Глава 39. Часть 1. Золотой феникс, вылетевший из гор 39 (покупки)
Цзян Синьюань узнала о том, что Цзи Хуаньюй ходил к Фан Чжиюаню, и в тот же вечер позвонила ему — рассказала про свои отношения с Цзи Хуаньюем.
Если кратко: она, не нюхавшая жизни, повелась на образ, который Цзи Хуаньюй себе создал. Она думала, что он талант, которому не дают хода, а он оказался гнилым деревом, которое не вырежешь. Она думала, что он добрый и простодушный, а он — себе на уме. Она думала, что он чист и не запятнан грязью, а он весь пропах медяками.
В конце она подытожила:
— В общем, я тогда была молодой и не разбиралась в людях.
А Фан Чжиюань её утешал.
188 слушал в голове Фан Чжиюаня, как Цзян Синьюань выставляет себя «обманутой наивной девочкой», и не выдержал — хмыкнул пару раз:
— А то, что ты запала на его мордашку, ты, значит, умалчиваешь.
Фан Чжиюань прямо силой мысли заблокировал канал 188.
---
Снова настали выходные.
Цзян Синьюань знала, что у Фан Чжиюаня нет пар, и в лаборатории он не нужен, поэтому с утра сама приехала за ним на машине — сказала, что хочет «побыть вдвоём».
Когда она запихивала его на пассажирское сиденье, он ещё не знал, куда они едут в первую очередь. А когда машина остановилась у неприметного магазина одежды, он всё понял — опять за покупками.
Цзян Синьюань уже купила ему немало одежды, но раньше всегда привозила готовое. Это был первый раз, когда она взяла его с собой выбирать.
Этот фирменный магазин стоял на тихой тенистой аллее, в витрине висело всего три образца, развешанных так просторно, будто это мини-выставка.
Цзян Синьюань, очевидно, была завсегдатаем — стоило ей войти, как навстречу вышла управляющая с улыбкой одновременно учтивой и радушной.
В таких магазинах новости расходятся быстрее всего — в их кругу уже разнеслось: рядом с госпожой Цзян больше не генеральный директор «Хуаньюй Текнолоджи», а какой-то молодой парень.
Поэтому, когда взгляд управляющей упал на Фан Чжиюаня, в нём сквозило уместное любопытство и оценивание.
Цзян Синьюань указала на Фан Чжиюаня и сказала управляющей:
— Подберите ему несколько весенних комплектов.
Управляющая вежливо спросила Фан Чжиюаня:
— А как мне к вам обращаться, господин?
И тут Цзян Синьюань с гордостью перехватила разговор:
— Мой парень, фамилия Фан. Студент Столичного университета, лучший балл по точным наукам за всю историю университета.
В её тоне звучало самодовольство: «Это мой мужчина».
В её глазах звание Фан Чжиюаня — лучшего абитуриента — весомее любого семейного происхождения. Он — умнейший из умных, до него другим не дотянуться.
Управляющая, услышав это, тоже с уважением изобразила удивление:
— Боже, господин Фан так хорошо учится! Госпоже Цзян повезло.
Будь на его месте другой — от таких похвал прилюдно он бы либо смутился и занервничал, либо, чего доброго, задрал нос. Но Фан Чжиюань всю дорогу просто тихо стоял, на лице не дрогнул ни один мускул — будто всё это восхищение к нему не относилось вовсе.
Он мысленно сказал 188:
— Хорошо, что у меня кожа толстая, иначе я бы такого напора не выдержал.
188 в это время играл в глубине сознания и, услышав слова Фан Чжиюаня, небрежно бросил:
— Не переживай, хозяин, кожа у тебя толстая, таким уровнем тебя не пробить.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…