Глава 22. Сестрички (17)
Когда Цзинь Бухуань и его спутница добрались до комнаты «младшей сестры», они с удивлением обнаружили, что той в комнате вовсе нет.
— Ты здесь?
Цзинь Бухуань обвёл взглядом комнату и заговорил сам с собой.
— Сейчас твоя старшая сестра тащит тело отца в подвал. Мы пришли тебе помочь. Если ты здесь, пожалуйста, выйди и встреться с нами.
Из комнаты не донеслось ни звука.
Цзинь Бухуань нахмурился и быстро обыскал комнату, но ничего не нашёл.
Воздух постепенно наполнялся тревогой. Никто не знал, сколько времени «старшая сестра» проведёт в подвале. И куда вдруг могла исчезнуть «младшая сестра»?
Ли Цинхуань перевела взгляд на стену комнаты 501.
— Может, она в соседней?
Цзинь Бухуань ответил:
— Вряд ли.
Но всё же он подошёл к соседней двери и толкнул её.
501 тоже не была заперта.
Похоже, «старшая сестра» полностью вжилась в роль «матери»
— выходя, она даже не закрыла дверь своей комнаты.
Однако «младшей сестры» не было и здесь.
— Как она могла вдруг исчезнуть? Неужели… «старшая сестра» уже убила её?
Ли Цинхуань тоже начала теряться в догадках. В прежних рассуждениях Цзинь Бухуаня не было ошибок — многое сбывалось одно за другим. По логике, «младшая сестра» сейчас должна была сидеть в своей комнате.
Цзинь Бухуань упёр руки в бока и прошёлся по комнате. Мысли в его голове лихорадочно метались. Немного погодя он вдруг сказал:
— За мной!
Они вышли друг за другом. Покидая комнату, Ли Цинхуань прикрыла дверь, затем быстро последовала за Цзинь Бухуанем вниз по лестнице и вскоре оказалась на первом этаже.
Миновав столовую, Цзинь Бухуань повернул налево и направился в ту часть дома, где они ещё не бывали.
Там была входная дверь особняка.
Маленькая девочка в розовом платье сидела, обхватив колени, прислонившись к двери, и тихо смотрела в пустоту.
Увидев Цзинь Бухуаня и его спутницу, она, кажется, слегка приподняла голову, но тут же снова опустила её.
В этот миг Ли Цинхуань поняла, зачем Цзинь Бухуань пришёл сюда.
«Младшая сестра» знала: она больше не в силах остановить «старшую сестру». Родители, что защищали её, мертвы. Теперь настала её очередь. Она хотела сбежать из этого особняка, но… разве это возможно?
Ей никогда не выбраться отсюда.
— Тебе не выйти, верно?
Цзинь Бухуань, слегка запыхавшись, подошёл к «младшей сестре» и присел на корточки, встретившись с ней взглядом.
«Младшая сестра», казалось, понимала его слова. Она ещё крепче обхватила колени, и её тело начало дрожать без остановки.
Стоявшая рядом Ли Цинхуань засунула руки в карманы и с досадой произнесла:
— Она и так напугана до смерти, а ты ещё пугаешь её?
Цзинь Бухуань, не оборачиваясь, ответил:
— Я помогаю ей увидеть правду.
— Страх и обман не могут существовать одновременно. Иначе в тот миг, когда ложь разорвётся в клочья, страх, скрывающийся за ней, вырвется наружу с невообразимой силой.
— Первый шаг к тому, чтобы привыкнуть к страху, — самый трудный.
Закончив, Цзинь Бухуань посмотрел на дрожащую «младшую сестру» и продолжил:
— Не бойся пока. В прошлый раз ты была одна, а в этот раз нас трое.
«Младшая сестра» долго смотрела на Цзинь Бухуаня, а затем раздался её детский голос:
— Ты умрёшь здесь.
Цзинь Бухуань уверенно ответил:
— Не умру.
— Пока ты здесь, я не умру.
«Младшая сестра», на которую внезапно взвалили непосильную ношу, широко распахнула глаза и отчаянно замотала головой.
— Умри. Умри скорее.
— Я не смогу тебя защитить.
Видя её состояние, Цзинь Бухуань рассмеялся:
— Ты так боишься своей сестры?
При одном лишь воспоминании об этом образе «младшая сестра» сжалась так, что даже пальцы на ногах скрючились.
Она не ответила, но язык её тела сказал всё.
Очевидно, страх перед старшей сестрой въелся ей в самые кости.
Этот страх лишал её всякой способности сопротивляться при встрече с сестрой — она была словно скот, ожидающий заклания.
Видя это, Цзинь Бухуань развернулся и сел рядом с «младшей сестрой», прислонившись спиной к двери.
— Ладно, похоже, ты и правда очень боишься своей сестры… Раз уж ты не можешь меня защитить, то перед смертью у меня есть несколько вопросов о вас. Надеюсь, ты сможешь на них ответить.
«Младшая сестра» положила подбородок на колени, тихая, словно маленький щенок.
Видя, что она не отказывается, Цзинь Бухуань на мгновение задумался и медленно заговорил:
— Я знаю, что твоя сестра убила твою самую любимую маму, но… как умер «отец»?
Когда он произнёс «самую любимую маму», руки «младшей сестры», обхватывавшие колени, незаметно сжались крепче.
Она даже сама не осознала этого движения.
— Папа… папа…
Она тихо бормотала, и голос её начал срываться.
— Папа очень любил маму. Мама умерла, но папа не мог отомстить за неё…
Цзинь Бухуань:
— Значит, папа покончил с собой?
«Младшая сестра» ненадолго замолчала, затем едва заметно кивнула.
Всё почти полностью совпадало с догадками Цзинь Бухуаня.
— А мама?
— Она правда перерезала маме горло и отрубила ей руки?
Взгляд «младшей сестры» опустел, грудь начала вздыматься сильнее.
Видя это, Цзинь Бухуань осторожно продолжил расспрос:
— Зачем… она отрубила маме руки?
Под его наводящими вопросами «младшая сестра» постепенно погрузилась в воспоминания. Глаза, прежде наполненные страхом, становились всё более пустыми.
Прошло немало времени, прежде чем она снова заговорила, голос её дрожал:
— Мама готовила очень вкусно. Когда папа возвращался, он часто хвалил мамины умелые руки… Сестре… это не нравилось…
В этот миг они наконец поняли, почему на руках «матери» раньше были шрамы и почему, убивая её, «старшая сестра» решила отрезать ей руки.
По спине Цзинь Бухуаня пробежал необъяснимый холодок. В этот момент даже у него самого возник вопрос, на который он не мог найти ответа: почему в такой любящей семье могла вырасти столь искажённая и извращённая личность, как «старшая сестра»?
В чём… была проблема?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…