Глава 13. Часть 1. Западный край — ещё поедем?
По дороге к Цинь Шихуану они встретили Сун Инсина.
Юноша сиял от радости, брови чуть ли не взлетали вверх.
Лу Хао рассмеялся:
— Господин Сун, чему такая радость?
— Только что предложил государю распространить тёплые каны, и государь согласился!
— юноша улыбался во весь рот.
— Уже набрали людей на обучение, обязательно до зимы установим их в пограничных дозорных постах и в домах северян. К северу от Хуанхэ древесины не занимать, так что проблем не будет.
Лу Хао, как южанин, знал о пользе тёплых канов, но сам никогда ими не пользовался.
Чжугэ Лян тоже не пользовался, поэтому спросил:
— А что такое тёплый кан?
Сун Инсин удивлённо моргнул:
— А это кто?
Лу Хао хлопнул себя по лбу:
— Вот голова садовая. Это канцлер Чжугэ! Канцлер, а это Сун Инсин.
Чжугэ Лян слегка опешил. Возраст Сун Инсина… крайне его удивил.
Сун Инсин застыл на месте, бамбуковые свитки, что он держал в руках, с шорохом рассыпались по земле.
Канцлер… Чжугэ?
Неужто я сплю?
Он разволновался, не зная, куда деть руки, и низко поклонился:
— Младший… младший потерял самообладание, право же… право же…
Чжугэ Лян поддержал его и мягко сказал:
— Зачем такой великий поклон? Лян не заслужил.
Сун Инсин замотал головой:
— Нет-нет, вы заслужили. Младший тоже гражданский чиновник…
Он не договорил, но Лу Хао понял его мысль. Канцлер Чжугэ — это вершина гражданских чинов, какой чиновник в последующие эпохи не преклонялся перед ним?
Чжугэ Лян усмехнулся:
— Лян всего лишь делает своё дело. А вот талант господина простирается на земледелие, ремёсла, горное дело и металлургию. Вбирает мудрость тысячелетий, приносит пользу миллионам людей. Ляну до вас далеко.
Сун Инсин покраснел от волнения:
— Не смею принимать такую похвалу от канцлера! Это младший не заслужил…
Лу Хао не выдержал:
— Может, хватит вам обоим скромничать? Пожалейте меня, простого смертного!
Сун Инсин наконец опомнился:
— Ах да, я вас задерживаю. Вы двое идёте к государю?
— Да, поболтать с государем, — небрежно бросил Лу Хао.
— Надо пригласить Бань Чао. Мы же собираемся заняться скотоводством? Нужно ехать в Западный край за люцерной.
Сун Инсин вытаращил глаза:
— Бань… Бань Чао? Установивший Дальние Пределы хоу Бань Чао?
Лу Хао кивнул:
— Да.
Сун Инсин: «…………»
Лу Хао похлопал его по плечу:
— Господин Сун, вам придётся привыкнуть. Вы ещё встретите немало великих людей.
Обстановка в восточном боковом зале полностью обновилась. Вместо циновок — столы, стулья и шкафы, громоздкие бронзовые сосуды большей частью заменили деревянными — не роскошно, зато практично.
Цинь Шихуан листал иллюстрированный атлас продуктов, нарисованный Сун Инсином, и втайне вздыхал, глядя на тыкву, батат, кукурузу и картофель.
Всё это на Американском континенте… Если бы это досталось Великой Цинь, сколько народу можно было бы прокормить!
Лу Хао огляделся и цокнул языком:
— Государь, стул-то неплох, верно?
Цинь Шихуан сидел теперь в кресле с высокой спинкой, а перед ним вместо низкого столика стоял длинный письменный стол с ящиками. Всё сделано по образцу рабочего стола.
Цинь Шихуан немного смягчился:
— И правда неплох.
Лу Хао пожаловался:
— А помните, как вы не хотели, чтобы я делал мебель? Я чуть колени не стёр, кланяясь.
В глазах Цинь Шихуана мелькнула улыбка:
— Изнеженный.
Лу Хао скривился:
— Тогда не сидите, вернём циновки.
— Замолчи.
— Не могу, я по делу пришёл.
Цинь Шихуан отложил атлас:
— Говори, что за дело?
Чжугэ Лян шагнул вперёд:
— Государь, мы хотели бы попросить Бань Чао отправиться в Западный край за семенами, а заодно разведать обстановку в тамошних государствах.
Цинь Шихуан нахмурился и спросил Лу Хао:
— Сколько у тебя осталось энергии?
Лу Хао загнул пальцы:
— Государь, позвольте пересчитать с самого начала.
— Канцлер Чжугэ — 455. Хуа То…
— В сумме выходит 5928. На старте у нас было 7000, осталось 1072.
Цинь Шихуан кивнул:
— Расскажи подробнее об этом Бань Чао.
Лу Хао притащил табурет и уселся за рабочий стол:
— Если говорить о Бань Чао, надо начать с шестнадцатого года Юнпин, императора Мин-ди Восточной Хань. В тот год ему уже исполнился сорок один…
Вся семья Бань занималась написанием истории. Как известно, в семьях историков все бедны.
Бань Чао зарабатывал на жизнь переписыванием документов для властей — с утра до ночи строчил, зарабатывая несколько медяков на пропитание семьи.
Однажды ему это надоело, он в гневе швырнул кисть — «Великий муж без иных устремлений должен, подобно Фу Цзецзы и Чжан Цяню, добиваться заслуг в чужих землях, чтобы получить титул хоу. Как можно вечно корпеть над кистью и тушью!»
Окружающие смеялись над ним. Нищий переписчик, а туда же — хочет титул хоу?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…