Глава 64. Давай вместе сходим на концерт
Гань Яньюй разбудил вкусный аромат.
Девушка медленно открыла глаза и села на диване.
Из кассетного магнитофона по-прежнему лилась тихая музыка, только громкость была убавлена до минимума.
В щели между шторами виднелось кромешно-чёрное небо.
Выходит, она проспала с самого полудня до позднего вечера... Огромное чувство пустоты и одиночества мгновенно разлилось в душе.
Гань Яньюй пригладила растрепавшиеся во сне волосы, убрала падающие на глаза пряди у висков и сунула ноги в тапочки.
Она пошла на запах и увидела на кухне хлопочущий силуэт. Гигантское одиночество, навалившееся после пробуждения в темноте, в этот миг бесследно испарилось.
Линь Тянь в фиолетовом фартуке колдовал у плиты.
Гань Яньюй собрала волосы в аккуратный высокий хвост и вошла на кухню.
— Что готовишь?
— Суп из карпа с тофу.
— Где купил?
— На рынке. Заодно прихватил несколько баночек со специями, а то у тебя на кухне совсем шаром покати, — ответил Линь Тянь.
Будучи наполовину кулинаром-любителем, Линь Тянь дома держал полный набор приправ: молотый перец, смесь пяти специй, соус чили и всякие пряности имелись у него в избытке.
Для сравнения, у Гань Яньюй закончился даже куриный бульонный порошок... Страшно представить, какой пресной баландой она питалась, пока не начала ходить к нему на обеды.
— И давно ты проснулся?
— Часа два назад.
— ...
Гань Яньюй втянула голову в плечи от неловкости.
Сама она без задних ног проспала до самой темноты.
А Линь Тянь мало того что встал раньше, так ещё и успел сходить за продуктами и встать к плите.
Словно она какая-то содержанка на его попечении...
— Будешь пудинг? Давай я тебе сделаю, — предложила Гань Яньюй.
В такой момент ей больше ничего не пришло в голову, чем бы она могла отплатить Линь Тяню.
— Сейчас ужинать сядем, какие ещё сладости.
Линь Тянь замахнулся, собираясь щёлкнуть её по лбу, но вовремя остановил руку.
При воспоминании о дневном происшествии в нём снова вскипала злость.
Эта девчонка совсем берегов не видит!
Силы на исходе, а она молчит.
Решила во что бы то ни стало доиграть все семь произведений на чистом упрямстве? А перед выступлением ещё и отшучивалась, мол, «такое скорее на настоящем концерте увидишь».
Ну отлично, если она на простой репетиции доводит себя до такого, то что же будет на самом концерте?
Линь Тянь мысленно ругался на чём свет стоит.
Но вслух всё же терпеливо спросил:
— Ну а сейчас как себя чувствуешь?
— Всё прошло, — ответила Гань Яньюй.
— На самом деле ничего серьёзного, у меня болезнь такая. Я же говорила, в больницу не надо: выпила лекарство, выспалась — и как рукой сняло.
Ну да, конечно.
Легко ей говорить, а сама в машине сидела бледная как смерть и цеплялась за его рукав, прямо сцена из корейской дорамы! Ну-ну, хорохорься дальше.
Вот закроешь однажды глаза и больше не откроешь, окоченеешь уже, лёжа рядом и вцепившись мёртвой хваткой мне в рукав, а перед смертью будешь бормотать что-то вроде «не хочу в больницу, хочу домой», оставив мне травму на всю оставшуюся жизнь — вот тогда порадуешься!
Прикинув, что уха уже дошла до готовности, Линь Тянь поднял крышку.
При виде белоснежного тофу, плавающего в бурлящем прозрачном бульоне, и аппетитного карпа у Линь Тяня разыгрался аппетит. Он быстро снял кастрюлю с огня и перелил суп в большую миску.
— Уха готова.
Линь Тянь поставил суп на обеденный стол.
Гань Яньюй тоже не сидела сложа руки: она наложила рис себе и Линь Тяню, а затем принесла из кухни ещё две пиалы под бульон.
С самого утра, как вышли из дома, оба маковой росинки во рту не держали и к этому часу зверски проголодались.
Так что без лишних церемоний они уткнулись в тарелки и принялись за еду.
Гань Яньюй взяла пиалу и осторожно отпила глоток ухи.
Горячо! Но до чего же вкусно.
Стряпня Линь Тяня всегда ей очень нравилась, а сегодня она к тому же голодала целый день.
Поэтому, едва проглотив бульон, девушка тут же прижала ладошки к щекам, и на её лице отразилось безграничное блаженство. Словно она в жизни не пробовала ухи вкуснее!
«...»
Опять двадцать пять.
Линь Тянь молча наблюдал за этой картиной.
Ест прямо как персонаж из японского аниме!
Если сейчас Гань Яньюй поставит пиалу и выдаст протяжное «Оисии!», это будет фаталити — любимая сцена любого заядлого отаку.
— Кстати, Тянь, — Гань Яньюй отложила палочки и достала телефон.
— Время концерта утвердили: 9-го числа в 7 вечера.
Девушка показала Линь Тяню переписку с организаторами.
— 9-го числа...
Линь Тянь прикинул в уме: сегодня суббота, значит, это будет в среду через неделю.
— В будний день, что ли?
— Да, полное название мероприятия — «Концерт резонанса душ». Его совместно проводят Музыкальная ассоциация города Цзинчжоу и продюсерская компания «Свет». Уровень очень серьёзный, и в прошлые годы его тоже всегда устраивали по будням, — со всей серьёзностью пояснила Гань Яньюй.
— Ну и славно, в будний день зрителей будет поменьше.
Линь Тянь задумчиво потёр подбородок. Для Гань Яньюй меньше народу в зале означало куда меньший стресс.
И тут напрашивался вопрос.
Её недуг зашёл так далеко, что даже выступление в аудитории на сотню с лишним человек вызывает у неё чудовищное перенапряжение.
Как же тогда она играла, пока жила в Англии?!
Ладно ещё отечественные конкурсы: раньше за её спиной стоял Дедушка Гань, так что с настроем у неё в любом случае всё было не так уж плохо. Да и депрессия у девушки обострилась уже после переезда в Англию.
А ведь там Гань Яньюй участвовала во многих неофициальных конкурсах.
По её собственным словам, она даже взяла немало наград... Почему же в Англии она выступала без проблем, а стоило вернуться на родину под его чуткое крыло, как всё пошло наперекосяк?
Не может же проблема быть во мне, верно?
«...»
Линь Тянь не стал ходить вокруг да около и прямо задал этот вопрос Гань Яньюй.
Но девушка неожиданно промолчала.
В её прекрасных глазах мелькнула едва заметная тень печали.
Затем она произнесла:
— Я слишком давно не выступала. Когда долго не выходишь на сцену, это нормально. Перед концертом ведь будет репетиция, поднимусь на сцену, освоюсь — и всё наладится, ничего страшного...
Линь Тянь прищурился, глядя на Гань Яньюй.
Однако девушка избегала его взгляда. Она подняла пиалу, закрыв ею пол-лица, чтобы Линь Тянь не видел перемены в её выражении, и принялась шумно прихлёбывать суп...
Вот только уже через секунду Гань Яньюй болезненно поморщилась, поспешно отставила пиалу и принялась изо всех сил обмахивать ладошкой высунутый язык.
— Горячо...
Вот же глупая.
Хотя объяснение Гань Яньюй показалось Линь Тяню сомнительным, по её виду было ясно, что развивать эту тему она категорически не намерена, а значит, и допытываться бесполезно.
Он разблокировал телефон и спросил:
— Тебе ведь через пару дней нужно съездить к организаторам и подписать договор, верно?
Об этом Линь Тянь узнал из переписки, которую она только что ему показывала.
Как утверждённой участнице концерта, Гань Яньюй требовалось до истечения крайнего срока лично явиться в офис организаторов и поставить подпись.
Обычно этот срок истекал за одну-две недели до самого мероприятия.
— Как раз в среду в Концертном зале Ясного Неба будет концерт симфонической музыки, — Линь Тянь повернул к ней экран телефона с открытой страницей.
— Считай это предварительным знакомством с площадкой, чтобы немного снять напряжение. Давай сходим вместе.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…