Глава 6. 1-05 Безумная модернизация дома... Тайная база — это романтика! 21/4/25
20210425 Дополнено и исправлено
6360 символов → 7431 символ
С момента той дьявольской презентации прошло 2 недели. Разработка пробных образцов косметического крема «Норн» вошла в завершающую стадию, и для начала мы подготовили порции для всех жительниц этой деревни старше 20 лет.
Для всех без исключения! Это важно, поэтому я повторил дважды.
Поначалу мы сомневались, нужно ли это пятёрке главных деревенских старейшин: 72-летней Тоё-сан, 81-летней Касуми-тян (почему-то она не откликалась, если не добавить «-тян»), 88-летней Каё-сан, 94-летней Кимиэ-сан и 97-летней Хацу-сан, которая обращалась со старостой деревни как с сопливым мальчишкой. Но когда мы сообщили, что преподнесём им крем, как только он будет готов, со следующего дня нам стали присылать столько овощей, что мы просто не успевали их съедать.
Это заставило меня вновь осознать, что женщина остаётся женщиной в любом возрасте.
Резервуары для расширения производства мы заказали у поставщика, но их ещё не доставили.
Делать было нечего, пришлось на скорую руку соорудить экспериментальный резервуар и наномашинный завод для тары.
Я ведь не мог постоянно за всем следить, поэтому установил установку, которая, если просто пополнять запасы наноматериалов, изготавливала по одной баночке примерно за 30 минут.
Размером этот наномашинный завод вышел примерно с одно татами, зато теперь, стоило лишь подавать сырьё и электричество, он сам штамповал заданное количество баночек.
Заодно, чтобы вырабатывать электричество прямо дома, я установил на крыше и внешних стенах высокоэффективные фотоэлементы. Вырабатываемую всем домом электроэнергию я направил в заменивший теплоизоляцию аккумуляторный материал, сделав так, чтобы ею можно было как обычно пользоваться через розетки.
Объёма накопленной энергии хватало примерно на 100 дней работы всего дома, так что расходы на свет и тепло у нас практически свелись к нулю.
Люминесцентные лампы я тоже заменил на светодиодные элементы, а ещё вырыл подвал и ради сохранения секретности перенёс и спрятал туда все сверхтехнологичные вещи.
Получилось довольно внушительное убежище, и на его создание ушло немало наноматериалов.
Впрочем, потраченные ресурсы мы с лихвой восполнили, без остатка преобразовав в материал всю землю и песок, вырытые при расширении подвала, так что наши запасы даже увеличились.
Трёхэтажная подземная конструкция общей площадью 900 квадратных метров — мы с отцом вдвоём разошлись не на шутку.
Вход в подземелье контролировала Хако, поэтому туда не то что посторонний человек — ни одна мышь и ни один таракан живьём бы не пробрались.
К слову, когда мы закончим делать запасы, там можно будет выдержать осаду длиной лет в 5.
Отличная штука, способная выручить на случай, если вдруг разразится пандемия или ядерная война.
Мы с отцом, ухмыляясь, чертили планы будущей пристройки, решив, что как только появится чуть больше свободных материалов, будем постепенно расширять подвал.
Но когда мы рассказали об этом маме, она усадила нас обоих на колени в сэйдза и устроила нам хорошую головомойку.
Впрочем, я отвлёкся от темы, так что вернёмся к делу.
Баночки для косметики мы сделали из хрустального стекла лазурного цвета, который выбрали фирменным цветом «Тауруса».
В крышку баночки я встроил механизм персональной аутентификации и распыления наномашин, а саму склянку оснастил функцией радиопередачи для обмена данными.
Поскольку питание подавалось от встроенных в поверхность мельчайших фотоэлементов, устройство могло функционировать практически вечно, если только полностью не перекрыть доступ света.
Из-за микроскопических размеров их невозможно было заметить даже под рентгеном, к тому же я распределил их равномерно.
Хе-хе, просто идеально.
Оставалось только выгравировать имя владельца — и готово. При открытии крышки устройство считывало информацию о пользователе с кожи рук, накапливало данные о времени использования и количестве крема, после чего отправляло их на информационный сервер «Тауруса».
На основе полученных данных наш псевдосервер посылал сигнал для подмешивания оптимального количества наномашин, и баночка выполняла команду.
Когда крем заканчивался, мы забирали пустую склянку и одновременно пополняли запасы крема и наномашин.
Кстати, наши псевдорабочая станция и псевдосервер тоже получили имена.
Псевдорабочая станция — Майя.
Псевдосервер — Электра.
Майя занималась поддержкой мамы.
Электра отвечала за управление данными акционерного общества «Таурус» и контроль косметики, а также вместо Хако взяла на себя повседневное управление домом.
В последнее время расход наноматериалов стал просто огромным.
Для начала я попросил Хако втянуть весь ненужный хлам вокруг дома.
Для расщепления и превращения в материал лучше всего подходят минеральные вещества.
В пищевых отходах и органике много влаги и летучих компонентов, поэтому при переработке они дают мало массы — проще говоря, они слишком «пустые», так что металл и камень подходят куда лучше.
Интересно, не валяется ли где-нибудь поблизости целая куча такого добра?
◆
Что касается незаконного сброса отходов, ставшего проблемой после окончания летних каникул, то оказалось, что компания по утилизации закрывала на это глаза, а нанятые перевозчики незаконно выбрасывали промышленные отходы прямо по пути.
Мириться с таким было нельзя, и неравнодушные жители деревни начали полномасштабный сбор улик.
Однако, как водится в этом мире, без денег ничего не сделаешь, поэтому первым делом нужно было собрать средства.
И тут в дело вступила наша мама.
Она отправилась в сельскую управу с докладом: мол, я основала компанию, так что буду заниматься всяким прямо у себя дома.
А затем привлекла на свою сторону женскую сеть деревни (сарафанное радио у колодца) и провела предварительную обработку, чтобы те могли вертеть своими мужьями как хотят.
Более того, она провела переговоры со старостой деревни. Опираясь на тот факт, что из-за оттока населения в округе полно брошенных домов и земель, перешедших под управление администрации, мама добилась разрешения взять эти участки в аренду для компании и утилизировать подлежащие сносу постройки.
В наши дни мало что делается даром.
Людей или компаний, которые согласились бы бесплатно снести заброшенный дом, попросту не существует.
К тому же при сносе неизбежно образуется гора строительного мусора... Поэтому всё стояло нетронутым и заброшенным, а сносили и утилизировали за счёт бюджета администрации только те объекты, которые грозили обрушением.
Все заброшенные дома, на которые мы в этот раз получили разрешение от управы, Хако полностью расщепила и превратила в материал.
Заодно мы аккуратно разровняли и привели в порядок бесхозные поля и огороды.
Все эти работы по расчистке проводились осторожно, чтобы никто не увидел. Мешающие преграды, ненужные садовые камни, каменные стенки и старые колодцы тоже были начисто расщеплены и переработаны.
Когда мы всё аккуратно разровняли, получились тихие, готовые к продаже земельные участки.
Подготовив такую почву, мама разом избавила сельскую управу от обременявших её проблемных активов, а сэкономленный на этом бюджет выбила на мероприятия по благоустройству и озеленению.
Молодец, мама!
Между прочим, косметика «Норн» всё ещё находилась на стадии тестирования, поэтому выдавалась бесплатно на условиях строгой секретности.
Похоже, местных дам мама подцепила именно на этот бесплатный мониторинг.
Предполагалось, что примерно через 6 месяцев пробного использования с ними поэтапно заключат платные договоры.
Но вернёмся к делу о незаконном сбросе мусора.
Сначала взрослые проверили текущее состояние и зафиксировали всё на фотографиях, а также сняли на камеру, как дети собирают неопасный мусор.
Из бюджета мероприятия выделили деньги на покупку уборочного инвентаря и аренду тяжёлой техники. Мусор свезли на расчищенную арендованную землю, рассортировали, прикинули стоимость утилизации и выставили счёт компании-нарушителю.
Сначала всё вычистить, а затем установить систему наблюдения — когда вокруг чисто, бросать мусор становится психологически труднее.
Затем наша компания развернула сеть, и мы решили сделать наш дом базовой станцией, соединив всю деревню интернет-линиями.
С 1999 года в обычных домах начало распространяться АДСЛ-подключение, и абонентская плата за связь, которая в 1997 году составляла целых 37 000 иен в месяц, недавно упала примерно до 2 500 иен в месяц, благодаря чему интернет стал появляться во всё большем числе домов.
Что касается нашей домашней линии связи, то, когда в астрономическую обсерваторию проводили оптоволокно, нам заодно протянули рабочую оптоволоконную ДСЛ-линию.
Используя эту линию, мы и построили сеть наблюдения по всей деревне.
Мы установили охранные камеры, и Майя круглосуточно вела видеозапись.
С виду это были старомодные муляжи камер наблюдения, какие продаются в любом строительном магазине.
Однако на самом деле они представляли собой плод сверхтехнологий с основательно переделанной начинкой.
При приближении к зоне наблюдения раздавался предупреждающий сигнал и голосовое сообщение, звучавшие совсем как дешёвая игрушка, но в действительности высокочувствительная камера записывала реакцию человека на видео.
Люди устроены так, что при звуке или виде чего-то любопытного они машинально бросают туда взгляд.
Расчёт был на то, что лицо чётко попадёт в кадр и преступник попадётся с поличным. Сами же нарушители, как мы и ожидали, принимали эти камеры за игрушки, поэтому совершенно не остерегались и, не обращая на них внимания, спокойно выбрасывали мусор.
Мы уже установили номера используемых при преступлениях машин, названия компаний и личности рабочих.
Эту информацию мы начали публиковать на веб-сайте возрождения деревни, а также передали в местные СМИ вроде регионального телевидения и радио.
Я не собирался позволять им выйти сухими из воды и остаться в выигрыше.
Мы медленно, шаг за шагом обкладывали их со всех сторон, чтобы им некуда было бежать.
Ага, клюнули!
Стоило нам подать в суд гражданский иск о возмещении ущерба, как тут же в сопровождении депутата префектурального собрания явился начальник отдела по борьбе с незаконным сбросом отходов из администрации префектуры.
Он принялся давить на жалость, рассказывая об административных мерах против незаконного сброса и работы нелицензированных свалок, а также об обстоятельствах дела... и в итоге потребовал, чтобы мы отозвали судебный иск.
Что касается восстановления природы после экологического ущерба в лесах и реках, они, мол, по мере возможностей решат вопрос за счёт административных субсидий. Но разве такой подход изначально не предполагал, что компании-нарушители просто сбегут?
Та-ак, интересно, кто же тут всем заправлял: подрядчики или депутат?
Ответ очень скоро пришёл с их стороны сам.
Под предлогом осмотра места незаконного сброса мусора недавние депутат и начальник отдела явились на свалки и, пользуясь тем, что вокруг никого не было, принялись вовсю изливать своё недовольство.
Тут-то Майя и сработала на славу, записав абсолютно всё видео и звук с места событий.
Притворявшаяся полусломанным муляжом сверхтехнологичная камера наблюдения чётко зафиксировала весь их разговор.
Организаторами преступления оказались компания по утилизации промышленных отходов, созданная местным отделением крупного синдиката якудза, и транспортная компания-субподрядчик.
Депутат получал пожертвования, прикрывал администрацию с начальником отдела и игнорировал петиции граждан. Начальник отдела за взятки выдавал разрешения, а когда запахло жареным, подрядчик должен был пуститься в бега, тогда как чиновник — оформить видимость административного наказания, показав, что власти выполнили свою работу, и умыть руки.
А дальше они, похоже, собирались как ни в чём не бывало строить из себя честных слуг народа и тянуть резину.
По уши в грязи. Что бы с ними такое сделать?
◆
Когда мы уже готовы были перейти в контратаку, отец велел притормозить.
Хоть он и был в шоке от того, как мама несётся напролом, до сих пор он во всём её поддерживал, но тут вдруг предложил ещё раз перепроверить собранную информацию.
— Папа так думает, — сказал он.
— Конечно, заставить человека искупить вину за дурной поступок — это правильно. Но людей, которые были бы злодеями с самого начала, почти не бывает. Наверняка есть и те, кто преступил закон от безысходности. Мир не так прост, и то, что одними правильными словами не проживёшь, — тоже правда. Возможно, Субару пока трудно это понять. Нодзоми-сан, давай тоже немного успокоимся и ещё раз всё перепроверим. У нас ведь есть Хако, да и такое оружие, как Майя с Электрой. На кону стоят человеческие судьбы, так что, может, ещё не поздно взглянуть на вещи чуть шире, прежде чем действовать?
— ...Фух, и то верно. Прости, Юдзуру-сан, что заставила тебя волноваться, мы и правда слишком уж разгорячились. Дело продвигалось так гладко, что у меня, кажется, отказали тормоза. Словно и в голове помолодела, вспомнив студенческие годы.
— Хм-м, я не особо разбираюсь в сложных вещах, так что взрослые дела оставлю вам с папой. Мне и так скоро будет не продохнуть от попыток увернуться от наседаний Гинги с остальными и тётки-директрисы.
— Да уж, Субару, давай сначала разберёмся с проблемами вокруг тебя. Если возникнут трудности, первым делом советуйся с мамой. Пожалуй, Юдзуру-сану тоже нужен какой-нибудь помощник, у него ведь ещё и своя работа...
— Подтверждаю. В таком случае давайте увеличим количество ИИ поддержки, таких же, как Майя и её сестра. К счастью, запасы материалов мы неплохо пополнили, так что я подготовлю для Майи и Электры младшую сестру. А корпус прошу сделать вас, Мастер.
— Понял, скинь мне потом данные.
— Мастер! Пожалуйста, сделайте корпуса и нам!
— хором попросили сёстры.
— Ого, но ведь у вас, Майя и Электра, уже есть нынешние корпуса.
— Наш нынешний облик — это что-то вроде рабочей униформы. Если можно, нам бы хотелось корпуса, в которых можно свободно передвигаться, как у Матери.
— Точно! Мы тоже хотим полетать по внешнему миру!
— Подтверждаю. Ничего не поделаешь. Мастер, я тоже прошу вас об этом. Пожалуйста, создайте для этих девочек малые зонды под ИИ поддержки. Основное тело ИИ поддержки находится внутри информационного интегратора корабля, поэтому, если просто подготовить оболочку, они смогут действовать в ней, словно переодевшись в другую одежду...
— Ладно, понял, значит, нужно просто сделать маленьких Хако.
— Подтверждаю. Думаю, для вас это будет хорошей тренировкой навыков, Мастер. Хоть они и называются малыми зондами, для размещения ИИ поддержки потребуется довольно высокая плотность компоновки. Постарайтесь, пожалуйста♪
— Э-э, это что, настолько сложно?
— Подтверждаю. Гора-аздо сложнее, чем настроечные капсулы. Не волнуйтесь, когда набьёте руку, сможете делать их между делом.
— Да ну-у, у меня на создание 2 настроечных капсул целая неделя ушла, эх-х.
— Подтверждаю. Могу лишь пожелать вам удачи, Мастер. А на первое время давайте приставим Электру в качестве помощницы к Юдзуру-сама. Вы не против, Нодзоми-сама?
— Да, давай так и сделаем. Электра, ты ведь тоже согласна? Позаботься о Юдзуру-сане.
— Да, слушаюсь. Честно говоря, мне было так скучно от безделья, что я просто помогала старшей сестре.
Так я снова угодил в марш смерти.
◆
Прошло 10 лет с тех пор, как в 1991 году лопнул экономический пузырь. В наши дни, когда установлены директивы по утилизации отходов и приняты всевозможные законы о переработке, находятся типы, пытающиеся нажиться, проскальзывая сквозь ячейки сети закона.
Возникает парадокс: именно потому, что существует закон, где-нибудь обязательно появляется лазейка.
В конечном счёте самую короткую спичку вытягивает потребитель или налогоплательщик, и реальность такова, что в итоге чаще всего на решение проблем идут именно налоги.
Вот и этот случай не стал бы исключением: те, кто снимал сливки, либо сбежали бы, либо, даже попавшись, отделались бы наказанием за мелкое правонарушение, и всё дело бы замяли.
На ликвидацию последствий наверняка пустили бы государственные средства, но на практике это потребовало бы колоссального количества времени и сил, а тем временем компании, занимающиеся уборкой, гребли бы деньги лопатой.
Как же это называется... точно, сами поджигают и сами же тушат за деньги.
Впрочем, нельзя сказать, что потребители тут совсем уж ни в чём не виноваты.
Никому не хочется, чтобы по соседству строили мусороперерабатывающий завод, а уж очистные сооружения или крематорий — о таком местные жители и слышать не хотят, и это совершенно естественная реакция.
А если спросить, кто же тогда будет всё это перерабатывать, то получается, что вся нагрузка ложится на те места, где подобные объекты стояли испокон веков.
Это касается и печей мусоросжигательных заводов, работающих без остановки долгие годы, и «Острова мечты» Юмэносима, где заканчивается место для захоронения отходов, и даже крематориев, чьими услугами всем нам когда-нибудь придётся воспользоваться, — всё это неуклонно ветшает.
А расходы на содержание и ремонт всё растут и растут.
Вот тут-то и появляются дельцы, пытающиеся нечестным путём превратить мусор и отходы в деньги.
Тех, кто перерабатывает ненужные вещи и продаёт их за границу, ещё можно понять и простить, но тех, кто выбрасывает отходы подальше от людских глаз — в горных лесах, реках и морях, — прощать нельзя.
В нашем случае для прикрытия использовался фиктивный полигон по переработке промышленных отходов.
【Раньше один знакомый автора тоже жаловался: компания по утилизации промышленных отходов, которой они заказали вывоз, незаконно сбросила мусор, а представители муниципалитета вычислили их по офисным накладным и предписали собрать и заново утилизировать отходы, так что им пришлось в спешке ехать всё собирать. И подрядчику деньги заплатили, и за повторную утилизацию собранного по жалобе мусора выложили, а в худшем случае можно было ещё и строгое предупреждение от муниципалитета схлопотать. Беда не приходит одна — хоть плачь, да слёз нет. Говорят, сотрудник, нанявший того подрядчика, получил нагоняй от директора и ходил совсем понурый. Он всё сокрушался, что хотел сэкономить средства компании, а в итоге потратил ещё больше, да ещё и выговор получил.】
Предыстория нынешнего дела оказалась следующей.
Как я уже упоминал ранее, главными преступниками были якудза.
Причём не старые благородные разбойники со своими принципами, а нынешние так называемые интеллектуальные якудза.
Вся верхушка с высшим образованием и отлично подкована в законах. Их доходы по старинке называют «синоги», но получают они их полулегально через подставные компании, управляемые ради обогащения синдиката. Судя по всему, две такие фирмы сговорились и провернули это дельце.
Жертвой, которую выбрали в качестве мишени и подставили, оказался тот самый начальник отдела.
Хоть он и занимал должность начальника отдела в администрации префектуры, он был всего лишь местным госслужащим.
Годовой доход в среднем составлял около 6 000 000–7 000 000 иен — даже с большой натяжкой это не назовёшь высоким заработком.
Ипотека за дом, оплата учёбы детей, да ещё и попытки пустить пыль в глаза и отправить ребёнка учиться за границу — типичный средний класс.
Естественно, пытаясь как-то компенсировать нехватку доходов, он связался с акциями и азартными играми...
Почему-то в нашей префектуре даже в административном центре не было букмекерских контор для ставок на велогонки и скачки, поэтому он воспользовался услугами посредников.
Если бы просочился слух, что сотрудник префектуры пропадает в игорных заведениях, это могло бы обернуться огромным скандалом, и именно на этом его и подловили якудза.
Пока он не уходил в минус, всё было ещё ничего.
Ему говорили: мол, заплатите потом, когда выиграете, и комиссионные можно отдать, когда появятся деньги.
Но всё это были самые настоящие долги, и когда они накопились, словно тина на дне, ему заявили:
— Ого, неужели господин чиновник собирается кинуть нас на деньги? Мы ведь можем и в соответствующие инстанции обратиться, хозяин~♪
Госслужащие до ужаса боятся, когда якудза заявляются к ним на работу.
Да и любому обычному офисному работнику будет неприятно, если к нему на службу придут выбивать долги.
Дальше начался понятный каждому порочный круг: долг не уменьшался, а только рос, но деньги были нужны, и если ничего не предпринять — банкротство.
Гордость хоть и плохонького, но слуги народа мешала ему придать дело огласке, так что он не мог ни подать заявление в полицию, ни сбежать.
Это был сущий ад наяву.
В конце концов ему, похоже, списали проценты по долгу, сунули взятку, и он стал во всём плясать под дудку якудза.
Политик, который приходил тогда с ним, в каком-то смысле оказался человеком деловым и основательным.
Его словно обвели вокруг пальца: он думал, что принимает пожертвования от местной компании, а та оказалась подставной фирмой якудза. Впрочем, на все незаконные просьбы он, судя по всему, отвечал твёрдым отказом.
Однако в этот раз, не в силах больше смотреть, как того начальника отдела держат на крючке и используют в хвост и в гриву, он решил его прикрыть.
Депутат прекрасно понимал, что ситуация, когда в администрацию вонзилась заноза в лице якудза, до добра не доведёт.
И как раз когда он думал, как бы разрешить эту проблему, началось давление со стороны местных жителей, и он вытянул короткую спичку — его отправили тушить этот пожар.
В каком-то смысле этот человек тоже стал жертвой.
Если пойти в лобовую атаку и вывалить всю правду наружу, немало людей окажется на самом дне.
Итак, как же нам поступить?..
◆
《 Заметки о семи сёстрах Плеядах 》
В греческой мифологии Плеяды — семь сестёр, рождённых титаном Атлантом и нимфой Плейоной.
Майя: старшая из семи сестёр. Мать Гермеса, сына Зевса.
Электра: мать Дардана и Ясиона, сыновей Зевса.
Тайгета: мать Лакедемона, сына Зевса.
Алкиона: мать Гириея, сына Посейдона.
Келено: мать Лика и Эврипила, сыновей Посейдона.
Астеропа: мать Эномая, сына Ареса.
Меропа: младшая из семи сестёр. Вышла замуж за смертного человека Сизифа и утратила бессмертие.
Слушайте, а греческие боги ведь, сделав своё дело и заделав детей, совсем их не обеспечивали.
Наверное, из-за бессмертия они в этом плане были весьма распущенными.
3 достались Зевсу, 2 — Посейдону, 1 — Аресу.
А оставшаяся младшая, Меропа, отказалась от бессмертия и вышла замуж за человека — видимо, тут дело в разнице ценностей~
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…