Глава 35. Часть 1. Открыть глаза
Шэнь Сян Бэй молча сидел в стороне и вдруг заговорил:
— Отец, мать, в соседнем уезде набирают людей взрывать горы и рыть каналы. Я тоже хочу пойти.
Услышав это, Чжан Минся вздрогнула, побледнела и тут же запретила:
— Нельзя. Эта работа тяжёлая, изнурительная и опасная. Ты не пойдёшь.
— Мать…
— Не говори больше. Я сказала — нельзя, значит, нельзя. Твой брат ещё не поправился, а если с тобой что-то случится, ты матери жить не дашь.
Шэнь Баолинь тоже был против.
— Твоя мать права. Наша семья ещё не дошла до края. Раньше было куда труднее — и то пережили. Что уж теперь не пережить?
Даже если наступит день, когда совсем нечего будет есть, на заработки должен идти он.
Гэ Мэйлин вертела глазами, причмокивала губами, хотела сказать: «Ребёнок сам хочет — пусть идёт. И семье еду сэкономит, и денег заработает. Что тут плохого?»
Но, глянув на Шэнь Баогэня и своих двоих сыновей, она закрыла рот.
В их старшей ветви трое мужиков. Если она скажет, а ну как их тоже отправят?
Зато Шэнь Баошу поднял веки, окинул взглядом племянников, покосился на живот своей жены — и лицо его стало ещё мрачнее.
Если в этот раз снова не родит сына, он ей покажет, этой никчёмной.
После завтрака кто пошёл на работу, кто — за водой.
Раз Чжан Минся сказала, что ей не нужно в поле, Гу Суйсуй и не настаивала.
Вместе с Шэнь Гуйхуа она постирала одежду, а потом, взяв корзины, они втроём — она, Шэнь Гуйхуа и Шэнь Хэхуа — отправились в горы.
Шэнь Цзюйхуа с ними не пошла. То ли Гэ Мэйлин так воспитала, то ли это передалось по наследству, но девчонка была такой же, как её мать: эгоистичной и расчётливой, и всех девчонок в семье презирала одинаково.
Иногда, если заставляли, она шла в поле, а иногда отлынивала, отговариваясь делами по дому.
И частенько дралась с десятилетней Шэнь Хэхуа — эти две сестры друг друга на дух не переносили.
Шэнь Ляньхуа из второй ветви была полной противоположностью Шэнь Цзюйхуа. В доме её было почти не заметно — она целыми днями молча работала, не поднимая головы.
Гу Суйсуй была здесь четыре дня и слышала от неё только одно обращение — «вторая невестка». Больше она не проронила ни слова.
— …Мать говорила, на днях от тётки по матери пришла весточка: будто нашли для моей сестры жениха. Из-за свадьбы второго брата задержались на несколько дней, а вчера снова письмо прислали — зовут на смотрины!
Шэнь Гуйхуа, хоть и была мала, а сплетни любила ещё как. С любопытством спросила:
— А из какой деревни тот парень? Что за семья?
— Не знаю. Слышала только от матери: тому, с кем мою сестру хотят познакомить, в этом году девятнадцать. Говорят, дома у него мать-вдова и младший брат. Живут небогато.
Шэнь Гуйхуа, мала, да хитра, вздохнула:
— Точно. Где сейчас найдёшь богатую семью? Все живут от еды до еды.
Гу Суйсуй слушала, как подружки болтают, и вставила:
— Ляньхуа ведь всего семнадцать, верно? Так рано замуж отдавать?
Шэнь Хэхуа не видела в этом ничего особенного.
— Семнадцать — в самый раз. Моя старшая сестра тоже в семнадцать вышла. А Мэйхуа — в восемнадцать.
Тут Шэнь Гуйхуа, словно желая что-то сказать, но не решаясь, посмотрела на Гу Суйсуй. Та не поняла, а потом вспомнила кое-что и смутилась — ей ведь тоже только семнадцать.
— Я слышала от матери, в прошлом году в соседней деревне одна в пятнадцать лет замуж вышла. И то был обменный брак.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…