Глава 47. Часть 1. Ни за что не увеличивай фото
Семь тридцать вечера.
Вся вилла на вершине горы уже вовсю бурлила жизнью.
С десяток девушек на высоких каблуках и в бикини пили, танцевали и записывали видео у бассейна.
Как самая престижная вилла Биньхая, это место отлично подходило для вечеринок и фотосессий — тут было чем похвастаться.
Цинь Сюй сидел в шезлонге у бассейна — в пляжных шортах и тёмных очках.
Закинув ногу на ногу, он потягивал вино и с довольным видом наблюдал за снующими мимо красотками.
— Выпьешь со мной?
Девушка в цветном бикини и золотых туфлях на каблуках подошла к нему и наклонилась.
У Цинь Сюя перехватило дыхание, он поднял бокал и чокнулся с ней.
Проводив девушку взглядом, Су Янь, сидевшая рядом, не удержалась:
— Ты столько девушек позвал — и просто смотришь?
Она стрельнула глазами в Цинь Сюя:
— Или, может, не можешь?
Цинь Сюй лениво протянул:
— Могу я или нет — тебе ли не знать?
Су Янь на мгновение опешила, затем скривила губы и перевела взгляд на пустую площадку рядом.
Там стояли стол и четыре стула.
Перед каждым стулом — пустой стакан, а в центре — бутылка белого вина.
Цинь Сюй предупредил: пейте и веселитесь где угодно, но к тому столу не приближаться и тем более не садиться.
Все решили, что Цинь Сюй ждёт какого-то важного гостя.
В конце концов, устраивать вечеринки ради приёма гостей — обычное дело.
Так что большинство не обращало внимания.
А вот Су Янь сама не знала почему, но её взгляд то и дело возвращался к тому столу.
В душе поднималось странное чувство.
Этот стол с вином стоял как-то жутко — будто приготовлен не для живых…
Пока Су Янь скучала, она краем глаза заметила, что Цинь Сюй всё время возится с телефоном.
Она машинально глянула и вдруг замерла.
Она увидела, что Цинь Сюй пишет целый пост!
Плотные строки текста заполняли весь экран.
Су Янь решила, что Цинь Сюй — влюблённый романтик и строчит сообщение какой-то женщине.
Сначала она посмотрела на него.
Поняв, что Цинь Сюй заметил её любопытство, но не возражает, она вытянула шею, чтобы прочитать.
Но, увидев первую строку, остолбенела.
【Дальше я расскажу настоящую историю о призраках. Она произошла рядом с нами. Советую читать, не выключая свет…】
…
Меня зовут Чжоу Шоуфу.
Родом я из Хуэйлунао.
Это глухая деревушка, отрезанная от мира.
Деревня бедная, но обычаи чтит строго.
На любом застолье — будь то свадьба или похороны — положено созывать всю деревню.
Чем больше столов, тем больше почёта хозяину.
Мой дед в молодости промышлял «уборкой столов».
Уборщик столов — это не тот, кто моет посуду и разносит еду.
По дедовским правилам, когда живые доедали последний стол и расходились, наступала его очередь убирать те «пустые места», за которыми никто не сидел.
В детстве я не понимал смысла этих слов.
Пока мне не исполнилось девять.
Тогда я своими глазами увидел стол, который убирать было нельзя.
Той осенью в деревне кто-то женился.
Застолье длилось с полудня до глубокой ночи.
Когда гости разошлись, хозяева закрыли ворота двора, оставив моего деда и пару помощников прибираться.
Столы и стулья быстро вынесли.
Только в юго-восточном углу остался чёрный квадратный стол.
Рядом — четыре стула.
Еды не было.
Только четыре пустые чарки и открытая бутылка белого вина.
Я отчётливо помню: на деревенских застольях всегда использовали красные круглые столы, такого чёрного квадратного у нас отродясь не было!
Я показал на стол и спросил деда, кто его принёс.
Дед побелел как полотно, зажал мне рот рукой, силком утащил на кухню и строго-настрого запретил даже смотреть в сторону юго-восточного угла.
Той же глубокой ночью я впервые услышал о «нескончаемом пире».
Дед сказал: когда человек умирает, а у него осталась неотомщённая обида, невыплаченный долг или тот, кого он так и не дождался, — он накрывает пир в мире мёртвых.
Тот пир не кончится никогда.
И еда на нём никогда не закончится.
Иногда он появляется на кладбище, иногда — в заброшенном старом доме.
А порой, учуяв запах вина и шум живых, он ненадолго опускается на край настоящего застолья.
Четыре стула, четыре пустые чарки, открытая бутылка белого вина.
Стоит этим вещам появиться вместе — значит, «нескончаемый пир» уже прислал своих людей за столом.
Дед велел мне: встретишь такой стол — соблюдай три запрета.
Первый: ни за что не садись.
Второй: ни за что не трогай вино со стола.
Третий: кого бы ты ни увидел сидящим на стуле — ни за что не называй его имени!
Если дотянешь до рассвета, стол сам исчезнет.
Но в ту ночь мой отец перебрал.
Под хмельком он посмеялся над дедом, что тот пугает людей россказнями.
Увидев, что хорошее вино открыто и никто его не пьёт, отец пожалел добро и, пока дед не видел, подошёл и налил себе чарку.
Когда дед заметил, было уже поздно.
Отец только успел сделать глоток.
Стул позади него сам отодвинулся назад.
Деревянные ножки с визгом проехались по бетонному полу — в мёртвой тишине двора этот звук резал уши.
Но когда мы обернулись, на стуле никого не было.
Отец наконец протрезвел от страха, побелел и принялся отчаянно давить себе на горло, пытаясь вырвать вино.
Но не вырвал ни капли.
Дед рухнул на землю, не сводя глаз с пустого стула, и вымолвил лишь одно: «Вино выпил ты — значит, это место займёшь ты».
Всю ту ночь мы с дедом прятались за стеной двора.
Изнутри не доносилось отцовских криков о помощи.
Только густой хруст жующих, звон чарок и сухой скрежет палочек о кости.
Дождались рассвета.
Звуки во дворе стихли окончательно.
Дед толкнул ворота.
Чёрного квадратного стола не было.
На том месте, где он стоял, остались лишь медный перстень, который отец носил больше десяти лет, и обрубок пальца — будто откушенный зубами.
Перед смертью дед рассказал мне.
В ту ночь отец стал блюдом на том столе.
Тот стол не исчез.
Он просто ждёт следующего пира.
…
Одиннадцать пятьдесят семь вечера.
Юг Биньхая, двадцать первый этаж здания «Цимин».
Во всём офисном этаже горел свет только над одним рабочим столом.
Цзян Жуй сжимала давно остывший кофе и не отрываясь смотрела в монитор.
Она только что дочитала историю о призраках, закреплённую наверху городского форума о сверхъестественном.
В конце поста прилагалось размытое фото с вечеринки и две строки зловещего предупреждения:
【Ни за что не увеличивай фото.】
【Потому что, когда ты сможешь разглядеть их, сидящие за столом увидят и тебя.】
Цзян Жуй потёрла покрытые мурашками руки.
— Псих…
Буркнула она, с силой щёлкнула мышкой и закрыла страницу.
В правом нижнем углу экрана полоса загрузки видеофайла доползла до 96%.
Ещё десять минут — и ночная смена кончится.
Цзян Жуй включила какое-то шумное развлекательное шоу и выкрутила звук на максимум, пытаясь разогнать мёртвую тишину огромного офиса.
Щёлк.
В дальнем конце коридора, у лифта, внезапно загорелась первая лампа с датчиком движения.
Цзян Жуй машинально подняла голову.
Сквозь стеклянную дверь компании коридор был пуст — ни души.
В следующую секунду.
Топ.
Из-за лифта донёсся глухой удар подошвы об пол.
Затем.
Шарк…
Вторая нога не поднялась, а, прилипнув к твёрдой плитке, с силой протащилась по ней.
Топ.
Шарк…
Невидимый хромой.
Шаг за шагом шёл от лифта прямо к ней.
Вторая лампа вспыхнула.
Бледный свет залил кусок коридора — и снова никого.
Но шаги не прекращались.
Топ, шарк…
Ровный ритм, без спешки.
Третья лампа загорелась, четвёртая.
Лицо Цзян Жуй окончательно окаменело.
Она отставила чашку, схватила телефон — смех из шоу в этот миг звучал до жути неестественно.
Ни тени, ни человека.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…