Глава 84. Часть 2. Никого не баловать
Ма Билянь лежала на земле и ойкала да ахала.
А старуха Ван вдруг хлопнула себя по ляжке — звук вышел звонкий, будто кто-то влепил оплеуху.
— Обижают! Люди из Чжанцзячжуана всем скопом обижают наших из Ванцзячжуана!
Старуха Ван гаркнула это — и ни плакать, ни буянить больше не стала, а, надрывая свою треснутую глотку, принялась разводить «географическую атаку».
— Я говорю, сват Даю, это у вас в деревне так гостей принимают?
Старуха Ван тыкала пальцем в собравшихся поглазеть односельчан, брызжа слюной.
— Выкуп взяли, а старшую дочь не отдаёте, ещё и подмогу позвали, чтобы нас бить! Вы нас, мать с сыном, решили в гроб загнать! Третья тётушка, чего стоишь, разинув рот? Живо беги в деревню, зови людей, скажи — нас в Чжанцзячжуане задержали, хотят убить и ограбить!
Было как раз время перед обеденным перерывом, и шум у дома Гу привлёк крестьян, собиравшихся по домам.
Хотя это было личное дело семьи Гу, старуха Ван подняла крик, что люди из Чжанцзячжуана всем скопом обижают чужаков.
В те времена деревенские клановые устои были крепки, а между деревнями из-за воды или границ земель могли и до крови подраться. Если дело доходило до междеревенского конфликта — характер его становился совсем иным.
Поэтому зеваки, которым лишь бы было на что поглазеть, тоже загомонили, закричали, что надо позвать старосту Чжанцзячжуана.
А сваха, которая до этого пряталась в углу, боясь, что и ей достанется, услышав эти слова, быстро прикинула в уме.
Свадьба, похоже, расстроилась, денег за сватовство не видать. Если помочь семье Ван отыграться, может, и перепадёт немного на хлопоты. А если сейчас не сбежать — вернётся этот Ван Дахан, озвереет и её заодно отлупит — что тогда?
— Эй! Я мигом!
Сваха задрала съехавший на затылок красный цветок из шёлка, переставила короткие ножки и — топ-топ-топ — выбежала со двора, шустрее зайца.
Гу Суйсуй не обращала внимания на этот галдёж. Она стояла посреди двора, поправила сбившийся воротник, окинула взглядом валяющихся вокруг: отца с матерью, которые обычно только и делали, что командовали, неотвязного покупателя и дядюшку, любившего строить из себя важную персону.
Она снова зашла в сарай для дров и выпустила Гу Пинъаня, встала, прикрывая их обоих спиной, и посмотрела на сине-багровое лицо Гу Даю.
— Ты ведь деньги взял? Советую тебе побыстрее их выложить. А то, если тебя и вправду до смерти забьют, не факт, что найдётся кто-то, кто тебя похоронит!
Гу Суйсуй говорила прямо. Пока она здесь, этот человек сегодня отсюда не уйдёт.
Гу Даю зажал щёку ладонью, взгляд его бегал, а рука инстинктивно потянулась к груди.
— Какие ещё деньги? Это выкуп за невесту! Испокон веков брачные дела решаются по воле родителей! Я с тобой ещё не разобрался, а ты, выданная замуж дочь — вода пролитая, какое тебе дело?
— По воле родителей? Сказано складно, да не ладно. Меня продал за двадцать цзиней зерна, а теперь за пятьдесят юаней хочешь и свою дочь продать какому-то дурачку?
Гу Суйсуй холодно усмехнулась.
Ван Дахан, который всё это время молчал, услышав слово «дурачок», выпучил глаза.
— Ах ты дрянь мелкая! Это кого ты дураком назвала?
Гу Суйсуй не хотела связываться с Ван Даханом, она его и не знала. По-настоящему она ненавидела Гу Даю.
Но как только Гу Пинъань вышел, он сразу затараторил, что этот Ван Дахан — женатый во второй раз домашний тиран, у него не только двое детей, но и первую жену он, говорят, забил до смерти.
Услышав это, Гу Суйсуй чуть не пнула Ван Дахана в пах со всей силы, но её остановила Гу Няньнянь.
Она не могла позволить, чтобы младшая сестра всё время за неё заступалась.
Гу Няньнянь подошла к Ван Дахану и прорычала сквозь зубы:
— Выкиньте эту мысль из головы! Я лучше умру, чем выйду замуж в вашу семью Ван. Если меня совсем припрёте к стенке — я подожгу всё к чёрту, и мы вместе отправимся на тот свет!
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Как перевод?
Оцените качество перевода этой новеллы.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…