Глава 44. Часть 2. Направление общественного мнения
Шэнь Гуйхуа не понимала, зачем невестка велела ей всё это рассказывать, да ещё и особо выделить слова Шэнь Сян Наня.
Но она и сама так думала: почему её брат не должен жить? Заработал столько денег, а их ветвь семьи так ничего и не потратила. Почему же двадцать цзиней зерна, отданные за невестку, вечно поминают? Это несправедливо.
Она шла и плакала, плакала и рассказывала. Не успела дойти от своего дома до околицы, как все на этой дороге уже знали, что случилось.
А слушатели — все рты разинули от изумления.
— А? Правда, что ли? Твой брат столько денег в год присылает!
— Ой-ой-ой, так у третьего деда семейка-то не бедная! Не зря, выходит, за невесток для Сян Дуна и дяди Баофэна такой выкуп давали!
— Ц-ц-ц... Столько денег присылал, а теперь на лечение потратиться не могут...
— Третья бабушка тоже хороша! Что важнее — деньги или жизнь внука? Скажи на милость, очнулся ведь уже, а его опять... Эх, но что ни говори, жена Сян Наня — человек надёжный, ради мужа на всё готова.
— Тьфу, какое там «надёжный»! Будь это моя внучкина жена, да посмей она в моей комнате шарить — я бы её вмиг взашей выгнал! Совсем страх потеряла, в дом к старикам лезть, добро отбирать! Разбаловалась!
— Ой-ой-ой, старая карга, да ты бессовестная! По-твоему, лучше, чтобы внучкина жена смотрела, как твой внук помирает, и пальцем не пошевелила?
— Да заткнись ты! Что ты мелешь-то! Это у тебя внук помирает!
— ...Это ты на кого сказала? А ну повтори!
— ...И что, сказала! Тебе можно, а мне нельзя?
— Будет вам, будет! Не ссорьтесь...
И так, слово за слово, две старухи, что и раньше друг друга не переваривали, сцепились не на шутку.
Узнав, в чём дело, сельчане смотрели по-разному, но большинство зацепилось за жалованье Шэнь Сян Наня.
И хотя поступок Гу Суйсуй иным старикам казался неслыханной дерзостью, кое-кто из молодых мужиков Сян Наню откровенно завидовал: жена и кабана завалить может, и ради мужа на всё пойдёт — вот это по-настоящему жена!
Вот бы каждому такую — во сне бы смеялись от счастья.
Из-за этой заминки, когда остальные наконец нагнали, Гу Суйсуй уже убежала далеко вперёд.
А тем временем старый господин Шэнь, что давно ушёл из дома, наконец вернулся.
В деревне редко резали свинью, вот он и пошёл заранее поболтать со стариками. А поскольку кабана убила Гу Суйсуй, каждый встречный не упускал случая похвалить его: мол, какую славную внучкину жену взял! Лицо у старика так и лоснилось от гордости. Откуда ж ему было знать, что дома уже чуть ли не пожар?
Не успел он дойти до двора, как увидел, что у ворот опять толпится народ. Он было подумал, что люди пришли восхищаться да завидовать, но тут же услышал причитания старухи — и сердце у него ёкнуло. Он поспешно растолкал толпу и протиснулся внутрь.
Войдя, он увидел, что старуха Шэнь сидит на земле и ревёт в три ручья, а у остальных лица — тучи тучами.
— Ой, Господи Боже мой... Грех-то какой... Взяли в дом разлучницу!..
Гэ Мэйлин тоже ругалась сквозь зубы.
— Да что за жену взяли! Это же разбойница! Заявить на неё в милицию, пусть заберут и посадят за решётку!
— Будет тебе, баба, не мешайся тут... Баофэн, скажи, что теперь делать? Третья невестка с племянницыной женой и Сян Си с Сян Бэем в больницу поехали. Нам-то тоже ехать или нет?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…