Глава 71. Часть 1. Разошлись недовольными
Ли Юйпин замерла, убирая деньги, лицо её слегка окаменело, и она, посмеиваясь, проговорила:
— В наших деревенских местах не сравнить с городом... К тому же Сюсю — девушка работящая, умелая, выйдет замуж — уж точно сможет как следует прислуживать Чживэю.
— Работящая — это само собой, я про приданое спрашиваю.
Ма Цуйпин не унималась.
— Мы столько выкупа заплатили, ваша семья Гу уж как-никак должна хоть мебель какую, одеяла с подушками приложить. На худой конец, из этих денег вы должны хотя бы половину Сюсю с собой дать — как заначку на дно сундука. Она же деревенская, городской прописки нет — значит, и пайкового продовольствия нет. Ей что, потом на еду и питьё денег не надо?
За окном Гу Няньнянь едва не рассмеялась вслух.
Она слишком хорошо знала свою старшую тётку: уж если деньги попали к ней в карман, обратно их не вытащить.
Воздух в комнате, казалось, застыл.
Ли Юйпин сунула деньги в карман, похлопала по нему и лишь затем медленно заговорила.
— Сватья, что ты такое говоришь? Разве нам легко было Сюсю вырастить? Кормили её, одевали — на всё деньги уходили. Эти сто юаней как раз и покроют наши многолетние убытки. Да и потом, Сюсю выйдет замуж в вашу семью Хэ — значит, станет вашим человеком. Разве ж это дело, если она после свадьбы ещё и от родного дома кормиться будет? Это же вам самим позор!
— Покроют убытки?
— голос Ма Цуйпин взвился на октаву выше.
— Ты что же, дочь продаёшь?
Тут в разговор вступил Гу Дапэн. Он вздохнул, изображая крайнюю озабоченность.
— Сватья, ты и не знаешь: у нас ещё двое парней, старший вот-вот свататься пойдёт, и дом надо ремонтировать. Сюсю у нас девушка понимающая, она наверняка захочет семье подсобить.
Гу Сюсю, сидевшая в сторонке, услышав эти слова, резко подняла голову, в глазах — полное неверие.
— Мама, те сто юаней...
Это же не то, что мать ей говорила!
— Замолчи!
— Ли Юйпин сверкнула глазами на дочь и тут же, обернувшись к Ма Цуйпин, улыбнулась.
— Приданое мы уже придумали: она заберёт с собой одеяла с подушками — мы их пять лет назад делали, вата там новая! Ещё Сюсю заберёт свою одежду — она у неё почти новая, как с иголочки. Ну и мы с её отцом отдельно десять юаней дадим Сюсю на дно сундука. Такое приданое — во всей нашей деревне единственное! Недавно её двоюродная сестра замуж выходила — так ей вообще ни копейки приданого не дали, а семья мужа к ней и то хорошо относится, что попросит — то и дают, говорят, новый дом собираются строить!
Хэ Чживэй и то не выдержал — раскраснелся от злости, вскочил.
— Десять юаней? Та её двоюродная сестра — дурочка, да ещё и замуж за умирающего вышла, чтобы беду смыть! Разве это можно сравнивать?
Ма Цуйпин тоже тряслась от ярости.
— Одно старое ватное одеяло и десять юаней? Слушай, Гу, вы что, свои счёты мне прямо в лицо тычете? Мы сто юаней заплатили, а она всего десять увозит?
Ли Юйпин с полной уверенностью ответила:
— А что такого в десяти юанях? Я, когда замуж выходила, так всего два юаня имела. Эти деньги Сюсю на чёрный день даются. Да и потом, у Чживэя же зарплата есть! Какой это мужик жену берёт и не содержит? Задаром, что ли, ему жена досталась? И ещё, сватья, когда эти двое друг другу приглянулись и сошлись, мы же не возражали. А вот то, что зять Хэ оказался таким нетерпеливым, — так из-за этого всё и вышло. По-хорошему, моя дочь — невеста завидная на всю округу. Кабы не зять Хэ, не пришлось бы моей дочери так спешно замуж выходить, верно я говорю?
Ли Юйпин не договорила до конца, но каждым словом давала понять: во всём виноват Хэ Чживэй, и то, что они дают десять юаней приданого, — уже большая щедрость.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…