Глава 6. Спасём красавицу-инфлюенсера и словим хайп!
Когда я добрался до места, Сацуки Кобаякава лежала на полу.
Меч был сломан, а сама она — сплошь в ранах.
Однако её дух явно не был сломлен.
Я представил зрителям похожего на чудовище тёмно-красного гоблина:
— Ита-ак, друзья, перед вами Блад Шэдоу Гоблин. Это уникальный монстр, который обычно появляется только после 20-го этажа. Он крайне опасен, поэтому, если вы не уверены в своих силах на все сто, лучше с ним не связываться.
Рядом с тёмно-красным гоблином находилась девушка.
Сацуки Кобаякава.
Та самая, что в прошлой мировой линии бесследно сгинула в подземелье.
Я знал её по видео.
Знал из информационных сводок.
Но вживую никогда не видел.
Увидев её собственными глазами, я почувствовал, как внутри всё закипает от восторга.
И дело было вовсе не в том, красивая она или милая.
Всё дело в состоянии её духа.
А она хороша.
Просто потрясающая.
Мне нравится.
Вызывает настоящее уважение.
Позабыв даже о вежливой манере речи, которую я использовал для стрима, я окликнул её:
— Ты как, в порядке? Помощь нужна?
В ответ на мой вопрос Сацуки Кобаякава словно выплюнула слова:
— Не нужна. Я ещё не проиграла.
Опираясь на сломанный меч, точно на трость, она попыталась подняться.
Но её колени задрожали, и она рухнула обратно.
И всё же девушка отчаянно продолжала смотреть вперёд, не сводя глаз с врага.
«Охренеть можно. Вот, значит, каков настоящий талант».
Избранное небесами создание, которому, останься она в живых, было суждено взлететь до самых заоблачных высот.
«Не чета мне — настоящая звезда».
— Лучше сам беги отсюда, — бросила она.
На собственную жизнь плевать, а других спасать пытается?
Ощутив благородство натуры Сацуки Кобаякавы, я даже немного обрадовался.
В прошлой жизни меня окружали одни лишь конченые ублюдки.
Я думал, что в этот раз больше никому не захочу верить.
Но эта девчонка — хороший человек.
— Сорян. Беру свои слова назад.
— ...Вот как. Тогда живо убегай.
— Да нет же. Я беру назад свой вопрос о том, нужна ли тебе помощь.
— Я же русским языком говорю — беги. Умрёшь ведь, — с явным неудовольствием произнесла Сацуки Кобаякава.
— Хоть я и спросил, но знаешь что? Я всё равно тебя спасу, хочешь ты того или нет.
Поначалу я шёл сюда ради хайпа, ну и с мыслью: «Было бы неплохо заодно спасти человека».
Но сейчас я был искренне рад, что могу спасти Сацуки Кобаякаву.
«Да это же нереально! Беги оттуда!» «Кто-нибудь, спасите их обоих!» «Вы же реально погибнете! Не умирайте, ни один из вас!»
До меня доносились голоса из чата.
Почти все они были пропитаны отчаянием.
Никто даже по ошибке не смел предположить, что я или Сацуки Кобаякава сможем победить.
Понимаю. Прекрасно вас понимаю.
Победить Блад Шэдоу Гоблина попросту невозможно.
Я не называл свой уровень, но зрителям и без того было легко понять, что с моими показателями о победе не могло быть и речи.
На низком уровне не хватит силы, чтобы пробить защиту врага. Ловкость тоже никуда не годится — атаки просто не разглядеть.
Остроты оружия недостаточно, о нанесении серьёзного урона можно даже не мечтать.
А потому победить невозможно.
Я и сам так считал.
Победить невозможно.
Если бы на моём месте был кто-то другой, а не я.
Я метнул ловчую сеть.
Она накрыла Блад Шэдоу Гоблина, но в то же мгновение разлетелась в клочья.
Однако я за долю секунды сократил дистанцию и со всего размаху вогнал копьё в правый глаз монстра.
Наконечник вонзился в глазное яблоко, лишая тварь половины обзора.
Дальше не шло.
То ли шкура такая твёрдая, то ли сам глаз.
Удар, нацеленный прямо в мозг, смог лишь выбить один глаз.
Выдёргивая копьё, я резко провернул древко.
Вращающееся остриё вырвало плоть вокруг глазницы.
Блад Шэдоу Гоблин издал полный агонии рёв.
Сацуки Кобаякава смотрела на меня во все глаза.
А затем тихо прошептала:
— Что это за техника владения копьём?..
«Э? Серьёзно?» «...А Хару-тян часом не слишком силён?» «Хару-кюн кру-у-ут...»
— Гх-у-о-у-а-а!
Блад Шэдоу Гоблин взревел.
Боевая секира обрушилась вниз.
Её лезвие прошло слева от меня, не далее чем в миллиметре от тела.
Но оно не задело даже самого тонкого слоя кожи.
«Промахнулся?!» «Нет, он увернулся?!» «С-слишком опасно...»
Голоса комментаторов слились с шёпотом Сацуки Кобаякавы:
— Н-нет... Он полностью читает его движения...
В её голосе звучало чистое неверие.
Направление взгляда, постановка ног, замах руки. То, как напрягаются и бугрятся мышцы.
Глядя на всё это, в общих чертах понимаешь, что произойдёт дальше.
Меня бессчётное количество раз отправляли на верную смерть.
В прошлой мировой линии меня заставляли быть «призрачным стримером» за авантюристов, считавшихся элитой.
В самые опасные места вместо «оригиналов» посылали меня.
Я много раз думал, что вот теперь-то точно конец, и попадал в такие передряги, после которых само то, что я остался жив, казалось чудом.
Но я так и не умер.
А раз не умирал — меня отправляли в ещё более гибельные места.
И я пережил их все.
Я выбирался из смертельных ловушек столько раз, что мне это уже успело осточертеть.
Между чаепитием со сладостями и полем боя, где к твоему горлу приставлен клинок, нет особой разницы.
Нанести точный удар для меня так же просто, как воткнуть вилку в пирожное, а уклониться от атаки по сложности мало чем отличается от того, чтобы поднести ко рту чашку чая.
Взглянув на копьё, я заметил, что наконечник уже пришёл в негодность.
Оно и понятно — дешёвое оружие для новичков.
Я продолжил бой, используя полусломанное копьё как боевой шест.
Но вскоре древко треснуло и окончательно развалилось.
Тогда я принялся колотить Блад Шэдоу Гоблина дубиной.
Из-за толстой шкуры толку от этого было мало.
— ...Хм.
Не скажу, что мне его не одолеть. Но на победу явно ушло бы немало времени.
И тут мой взгляд случайно упал на меч, который сжимала в руке Сацуки Кобаякава.
Даже с первого взгляда было ясно, что этот переломленный ровно посередине клинок — работа выдающаяся.
В прошлой мировой линии я как-то делал подробное видео о Сацуки Кобаякаве, поэтому знал о нём.
Имя ему — Меч Изумрудного Ветра.
Фамильная катана, передававшаяся в роду Кобаякава из поколения в поколение.
По лезвию бежал прекрасный сине-зелёный узор закалки, который на свету порой переливался всеми цветами радуги. Клинок был невероятно твёрдым и при этом удивительно лёгким.
Сейчас он сломался, но даже так не утратил своей таинственной красоты.
Рукоять, отделанная чёрным и золотом, выглядела изысканно и благородно.
Меч Изумрудного Ветра — прославленный клинок, хранимый семьёй Кобаякава, о существовании которого известно уже несколько сотен лет.
Выкованный великим мастером, этот меч, согласно преданиям, получил благословение бога ветра, и говорили, будто при каждом взмахе он поднимает вихри.
Изначально это была всего лишь красивая легенда.
Но когда в реальном мире появились подземелья, легенда воплотилась в жизнь.
После возникновения подземелий совокупность людских представлений и верований начала оказывать влияние на саму реальность.
Проще говоря, оружие с историей и овеянные легендами доспехи обрели настоящую силу.
Появилось оружие, повелевающее огнём или водой, броня несокрушимой прочности и клинки, способные рассекать даже сталь.
А значит, Меч Изумрудного Ветра, овеянный легендой об управлении ветром, действительно подчинял себе воздушные потоки.
— Сацуки Кобаякава. Извини, но не одолжишь мне свой меч?
— ...Он же сломан.
— И так сойдёт.
Услышав это, Сацуки Кобаякава слегка нахмурилась, а затем разомкнула губы:
— ...Раз уж это ты — бери.
Она бросила сломанную катану мне.
Я поймал её одной рукой.
Приняв это за брешь в моей обороне, Блад Шэдоу Гоблин занёс боевую секиру.
— Какая жуткая мощь... — прошептала Сацуки Кобаякава.
Спору нет, давление он оказывал внушительное.
Но до чего же медленно.
По одному лишь замаху сразу было видно, что он собирается сделать.
Легко шагнув вперёд, я ушёл с линии удара секиры и, используя само уклонение как замах, рубанул Мечом Изумрудного Ветра.
Над головой что-то просвистело.
Разбрызгивая во все стороны кровь, в воздух взлетела отсечённая рука Блад Шэдоу Гоблина.
— Меч ведь сломан... но какая острота!
Я заметил, что в её голосе смешались содрогание и зависть.
Мне вдруг захотелось дать совет Сацуки Кобаякаве, которая не отступила перед лицом верной смерти.
Чувство товарищества к тому, кто тоже шагнул в пасть гибели? Нет, дело не в этом.
Я сам много раз бывал на краю.
Вот только я не «не сбегал».
Я просто не мог сбежать.
У меня не было такой возможности.
Всё это время я был по рукам и ногам связан контрактами, магическими артефактами, заклинаниями и множеством других пут, не позволявших мне сбежать.
А потом я просто привык.
Поэтому я никогда не шёл навстречу опасности по собственной воле.
А вот Сацуки Кобаякава, бросившая вызов смерти, — по-настоящему крутая.
— Секрет сродни анатомии. Целиться нужно в сочленения костей. Пойми, как именно соединяются кости и мышцы.
Мой голос потонул в яростном рёве Блад Шэдоу Гоблина.
Но до Сацуки Кобаякавы мои слова, похоже, дошли.
— ...Ах... — донёсся до меня её восхищённый вздох.
«И кто там вякал, что он только на багах выезжать умеет?..» «Ох... Мастер... Это просто БОЖЕСТВЕННОЕ МАСТЕРСТВО» «Офигеть... у меня просто нет других слов, кроме "офигеть"»
— Уметь обращаться и с копьём, и с дробящим оружием, и с катаной... — в голосе Сацуки Кобаякавы звучало неверие.
Ну ещё бы.
Я ведь только этим и занимался.
Я был «призраком» для мастера копья, «призраком» для танка с дробящим оружием, «призраком» для мечника с катаной, для воина с двуручным мечом и даже для лучника.
Я перепробовал всё и раз за разом выживал.
Ради того, чтобы выжить, я шёл на всё.
Святой Меча заставлял меня работать за него «призраком», но не желал ничему учить, поэтому я просто смотрел на его приёмы, запоминал и копировал. И точно так же — с копьём, шестом и луком.
Если бы у души была форма, моя давно бы стёрлась в порошок в этих смертельных передрягах, от неё не осталось бы и малейшего осколка.
И пусть я обрёл все эти навыки, на сердце всегда было лишь невыносимо тяжело.
А потому!..
«А потому в этот раз я буду жить так, как сам захочу!»
И вот я решил показать предел мастерства, которого, как мне казалось, могла бы достичь сама Сацуки Кобаякава.
Из всего моего арсенала я стал использовать только техники школы, наиболее близкой к стилю Кадзэхибики-рю.
Судя по моим ощущениям, корни у этих двух школ наверняка были общие.
А поверх этого я наложил стиль боя, использующий способность Меча Изумрудного Ветра.
Вооружённый обломком катаны, я схлестнулся с одноруким Блад Шэдоу Гоблином.
— Э?.. Ты тоже владеешь Кадзэхибики-рю?.. Нет, это что-то другое?.. Но какая отточенность движений... И так похоже...
Меч Изумрудного Ветра управлял ветром. А ветер — это, по сути своей, направленная сила.
На мой взгляд, в бою против людей или разумных монстров это одна из сильнейших способностей.
Используя эту боевую технику, я обменивался ударами с Блад Шэдоу Гоблином.
Бой — это всегда взаимное чтение взгляда противника, сокращений его мышц, реакций рук и ног.
Чтобы рубануть врага, сначала нужно сместить центр тяжести.
Чтобы сделать шаг, необходимо поднять ногу.
А чтобы поднять ногу, мгновением раньше должны напрячься другие мышцы.
Для удара кулаком нужно отвести руку назад, а для этого приходится подать назад плечо.
Все эти движения абсолютно необходимы, чтобы вложить силу в удар.
И именно поэтому их можно прочитать.
Даже если бойцы не осознают этого головой, в схватке все они улавливают это интуитивно.
В боевых искусствах такие предварительные движения называют «зарождением» приёма.
Но если заменить силу, необходимую для «зарождения», силой ветра — само «зарождение» можно полностью стереть.
С помощью крошечного, едва заметного начального импульса можно совершать размашистые движения.
Перемещаться вперёд, назад, влево и вправо практически без всяких предвестников и взмахивать мечом так, что противник даже не успеет ничего засечь.
Неуловимая и непредсказуемая техника убийства мечом.
Блад Шэдоу Гоблин обладал высоким интеллектом. Он отчаянно пытался подстроиться под мою технику. Но тщетно.
На теле монстра появлялась рана за раной.
И Сацуки Кобаякава видела всё это.
Она неотрывно смотрела на меня, словно забыв даже как дышать. Не моргая ни на секунду. Более того — в её взгляде читалась решимость не пропустить даже моё собственное моргание.
«Что это за движения такие...» «Никогда ничего подобного не видел...» «Он будто законы анатомии игнорирует» «Может, это камера барахлит?»
Насчёт игнорирования законов анатомии при движении они попали в самую точку.
Продемонстрировав базовую технику в достаточной мере, я решил показать продвинутый приём и закончить бой.
Внезапно огромная багровая туша Блад Шэдоу Гоблина потеряла равновесие и рухнула на пол.
«Э?!» «Чё?!» «Не слишком ли ему фартит?!» «Невероятно!»
А я неспешно подошёл и вонзил обломок Меча Изумрудного Ветра прямо в голову распростёртого Блад Шэдоу Гоблина.
Направив клинок остриём вперёд, я вогнал его глубоко в развороченную копьём глазницу.
Под сводами разнёсся особенно громкий вопль агонии.
Тело Блад Шэдоу Гоблина судорожно дёрнулось и постепенно затихло.
А затем туша чудовища обратилась в прах и поглотилась подземельем.
— ...Такое... возможно?..
Щёки Сацуки Кобаякавы раскраснелись от возбуждения, она не сводила глаз с моих рук.
— Значит, и такое возможно...
В то время как почти никто из зрителей ничего не понял, одна лишь Сацуки Кобаякава уловила суть.
С помощью ветра я стёр «зарождение» движений самого противника.
Силой ветра невозможно остановить летящую боевую секиру. Но если попытаться остановить саму руку, держащую её, — появляется небольшой шанс.
А что, если стереть «зарождение» импульса, необходимого для движения этой руки?
И более того — стереть само «зарождение» перед этим «зарождением»?
Проще простого.
«Бой был крутой, но в конце ему тупо повезло...» «И всё равно Хару-кюн нереально силён...»
— Ну вот, поскольку у нас тут приключились небольшие неприятности, на сегодня стрим окончен! Стоп, а что это за дикие цифры на счётчике зрителей?!
Одновременно стрим смотрели 62363 человека.
«Это было реально круто!» «Спасибо, что спас Сацуки-тян!» «Как же хорошо, что вы живы! Слёзы градом текут!..»
В чате бушевала настоящая буря из подобных сообщений.
В груди стало горячо.
В прошлой жизни ко мне самому — лично ко мне — не обращались с такими словами ни единого раза.
На душе вдруг стало так светло и чисто.
Почувствовав, что на глаза вот-вот навернутся слёзы, я низко поклонился:
— Огромное спасибо, что смотрели! Н-ну, а на этом я, пожалуй, закончу трансляцию!.. Увидимся на следующих стримах!!
«Э, погодите-ка? У Хару-кюна голос дрожит от слёз?..»
Проигнорировав этот комментарий, я вырубил трансляцию.
Затем подошёл к лежащей на полу Сацуки Кобаякаве и заговорил с ней:
— Сацуки Кобаякава-сан. Вот твой меч, спасибо. Очень выручила.
Подойдя ближе, я слегка протёр клинок тканью и вернул ей.
Похоже, Сацуки Кобаякава тоже отключила свой стрим.
— У меня при себе нет специальной бумаги для ухода за клинком, так что дальше уж позаботься о нём сама.
В ответ на мои слова девушка кивнула:
— ...Да. Разумеется.
И тут же добавила:
— Извини. И спасибо. Ты меня спас.
Сацуки Кобаякава всё ещё не могла встать на ноги, поэтому, приподняв лишь верхнюю часть туловища, низко склонила голову:
— ...Правда, огромное тебе спасибо.
Изначально я пришёл сюда только ради хайпа.
Поэтому от её благодарностей мне стало как-то не по себе, и я ответил нарочито отстранённым тоном:
— Не бери в голову.
— Я непременно верну тебе этот долг.
— Да не нужно чувствовать себя чем-то обязанной. Я сделал это просто потому, что сам так захотел.
Именно. И спас её, и техники показал — всё это я сделал исключительно по собственной прихоти.
— ...Вот как, — с ноткой сожаления в голосе произнесла Сацуки Кобаякава, попыталась встать, но тут же начала заваливаться на бок.
— О-осторожно!
Я поспешно подхватил её.
— ...Прости.
— Всё нормально. Если я тебя не стесню, давай провожу до самого входа?
— Можно тебя об этом попросить?
— Ага.
Собрав выпавшую из Блад Шэдоу Гоблина добычу, я подставил Сацуки Кобаякаве плечо, и мы двинулись к выходу.
◆ Результаты:
Ухо гоблина → 86 × 500 иен
Кинжал гоблина → 18 × 500 иен
Коготь гоблина → 20 × 500 иен
Целебная трава → 14 × 500 иен
Сломанная броня → 8 × 1000 иен
Магический камень гоблина → 86 × 500 иен
Мифриловая руда → 4 × 200000 иен
◆ Уникальная добыча: Блад Шэдоу Гоблин
■ Обычная добыча:
Коготь Блад Шэдоу Гоблина: может использоваться как магический ингредиент. Оценочная стоимость: 300000
Чешуя Кровавой Тени: материал для укрепления доспехов. Оценочная стоимость: 500000
Осколок Кровавой Тени: ингредиент для зелий, восстанавливающих ману и повышающих магическую силу. Оценочная стоимость: 250000
Обломок чёрного железа: может использоваться для починки оружия и снаряжения. Оценочная стоимость: 500000
■ Редкая добыча:
Секира Кровавой Тени: мощная боевая секира, обладающая свойством разжигать боевой дух. Оценочная стоимость: неизвестна
Медальон Страха: дарует владельцу определённую сопротивляемость эффектам страха. Оценочная стоимость: неизвестна
■ Сверхредкая добыча:
Доспех Кровавой Тени: особый доспех, обладающий высокой защитой и позволяющий частично использовать магию крови. Оценочная стоимость: неизвестна
Кольцо Кровавой Тени: в определённой степени повышает силу атаки, защиту и способность к регенерации. Оценочная стоимость: неизвестна
○ Доход за сегодня:
920000 иен + оценочная стоимость 1550000 иен
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…