Глава 123. Музыкант против меты (4К)
— ...
В первый миг даже Линь Тянь опешил.
Вот ведь девчонка... Да как она умудряется быть такой умелой?!
Чёрт!
Разве не он купил кулон? По идее, это он должен дарить ей эмоции! Линь Тянь даже начал подозревать, уж не притворяется ли она простушкой, специально говоря такие вещи, чтобы его подразнить.
Приходилось признать: цеплять за живое она умела мастерски! Глядя на растерянную, но невероятно серьёзную Гань Яньюй, Линь Тянь почувствовал, как сердце его тает.
Он даже боялся представить, какой сладкой будет их жизнь после свадьбы.
— Так значит... «Дождливый день»
— это?..
— с любопытством спросила Гань Яньюй, разглядывая кулон в ладони.
— Учитель Гань, неужели и такое нужно спрашивать?
Линь Тяню казалось, что объяснять подобные вещи ужасно неловко.
Но он всё же поднял указательный палец:
— Кто здесь «день»
— «тянь»?
— Линь Тянь...
— А кто «дождь»
— «юй»?
— Я... я.
Гань Яньюй поджала губы, и на её лице отразилось озарение.
Глаза её изогнулись полумесяцами, длинные ресницы захлопали. Она указала пальчиком на Линь Тяня, уголки её губ приподнялись, и она радостно воскликнула:
— Э-э? Оказывается, если сложить наши имена, получится дождливый день!
— ...
Нет, ну кто-нибудь примет меры?!
Она точно притворяется!
Как можно было этого не понять?! И всё же...
До чего же она хороша!! Линь Тянь схватился за грудь, чувствуя, будто его сердце насквозь пронзила стрела с сердечком на наконечнике, нанеся критический урон.
Что значит «высший пилотаж»?
Она вела себя точь-в-точь как героиня симулятора свиданий: с одной стороны, закрадывалось подозрение, что всё это нарочито, но с другой — приходилось признать, до чего же она милая. Настолько милая, что на все странности просто закрываешь глаза.
И ведь ты реально на это ведёшься!
— Кстати, а где твоя резинка для волос?
— Гань Яньюй вдруг подняла указательный палец и ткнула в запястье Линь Тяня.
— А, снял, когда шёл в душ, и забыл надеть обратно, — ответил Линь Тянь, взглянув на свою руку.
С самого детства он не носил ни часов, ни браслетов, так что привычки держать что-то на запястье у него не было.
Стоило снять и отложить в сторону — и он тут же об этом забывал.
Услышав его ответ, Гань Яньюй уставилась на него.
Просто смотрела не отрываясь.
С каким-то... печальным и в то же время беззащитным видом.
— ...Ладно, ладно, не забуду больше! Хватит так на меня пялиться!
— ...
Линь Тянь просто онемел.
Чёрт побери... Это личико, этот пристальный взгляд без единого слова...
От такого даже из-за сущего пустяка вмиг начинаешь чувствовать себя ужасно виноватым.
Наверное, любой подозреваемый на допросе под таким взглядом Гань Яньюй за пару секунд выложил бы все свои прегрешения как на духу, а потом рухнул на колени и с рыданиями молил о пощаде...
— Надень прямо сейчас, — тихонько попросила Гань Яньюй.
— Хорошо-хорошо.
Линь Тянь поднялся, прошёл в спальню и взял с прикроватной тумбочки красную резинку для волос.
Надевая её на ходу, он вышел обратно в гостиную, но Гань Яньюй поманила его рукой:
— Иди сюда.
Линь Тянь подошёл и сел рядом на диван.
Гань Яньюй забрала у него резинку, расправила, положила себе на бедро, а сверху опустила запястье Линь Тяня.
Сегодня на ней были короткие шорты, так что тыльная сторона его ладони легла прямо на её пухлую ножку.
Мягкая, как и всегда.
Одной рукой придерживая запястье Линь Тяня, другой Гань Яньюй обернула резинку один раз, второй, а затем завязала узелок.
Вот так она сама надела её на него.
Подняв руку Линь Тяня, девушка посмотрела на резинку на его запястье, затем перевела взгляд на кулон у себя на груди.
На её милом личике расцвела довольная, горделивая улыбка.
— Красиво. Вот она, связь между напарниками.
— Ага, точно.
Линь Тянь задумался.
Если однажды они действительно выиграют Кубок Коула и Гань Яньюй исполнит свою мечту...
Было бы неплохо создать дуэт под названием «Дождливый день» и дебютировать на сцене.
Как «Молочный кофе» или «Легенда о Фениксе»... Точно, или как «Йоасоби»!
Стать величайшим смешанным айдол-дуэтом в истории.
И тогда Линь Тянь наконец сбросит маску... Что, не ждали? Вы все думали, я старый хрыч, который пишет только классику?
А я вообще-то и попсу сочинять умею! Всемирно известный композитор и виолончелистка меняют профессию и дебютируют как айдолы — звучит чертовски круто!
— В день вступительного экзамена тоже обязательно её надень, — серьёзно сказала Гань Яньюй, словно опасаясь, что Линь Тянь снова снимет резинку перед душем и забудет о ней.
— Это оберег от твоей напарницы. Если забудешь надеть — можешь завалить экзамен...
Да как у тебя получается самым невинным тоном произносить такие страшные проклятия?! Линь Тянь даже слегка струхнул.
Эффект оказался выше всяких похвал.
Теперь он точно ни за что не забудет!
— Разумеется, я свой тоже буду бережно носить, — добавила Гань Яньюй.
— Завтра отборочный тур Кубка Звезды, я пойду на него в этом кулоне.
— ...
— Э? Отборочный тур?
Линь Тянь опешил.
Почему он раньше не слышал ни о каком отборочном туре Кубка Звезды?
Он всё это время думал, что единственное официальное выступление будет только через десять дней.
— Конечно, есть отборочный. Просто там всего два этапа: отборочный и финал. Я тебе не говорила, потому что это не так уж важно, я в любом случае пройду.
— Такая уверенность?
На Гань Яньюй это было совсем не похоже.
— Ну не настолько же я не понимаю свой уровень... В отборочном туре нужно за отведённое время сыграть заданное произведение. Обычно их выбирают из классического виолончельного репертуара...
— Вот оно что.
Дальше можно было не продолжать — Линь Тянь всё понял в ту же секунду.
Значит, проверяют умение играть классическую музыку этого мира без подготовки. Для Гань Яньюй это и правда проще простого, как воды попить.
Эта девчонка — ходячая библиотека классической музыки.
После тех адских тренировок, что они устраивали ранее, за дисциплину со случайным выбором произведения Гань Яньюй гарантированно получит высший балл.
— Только вот, помнится, ты мне давно ещё говорила, что нынешние конкурсы не слишком жалуют классическую музыку?
— решил заодно расспросить поподробнее Линь Тянь, раз уж зашла речь.
Об этом он узнал в самом начале их знакомства, когда они только беседовали о музыкальных состязаниях.
В этом мире престиж музыкальных конкурсов ценился куда выше, чем в его прошлой жизни, поэтому и акценты здесь расставлялись иначе.
Например, на здешних соревнованиях «классическая музыка» пользовалась меньшей популярностью, чем «поп-музыка» или «современная классика».
Проще говоря, классика сейчас была «слаба в текущей мете».
Тогда Линь Тянь лишь поверхностно коснулся этой темы, не вдаваясь в детали.
Теперь же, пользуясь случаем, он решил выяснить всё до конца.
— Да, но зависит от конкретного конкурса, — ответила Гань Яньюй.
— Вообще, эту моду задала Международная музыкальная ассоциация.
— Международная ассоциация?
— Угу.
Когда речь заходила о подобных вещах, Гань Яньюй всегда становилась очень серьёзной:
— Оценка музыки — вещь весьма субъективная, поэтому всё сильно зависит от предпочтений жюри. За последнее десятилетие Международная музыкальная ассоциация задала новый тренд. Поскольку популярность всевозможных музыкальных конкурсов растёт, их смотрит всё больше молодёжи. В ассоциации посчитали, что традиционная классика слишком зациклена на технике и форме, а потому стоит продвигать музыку, которая больше нравится молодым...
— А эта ваша ассоциация шагает в ногу со временем, — усмехнулся Линь Тянь.
Впрочем, понять их было можно.
Любое состязание, будь то искусство или спорт, для успешного развития неизбежно должно коммерциализироваться.
Раз молодая аудитория растёт, то и наполнение конкурсов подстраивают под её вкусы.
Да и критерии отбора у судей становятся более специфичными.
Если так подумать, заходить настолько далеко лишь ради того, чтобы угодить молодёжи, — это уже перебор.
Но если взглянуть с другой стороны...
Именно благодаря такому подходу музыкальные конкурсы в этом мире и пользуются куда большим вниманием, чем в его прошлой жизни.
Приходят зрители, а за ними текут и огромные деньги.
Популярность и престижность соревнований, естественно, взлетают до небес.
Правда, Линь Тянь подозревал, что причина таких различий между двумя мирами кроется в другом: возможно, здесь когда-то появилась суперзвезда мирового масштаба, которая в одиночку вывела всю индустрию на новый уровень популярности?
— Поскольку на международных конкурсах сейчас царят такие порядки, наши состязания в Цветочной стране тоже начали перестраиваться, — продолжила девушка.
— Но так как мы включились в этот процесс довольно поздно, у нас оценки за классическую музыку пока не занижают так сильно. Поэтому неудивительно, что на негосударственных конкурсах вроде Кубка Звезды классику до сих пор выделяют в отдельную дисциплину.
Короче говоря, местная мета просто ещё не успела обновиться до мировой? В каком-то смысле это как раз доказывало, насколько музыкальная индустрия Цветочной страны отстаёт от остального мира.
— Понятно, — кивнул Линь Тянь.
— Значит, пока ты выступаешь внутри страны, можешь спокойно играть классику, и судьи вряд ли станут специально занижать тебе баллы?
— Бинго~
— А что будешь делать, когда поедешь на международные конкурсы?
— спросил Линь Тянь.
Вообще-то, сам он умел писать не только классику.
Огромный багаж музыки из прошлой жизни позволял ему выдавать произведения самых разных жанров.
Даже если к моменту их поездки за границу мировые тренды снова поменяются и в фаворе окажется какой-нибудь другой стиль, Линь Тяню ничего не стоит написать что-нибудь под новую мету.
— Конечно же, продолжу играть свою музыку.
— Но ты ведь сама сказала...
— Линь Тянь.
Выражение лица Гань Яньюй вдруг стало каким-то странным.
В её глазах мелькнула... тень обиды.
— Ты что, забыл то, о чём я говорила тебе уже не раз?
— ...
Линь Тянь вспомнил.
Мечта Гань Яньюй никогда не сводилась просто к получению высшей награды для виолончелистов и победе на Кубке Коула.
В её словах всегда было одно очень важное условие.
«Сделать так, чтобы нашу классическую музыку услышал весь мир».
Да, цель Гань Яньюй — нести классическую музыку в массы.
А если выражаться более приземлённо... Возродить былую славу классики — наш священный долг!
— Но это же игра против меты, — криво усмехнулся Линь Тянь.
— Угу, — с улыбкой кивнула Гань Яньюй.
— ...
Вот уж поистине фанатичный классический музыкант.
Но это ведь не спорт и не киберспорт, где, если твой личный навык на голову выше остальных, можно победить даже слабым персонажем.
Музыка — штука крайне субъективная.
Всё зависит от оценок жюри.
Если судьи скажут, что ты не годишься, то, насколько бы ты ни превосходил соперников, тебе не выиграть.
— И что, собираешься своей игрой растрогать всех судей до слёз, чтобы они, рыдая, наступили на горло собственным принципам — прямо как в аниме?
— А почему бы и нет?
— Ну ты даёшь.
Линь Тянь сокрушённо потёр лоб.
В прошлом он и сам играл в видеоигры, так что прекрасно знал, насколько страшно идти против текущей меты.
Это ведь не бульварный роман про киберспорт, в реальной жизни чудеса на каждом шагу не случаются.
Но раз уж Гань Яньюй такая упрямая идеалистка, то и ему, как её напарнику, остаётся лишь идти с ней по этому пути до самого конца.
— Ладно тебе, до этого ещё расти и расти. Мы даже на Кубке Певучей Струны ещё не выступили, рано пока думать о международных конкурсах, — с лёгкой самоиронией улыбнулась Гань Яньюй, закрывая тему.
Линь Тянь тоже вернулся с небес на землю.
И тут же спохватился:
— Что ж ты раньше не сказала, что завтра отборочный? Я ведь даже билет не купил... Слушай, а мне, как члену семьи участницы, полагается какое-нибудь особое место?
— Не надо тебе приходить, — тихонько сказала Гань Яньюй.
— Это всего лишь отборочный тур, я и сама справлюсь. А если ты придёшь, я только лишний раз нервничать буду...
Ну дела.
Когда он сидит с ней на одной сцене и аккомпанирует, она с каждой нотой играет всё увереннее.
Но стоит ему сесть в зрительном зале, как она начинает мандражировать.
Линь Тянь всё понял.
Если он не может играть с Гань Яньюй дуэтом, толку от него меньше, чем от кулона.
И это она уже сейчас так себя ведёт, а что будет после свадьбы? Сразу перейдём к стадии:
«Слабак! Не отдал супружеский долг — не смей, мать твою, ложиться со мной в одну постель! Вали на пол!»
— Слушай, раз уж у меня завтра конкурс, может, приготовишь мне побольше всяких вкусностей? А ещё лучше — купи две порции пудинга и стаканчик чая с молоком... и жди меня дома?
— спросила Гань Яньюй, накручивая на палец прядь волос у виска.
— Ладно.
— Ура! Завтра я хочу съесть...
— Список блюд потом скинешь мне в Вичат!
— поспешно перебил её Линь Тянь, прекрасно зная, что если Гань Яньюй начнёт перечислять еду, остановить её будет уже невозможно.
— ...
Наступил следующий день.
С самого утра Линь Тянь приготовил завтрак для Гань Яньюй, которая уже облачилась в красивое концертное платье и собрала волосы.
Поскольку это был официальный конкурс, а не сольное выступление в концертном зале, причёску полагалось делать строгой и аккуратной.
Вручив девушке завтрак и проводив её взглядом, Линь Тянь вернулся в квартиру.
Прикинув, что с момента публикации «Виолончельного концерта ми минор» прошло уже несколько дней, он достал телефон.
Зайдя в личный кабинет Доуинь, он глянул на статистику.
Как и ожидалось, цифры были так себе.
420000 лайков и миллионы просмотров.
Ролик хоть и попал в тренды, но по сравнению с предыдущими работами ажиотаж вокруг него был куда скромнее.
Ничего не поделаешь, Линь Тянь заранее это предвидел.
Сложная, мрачная музыка совершенно не вписывалась в современные вкусы.
Людей, способных терпеливо вслушаться и распробовать такое произведение, всё-таки было немного.
Во всплывающих комментариях и под самим видео многие открыто писали о своём недоумении:
[Простите мою необразованность, но что именно пытается выразить эта музыка?]
[В предыдущих работах — «Привет любви» и «Патетической симфонии»
— хотя бы по названию всё было ясно: одна про любовь, в другой очень трагичный настрой... А тут просто «Виолончельный концерт», вообще непонятно, о чём речь!]
[Учитель Лунный Свет, пощадите! Реально ничего не понятно!]
[Сижу жду разбора от знатоков.]
[Братик Лунный Свет, может, выложишь предысторию? Или вообще разыграйте с Кошечкой мини-сценку, помогите работягам понять суть!]
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…