Глава 59. Истинное могущество клана Цуй из Цинхэ
Се Игэ сегодня вечером, принимая омовение, не осмелилась подпустить к себе Бичунь и Чжися. Она осталась в купальне одна, водяной пар клубился, затуманивая отражение в медном зеркале. Свет от воды и тусклые огни лампы перекликались друг с другом, мгновенно наполняя пространство весенней негой.
Белоснежная, нежная, словно яшма, кожа скрывалась под водой. Её кости были тонкими, линия от подбородка, с которого стекали капли воды, до шеи была изящной, как у лебедя, но плечи были округлыми и милыми. Она опустила голову, тщательно осматривая самое верхнее место, и на спине проступили две красивые лопатки, похожие на крылья бабочки.
Спереди и правда алело целое пятно, особенно на самой вершине, под водой оно было ещё заметнее. Она слегка коснулась его кончиком пальца и невольно втянула в себя холодный воздух — и больно, и щиплет, и ещё какая-то непонятная щекотка с онемением.
Вспомнив, как днём он сосал на ней, вызывая эту щекотку и странную боль, она вся вспыхнула жаром, сердце забилось неистово.
Она закрыла глаза, но в голове невольно всплыл его образ, когда он склонялся над ней — его опущенные ресницы, его обжигающее дыхание, температура его губ и языка.
— Этот мерзавец, — прошептала она, и лицо её, то ли от горячего водяного пара, то ли от чего-то ещё, раскраснелось, став необычайно нежным.
Она не стала использовать ту мазь. После купания она легла прямо в кровать и погрузилась в глубокий сон. Под одеялом на ней тайком была накинута его чёрная накидка.
На накидке остался его запах — чистый, холодный аромат сандала, плотно окутывающий её, словно его объятия.
На следующее утро, едва Се Игэ закончила завтрак и вернулась в Грушевый сад, как кто-то пришёл с докладом.
— Госпожа, — лицо Бичунь было необычным, — та женщина из Персидской лавки, что приходила в прошлый раз, снова явилась, просит о встрече с вами.
— Та персидская женщина?
Се Игэ удивлённо подняла голову.
— Проси войти.
На этот раз персидская женщина не была в вуали, а одела красное иноземное платье, ступая лёгко. Черты её лица были глубокими, кожа бела, как снег — очень колоритная женщина. В руках она держала искусно вырезанную деревянную шкатулку, больше и изящнее прежней, крышка которой была инкрустирована мелкими самоцветами, сверкающими ослепительным блеском на свету.
Войдя, она слегка поклонилась и широко улыбнулась:
— Госпожа Се, Призывающая Луну снова пришла проведать вас.
— Как мне вас называть? Можно просто звать Призывающая Луну?
Се Игэ впервые так близко видела иноземную женщину и с любопытством разглядывала её красивыми глазами. Она заметила, что у Призывающей Луны глаза светло-карие, прозрачные, как стекло.
— Зовите меня Призывающая Луна, — с улыбкой сказала Призывающая Луна, протягивая шкатулку Се Игэ.
— Что это?
Се Игэ, приняв шкатулку, недоумённо посмотрела на неё. Шкатулка оказалась тяжёлой, что ещё больше разожгло её любопытство.
— Тот господин, что дарил вам «Придавить ветку груши» в прошлый раз, сказал, что одна шпилька — это слишком одиноко, — в голосе Призывающей Луны звучал смех.
— Поэтому он тогда же велел нашим лучшим мастерам работать день и ночь без передышки. Потратив больше половины месяца, они наконец изготовили полный набор «Придавить ветку груши».
Се Игэ открыла шкатулку, и её глаза наполнились восхищением.
Весь набор «Придавить ветку груши» был из белоснежных яшмовых лепестков, прозрачных и сверкающих, слоями рассыпающихся в распустившиеся цветы груши. На короне лепестки и тычинки из яшмы были полными и нежными, излучая достоинство, способное затмить всю весеннюю красу.
Шпилька-буяо с тонкими, изящными лепестками, а сердцевины из жемчуга Восточного моря, словно звёзды, рассыпали мелкие, мерцающие блики. Серьги, браслет и ожерелье перекликались друг с другом, собрав всю изящную роскошь цветущей груши — от одного взгляда захватывало дух.
— Госпожа, — Бичунь приблизилась к её уху, голос её был предельно тихим, — в прошлый раз одна шпилька стоила тысячу лянов, а весь этот набор…
Она не осмелилась договорить.
Страшно было даже думать — продай две тысячи таких, как она, не набрать бы столько денег.
Се Игэ, услышав это, тоже почувствовала, как сердце сжалось от боли. Ну и мот же он. Она легонько погладила яшмовые лепестки — они были тёплыми на ощупь, резьба была настолько тонкой, что прожилки каждого лепестка были отчётливо видны.
Такое мастерство, такие лучшие материалы — никак не могли быть завершены за каких-то полмесяца. Должно быть, он начал готовиться задолго до этого.
Призывающая Луна, видя её меняющееся лицо, невольно усмехнулась. Она, верно, даже не знала, что половина лавок на той улице принадлежит ему. Клан Цуй из Цинхэ — его могущество было страшным.
Едва Призывающая Луна ушла, как вскоре явилась женщина, называющая себя управляющей Павильона у воды, так же желая видеть Се Игэ.
— Чжися, мы вчера что-то потеряли? Зачем люди из Павильона у воды пришли?
— Нет, — Чжися была очень пунктуальна и никогда не давала ей расплывчатых ответов.
— Когда я возвращалась, всё проверила.
Вскоре женщина предстала перед Се Игэ.
Это и была та самая несчастная женщина, которую среди ночи поднял Цуй Юйтан — Юйнян.
— Юйнян приветствует госпожу Се, — одетая в пурпурный боевой костюм, с высоко собранными волосами, Юйнян выглядела очень подтянуто и решительно. В каждом её движении чувствовалась удаль — сразу было видно, что она женщина, годами ведущая дела вне дома.
— С чем пожаловала госпожа Юйнян?
В больших глазах Се Игэ застыло недоумение.
Юйнян протянула тонкую деревянную шкатулку, внутри которой лежал документ:
— Это купчая на Павильон у воды. Господин Цуй сказал, что вам очень нравятся здешние блюда, поэтому он переписал Павильон у воды на ваше имя.
Се Игэ, Бичунь и Чжися, выслушав, остолбенели. У всех троих было одинаковое выражение лица — не зря они госпожа и служанки.
Юйнян в душе посмеивалась, но на лице не показывала:
— Госпожа, не нужно испытывать давление. Павильон у воды и так был личной собственностью хозяина. Отныне считайте его своей личной кухней. Захотите чего-нибудь — в любое время велите повару приготовить, не стесняйтесь.
С этими словами она откланялась, оставив после себя лишь непринуждённый силуэт.
И оставив с открытыми ртами госпожу и двух служанок.
— Госпожа, — Бичунь сглотнула слюну, лишь спустя долгое время обретя голос, — господин Цуй к вашему и без того богатому приданому добавил ещё одну жирную строку. Вот это да.
Она уже твёрдо решила про себя: отныне она будет на стороне господина Цуя. Такого зятя днём с огнём не сыщешь.
— Но мне просто нравится еда в этом месте, зачем же ему дарить мне целый ресторан?
Се Игэ, держа в руках купчую, всё ещё была в оцепенении.
— Игэ?
Снаружи послышался голос Чжоу Сюаньаня.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…