Глава 47. Часть 1. Копание ямы
Чжан Минся похлопала Гу Суйсуй по руке и кивнула.
— М-м, я знаю, с Сян Нанем всё будет хорошо.
Гу Суйсуй, видя, что Чжан Минся не верит, лишь с досадой толкнула ногу Шэнь Сян Наня.
— В палате никого нет, чего ты ещё не встаёшь? Посмотри, до чего мать себя довела плачем.
В этой палате стояло четыре койки, и, возможно, доктор Нин специально выбрал её — сейчас здесь лежал только Шэнь Сян Нань.
Чжан Минся растерянно смотрела на действия Гу Суйсуй, но в следующий миг вдруг увидела, как сын открыл глаза. Мало того, он ещё и оскалился в улыбке.
— Мам, я правда в порядке. Я на самом деле притворялся.
Оказалось, что Гу Суйсуй, услышав, как старуха Шэнь принесла домой мясо, поняла: заполучить его обратно будет очень трудно.
Не то чтобы совсем нельзя было вернуть, но пришлось бы устроить грандиозный скандал, и даже если бы в итоге всё получилось, репутация была бы испорчена на весь белый свет.
Хотя ей было всё равно, но и намеренно так делать не стоило.
Шэнь Сян Нань, видимо, понял мысли Гу Суйсуй и сказал лишь одну фразу.
— Жена, как насчёт того, чтобы разделить семью?
Обменять немного мяса на раздел семьи?
И вот, коротко посовещавшись, Гу Суйсуй намеренно вышла, подняла шум, требуя мяса, а затем, когда все бросились занимать моральное превосходство, Шэнь Сян Нань в нужный момент «потерял сознание».
После этого, чтобы «лечить» Шэнь Сян Наня, Гу Суйсуй настояла на поездке в больницу.
Но в их планы не входило похищение денег, потому что требование денег было частью последующего сценария. Просто Гу Суйсуй вдруг подумала: если в доме есть деньги, а они сейчас их не заберут, то потом, даже после раздела семьи, их вряд ли удастся получить.
Тогда третья ветвь как часть семьи понесла бы огромные убытки.
Раз уж скандал дошёл до такого, то одна овца — гнать, две овцы — тоже гнать, лучше уж раздуть его ещё сильнее.
Поэтому она пошла в комнату старухи Шэнь и взяла деньги.
Конечно, она не была уверена, есть ли у семьи Шэнь деньги. Если бы не нашла, пришлось бы продолжать по плану.
Главное — попасть в больницу, а там уже всё было бы проще.
В конце концов, раны на теле Шэнь Сян Наня были настоящими, просто нужно было, чтобы врач согласился описать их как тяжёлые — настолько, что без лечения наступит смерть.
Таким образом, для лечения потребовались бы большие деньги.
Но если нужно тратить деньги, то в семье обязательно кто-нибудь воспротивится. Одна сторона настаивает на лечении, другая отказывается давать деньги — в итоге кто-нибудь обязательно предложит разделить семью.
Как только семья разделится, лечение станет делом каждой ветви: хочешь — лечи, не хочешь — не лечи, никому до этого нет дела.
А после раздела семьи Шэнь Сян Нань в любой момент сможет «поправится».
Конечный резултат таков: хотя Гу Суйсуй некоторые будут считать вздорной и скандальной, она всё же заслужит репутацию верной и преданной жены.
Все деньги потрачены на лечение собственного мужа — если это не верность и преданность, то что тогда?
Кроме того, к тому моменту все будут знать, что вина за раздел семьи Шэнь лежит не на них.
Они — бедняжки, вынужденные обстоятельствами, это те бессердечные и жадные люди выгнали третю ветвь, не желая тратить деньги.
— Ах... это...
Гу Суйсуй не вдавалась в такие подробности, но даже примерного плана хватило, чтобы Чжан Минся опешила. Она долго не могла понять, как у сына и невестки так работают мозги, что за такое короткое время они смогли продумать столько всего.
Но понимала она или нет — неважно. Главное, что сын не болен по-настоящему, и на душе у неё полегчало.
Подумав, что скоро они отделятся от старого дома и больше не придётся мешать еду из одного котла со всеми этими людьми, Чжан Минся невольно улыбнулась.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…