Глава 73. Это же… слишком уж близко
Чжоу Лисяо присвистнул и, обернувшись, посмотрел на Ши Гуаньшаня:
— Это же цуян? Ну ты и смел — поставил такую вещь на самое видное место.
Ши Гуаньшань опешил:
— Ко мне сюда и так никто не ходит. К тому же это мне инструктор из управы дал.
Чжоу Лисяо прищурился, разглядывая бутыль:
— И когда ты уже поумнеешь? Столько всего пережил, а до сих пор ни капли осторожности.
— Надо быть осмотрительнее.
С этими словами он заложил руки за спину и вышел, оставив старика в одиночестве хлопать глазами.
Ши Гуаньшань в конце концов всё же прислушался к совету Чжоу Лисяо и спрятал бутыль с вином. Многое, за что никто не берётся, действительно сходит с рук.
А вот если начнут разбираться — хлопот не оберёшься.
Во дворе они ещё немного поболтали, и Ши Гуаньшань предложил троим остаться пообедать.
Чжоу Лисяо отказался:
— Завтра бабушка уезжает. Я отвезу её в город — сфотографироваться.
Ши Гуаньшань удивился:
— Который уже час? Пока доедете до города, обед давно пройдёт. Да и почему бы не сфотографироваться в посёлке? Там тоже есть фотоателье.
Чжоу Лисяо отговорился:
— В посёлке снимки некрасивые выходят. Ладно, в следующий раз как-нибудь вместе поедим.
Бабушка Чжоу тоже решила, что это лишнее:
— Да, в следующий раз как-нибудь поедим вместе. А когда приедешь в Цзинши — обязательно заходи в гости.
Ши Гуаньшань кивнул:
— Непременно, непременно.
С улыбкой он проводил гостей за ворота.
Из-за Чжоу Бочуаня разговор так и не коснулся дел семьи Чжоу, поэтому Цзян Чжэньни по-прежнему считала бабушку Чжоу просто очень радушной деревенской старушкой.
По дороге бабушка Чжоу с любопытством спросила:
— И с чего это тебе вдруг взбрело в голову фотографироваться?
Чжоу Лисяо покосился на Цзян Чжэньни:
— Не вдруг. Я ещё вчера решил, просто вам не говорил.
Бабушка Чжоу поспешно пригладила волосы и одёрнула одежду:
— Ну вечно ты так! Сказал бы, что пойдём фотографироваться, — я бы переоделась.
В душе она всё же очень обрадовалась. Нужно обязательно сфотографироваться вместе с Цзян Чжэньни, а когда снимки будут готовы, Чжоу Лисяо пришлёт ей один домой.
Вот тогда она сможет хвастаться фотографией перед родными и знакомыми.
Она снова посмотрела на Цзян Чжэньни:
— Чжэньни сегодня и цветок в волосы не надела. Заедем в город — купим какой-нибудь.
Цзян Чжэньни растерянно протянула:
— А-а… Я не буду фотографироваться. Бабушка, тебе одной хватит.
Чжоу Лисяо взглянул на неё:
— Сфотографируемся все вместе. Так бабушке будет что показать дома. А что? Боишься?
Цзян Чжэньни покосилась на него, но ничего не сказала.
В душе она, однако, тоже вдруг заволновалась. Давно она не фотографировалась.
В детстве, хоть жили и небогато, родители каждый год на день рождения водили её в фотоателье.
Потом пришла Цзян Минъюэ, и её стали снимать вместе с ней. Но ей это не нравилось: Цзян Минъюэ вечно жалобным видом выманивала у неё любимую одежду, а у самой Чжэньни красивых нарядов не было, так что и фотографироваться не хотелось.
А главное — не хотелось сниматься вместе с Цзян Минъюэ. Противно!
Чжоу Лисяо взглянул на серьёзное, напряжённое личико Цзян Чжэньни и усмехнулся:
— Мы же просто сфотографироваться идём. Чего ты такая серьёзная?
Цзян Чжэньни метнула в него взгляд:
— Бабушка права. Раз уж собрались фотографироваться, надо было предупредить — мы бы хоть привели себя в порядок.
Чжоу Лисяо с игривой улыбкой ответил:
— Ты и так достаточно хороша. А если ещё прихорошишься — так вообще в фею превратишься.
— Опять болтаешь ерунду.
Цзян Чжэньни покраснела и тихо пробормотала, хотя на душе у неё и правда стало легко.
В городе Чжоу Лисяо сперва повёл обеих пообедать, после нехитрой трапезы завёл их в универмаг прогуляться.
И только потом они отправились в фотоателье.
Сначала дали бабушке Чжоу и Цзян Чжэньни сняться вместе.
Когда Цзян Чжэньни фотографировалась с бабушкой Чжоу, она естественно взяла старушку под руку, склонила голову к ней и, приподняв уголки губ, улыбнулась милой улыбкой.
А вот когда пришло время сниматься с Чжоу Лисяо, она вся напряглась. Сидя на длинной скамье, она оставила между ними расстояние в целого человека.
Чжоу Лисяо положил руки на колени, выпрямил спину.
Повернул голову, глянул на Цзян Чжэньни:
— Чего ты так далеко села? Я тебя, что ли, съем?
Цзян Чжэньни сверкнула на него глазами, но всё же осторожно подвинулась к нему.
Чжоу Лисяо, не церемонясь, придвинулся к ней ещё больше — плечо к плечу.
Цзян Чжэньни выпрямила спину, не смея отвести взгляд, и уставилась на фотографа перед собой.
Чжоу Лисяо повернулся к ней:
— С бабушкой ты вон как хорошо снялась. Подвинься-ка и ко мне поближе, а то ещё подумают, что у нас с тобой супружеская жизнь не ладится.
Цзян Чжэньни не обращала на него внимания, по-прежнему решительно глядя вперёд.
В конце концов, в наши дни большинство пар так и фотографируются — особенно муж с женой.
Никаких там объятий. Увидят — засмеют.
Чжоу Лисяо повернулся к ней:
— Придвинь голову ко мне — потом куплю тебе велосипед.
Цзян Чжэньни изумилась и обернулась к нему:
— Правда?
Про велосипед она уже и думать забыла, бросила это дело на полпути. И не ожидала, что Чжоу Лисяо всё ещё помнит.
В глубине глаз Чжоу Лисяо промелькнул смех, рассыпавшийся звёздной крошкой:
— Разве я тебя когда-нибудь обманывал?
Цзян Чжэньни посмотрела ему в глаза и не удержалась — уголки её губ тоже приподнялись, озарившись улыбкой.
Бабушка Чжоу подгоняла фотографа:
— Снимай скорее! Вот так — очень красиво!
Фотограф поспешно нажал на спуск. Ему тоже казалось, что кадр вышел отличный.
Молодая пара — оба хороши собой, снимок выйдет как афиша к кинофильму.
Бабушка Чжоу снова окликнула фотографа:
— Сними их ещё несколько раз! Мы всё равно все возьмём, плёнку не переведём.
Услышав это, фотограф, улучив момент, сделал ещё два кадра молодожёнов.
На одном — Цзян Чжэньни смущённо и сердито опустила голову, а Чжоу Лисяо чуть склонил лицо и смотрел на неё с бездонной нежностью во взгляде.
На другом — бабушка Чжоу что-то крикнула, Цзян Чжэньни подняла глаза на объектив с лёгкой улыбкой на лице.
А Чжоу Лисяо по-прежнему смотрел на неё, повернув голову.
В конце Чжоу Лисяо попросил фотографа снять их всех вместе.
Бабушка Чжоу уселась на стул, а он с Цзян Чжэньни встали у неё за спиной, плечом к плечу.
Чжоу Лисяо знал: эту фотографию бабушка непременно покажет домашним, поэтому стоял чинно и благопристойно. Вот только рука его вела себя неподобающе — он украдкой сжал ладонь Цзян Чжэньни.
Цзян Чжэньни неудобно было вырываться, поэтому она продолжала улыбаться, хотя в улыбке её сквозило смущение.
Отсняв плёнку, фотограф пошёл выписывать квитанцию на стойке и всю дорогу нахваливал бабушке Чжоу:
— Бабушка, внук твой с женой — такая красивая пара! Он статный, она пригожая — просто созданы друг для друга.
Бабушка Чжоу глянула на смуглого, с резкими чертами лица Чжоу Лисяо — до «статного» ему было далековато.
Поняла, что фотограф просто из вежливости расхваливает. А вот то, что Цзян Чжэньни пригожая, — чистая правда. Довольно закивала:
— Ещё бы! Моему внуку здорово повезло.
Цзян Чжэньни стало неловко от таких похвал, и она отступила на несколько шагов подальше от стойки.
А то слишком уж неловко.
Она повернулась и стала смотреть на прохожих за стеклянной дверью. Вдруг взгляд её невзначай зацепил одного человека — и сердце бешено заколотилось. Она дёрнула расплачивавшегося Чжоу Лисяо за рукав:
— Смотри скорее, вон там!
Чжоу Лисяо проследил за направлением её пальца — и лицо его вмиг стало жёстким. Он сунул деньги и талоны в руку Цзян Чжэньни и очень тихо сказал:
— Ни в коем случае не выходите отсюда. Ждите, пока я за вами приду.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…