то, что его спровоцировали.
Он холодно фыркнул, открыл Звёздный блог и ответил:
«Внучек, о чём ты мечтаешь? Ты сам любишь использовать других как оружие. Я же никогда так не делаю.
Если я хочу тебя уесть, я всегда делаю это открыто.
В лицо!
Или как сейчас».
С этими словами он выложил всю переписку Бай Цзыханя и Цзи Ицзяо.
Кто-то сам напрашивается на смерть — как он мог не ответить?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…