Глава 14. Тщательная подготовка к бою
— Что ты творишь, братик?.. — с недоумением спросила Канако в гостиной, наполненной аппетитным шкворчанием.
— Разве по виду не ясно? Жарю такояки.
Да, прямо передо мной стояла такоячница, которую мы давным-давно выиграли в лотерею в торговом квартале.
Для такой дешёвки она оказалась на удивление удобной: стоило мне перевернуть тесто шпажкой, как показалась аппетитная хрустящая корочка.
— Нет, это-то я вижу, но… с чего вдруг так внезапно? Решил устроить вечеринку с такояки?
— Ну, если в двух словах, то это ради Сидзёин-сан. Я хочу развеять её печаль.
— Ась?.. Печаль, которую можно развеять с помощью такояки?.. Это ещё что такое, у Сидзёин-сан поднимается настроение от мучного?
— Да с чего бы вдруг. Не выставляй Сидзёин-сан дурочкой.
— Это ты вечно ничего толком не объясняешь! И вообще, братик, у тебя часом коэффициент интеллекта не падает, когда дело касается Сидзёин-сан?!
Ну что за глупости она несла.
Быть такого не может… Нет, ну конечно, стоило мне подумать о Сидзёин-сан, как на душе становилось так хорошо и радостно, что мысли и правда делались чуточку проще…
— …Ой, извини, мне звонят.
На экране телефона-раскладушки высветился уже знакомый номер.
— А, добрый день! Это Ниихама! Премного благодарен за ваше содействие!
— ?!
Когда я заговорил по телефону, лицо Канако почему-то вытянулось от изумления.
— Да-да, большое спасибо за смету-у! Итак, что там по цене… А-а, вот оно как. Прошу прощения, но мы немного не укладываемся в бюджет, так что при таких условиях нам, пожалуй, придётся обратиться в другую компанию… Да, да!
Эх, какая ностальгия по таким вот деловым переговорам.
Что ни говори, а мастерство не пропьёшь.
Пожалуй, подожму их ещё самую малость.
— Так вот! Если вы сделаете нам ма-аленькую скидочку, то мы бы с радостью оформили заказ именно у вашей компании! О, вы пойдёте нам навстречу?! Ой-ой, мне прямо ужасно неловко! Да, тогда с учётом сроков поставки я свяжусь с вами на днях! Да, да! Ага, всего доброго, до свидания-я!
Закончив разговор, я со щелчком захлопнул раскладушку.
Всё-таки как же удобно носить такие телефоны в кармане.
— Фух… Ну вот, с этим разобрались. …М? Ты чего, Канако?
— Это я должна спрашивать «ты чего»! Что это ещё за мерзкая манера речи, как у заправского офисного планктона?!
— А…
Я и сам не заметил, но стоило начаться деловым переговорам, как я машинально переключился в режим общения с клиентами из своих времён корпоративного рабства.
До чего же страшная штука эти въевшиеся в самую душу привычки…
И вообще, она назвала эту манеру речи мерзкой, а ведь подобная непринуждённость и бодрый темп здорово помогают сглаживать углы на переговорах, между прочим!
— Да нет, просто… я тут сейчас говорил с одним подрядчиком. Вот и подстроился под его манеру общения, только и всего.
— Хм-м… Ну ладно, чудачества братика, в котором проснулась любовь, начались не сегодня, так что проехали.
— Чудачества…
Нет, со стороны это сейчас и правда могло показаться странным, но… чтобы прямо чудачества…
— Ну да ладно, неважно… Хи-хи, так что ты там опять задумал, братик? Собираешься отчебучить что-то ради Сидзёин-сан, да?
Эй, ты гляди на неё… Вмиг переменилась в лице, аж глаза заблестели!
Для неё мои старания — сплошное развлечение!..
— Послушай… Я вообще-то стараюсь не ради того, чтобы снабжать тебя забавными историями, ясно?
— Аха-ха! Ну а как же! И та история, где ты наорал на отбросов-гопников, вымогавших деньги, так что они перепугались, и та, про вечных второсортных неудачников, пытавшихся самоутвердиться за счёт фальшивого признания, — я же над ними смеялась до колик в животе! Знаешь, я теперь твоя преданная фанатка!
Глядя на милую мордашку хихикающей сестрёнки, любое создание, именуемое старшим братом, способно лишь обречённо вздохнуть и пойти на поводу у её величества младшей сестры.
Ну что ты будешь делать…
— Ладно, чего уж там. На этот раз я собираюсь…
Когда я вкратце обрисовал свой план, сестра, как и ожидалось, снова покатилась со смеху, схватившись за живот.
— Аха-ха! Серьёзно?! Ты даже на такое пойдёшь?! Да ещё и заранее всё подготовил — от такой дотошности у меня аж животик разболелся!.. Ха-а, ой, не могу, дышать тяжко!.. Нет, братик, ты просто лучший! Я стану президентом твоего фан-клуба!
— Да не смейся ты до слёз… Я ведь на полном серьёзе.
— Аха-ха, прости-прости! Ну… а если честно…
Тут Канако посмотрела на меня с каким-то невероятно тёплым и радостным выражением лица.
— Прежний ты до такого бы в жизни не додумался, даже если бы на голову встал. Ты мне уже много раз рассказывал о своих чувствах, но… мне кажется, решиться на подобное можно только ради большой и настоящей любви, которую редко встретишь в жизни, — с удивительно взрослым видом произнесла моя сестрёнка с ещё совсем детскими чертами лица.
— Вот я, например, реально популярна. Но сколько бы парней ни увивалось вокруг, среди них нет ни одного, кому хотелось бы подарить свою любовь с мыслью: «Он мне так нравится!». И от этого так пусто на душе. Всякие гулящие девчонки обожают заводить «парней для показухи» и тащатся от самого статуса «девушки с парнем», но мне такое вообще не интересно.
Нет, постой… да кто ты вообще такая? Как ученица средней школы может выдавать такие глубокомысленные тирады о любви?
Неужели популярность у противоположного пола настолько прокачивает любовную философию?
— Так что, братик, ни в коем случае не упусти Сидзёин-сан! Ведь человека, которого сможешь полюбить так сильно, ты, может статься, больше никогда в жизни не встретишь!
— Да, я знаю.
Канако вскинула сжатый кулак, подбадривая меня, и я в ответ решительно кивнул.
Я прекрасно понимал, о чём говорила сестра.
В прошлой жизни, когда я начал работать, мне доводилось встречать самых разных женщин по службе и не только, но ни к одной из них у меня не возникло романтических чувств.
Зато в Сидзёин-сан после возвращения в прошлое я только и делал, что влюблялся заново снова и снова.
Женщин на свете много, но тех, кого ты действительно способен полюбить, на самом деле единицы.
— Ну ладно, тогда завтра я, пожалуй, приведу план в действие: развею печаль Сидзёин-сан и заодно подниму свой уровень симпатии в её глазах.
— Угу, угу! Вижу, ты всё прекрасно понимаешь, похвально, братик! Меня, конечно, слегка передёрнуло от того, что твой план смахивает на какой-то теракт, но ты уж постарайся провернуть всё в лучшем виде!
— А то!
Кстати, раз уж такое дело, в тот день мы позвали маму и устроили семейную вечеринку с такояки, шумно и с аппетитом наевшись от пуза.
Мама так радостно улыбалась, что я даже подумал как-нибудь повторить это мероприятие — а пока, завершив все приготовления, я был готов встретить завтрашний день.
И вот — этот день наступил, а на нашем классном собрании по выбору мероприятия для культурного фестиваля не наметилось ни малейшего прогресса.
— А-а, блин, ну сколько можно, достало уже! Если вам так приспичило делать что-то кроме выставки, вот сами и корячьтесь! Мы, сторонники выставки, вам помогать не собираемся!
— Так нельзя! В подготовке к культурному фестивалю должен участвовать весь класс! Пожалуйста, давайте нормально всё обсудим!
— Во-во! Давайте замутим что-нибудь эдакое все вместе! Чтобы прям круто и заметно было!
Норота, как обычно, пытался увильнуть от лишних хлопот; Казамихара лишь упрямо взывала к правилам и необходимости прийти к общему согласию путём переговоров; а Акасаки громче всех орал, предлагая лишь размытые идеи без какой-либо конкретики.
Если так подумать, корень всех зол крылся в том, что Казамихара с самого начала заявила: «Давайте откажемся от голосования большинством и будем обсуждать до победного».
Поначалу все активно предлагали то один вариант, то другой, но Акасаки к каждому цеплялся со словами: «Да ну, это слишком банально и скучно, не находите?», пока в итоге всем это окончательно не осточертело и обсуждение просто не заглохло.
В довершение всего Норота, которому вся эта тягомотина встала поперёк горла и хотелось поскорее отстреляться, вышел из себя и принялся как заведённый твердить: «Да сделаем простую выставку и дело с концом! Задолбала эта морока!», что продолжалось и по сей миг.
«Они хоть понимают, что творят? Пока мы тут препираемся, драгоценное время на подготовку неумолимо утекает сквозь пальцы!»
И с каждой минутой этого бесплодного спора лицо Сидзёин-сан, так мечтавшей о том, как весь класс дружно проведёт культурный фестиваль, мрачнело всё сильнее.
Остальные ученики тоже вымотались до предела, и все уже махнули на ситуацию рукой, пустив дело на самотёк. В классе попросту не осталось никого, кто мог бы сдвинуть это болото с мёртвой точки.
А значит, этот ход событий изменю я.
Я коротко выдохнул и уже собирался приподняться со своего места, как вдруг…
«…М?..»
Моё тело почему-то замерло.
Причину я понял сразу же.
Это был прежний я, сидевший внутри меня.
Моя натура забитого тихони отозвалась тупой болью, отчаянно противясь этому шагу.
«Ха-ха, а я-то думал, что после возвращения в прошлое сумел почти полностью изжить его в себе… но, видать, он всё ещё сидит во мне. Что ж поделать, я ведь даже повзрослев так и остался тихоней до мозга костей».
В прошлой жизни, будучи старшеклассником, я ни за что не осмеливался сделать и шагу за пределы своей крошечной территории — собственной парты.
Поднять руку и высказать своё мнение, активно заводить друзей, вызваться куда-то добровольцем — о таком не могло быть и речи.
Я сидел затаив дыхание, стараясь лишний раз не отсвечивать, и лишь мелко дрожал от вечного страха, что кто-то причинит мне боль.
«До сих пор мне уже несколько раз удавалось дать отпор тем, кто на меня нападал, но то была самооборона, да и противником всегда выступал кто-то один. Сейчас же я собираюсь проявить инициативу сам — и пойти против всего класса разом. Неудивительно, что моя трусливая часть заныла от боли».
Но я больше не тот, кто пойдёт на поводу у собственной трусости.
Прошлое, в котором я боялся боли и так и не смог подняться с этого места, заканчивалось прямо здесь.
«Ну что ж… пора начинать».
По классу эхом разнёсся скрип отодвигаемого стула.
Приковав к себе взгляды всех одноклассников, я встал со своего места.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…