Глава 117. Мастер управления финансами
Вернувшись домой к Линь Тяню, Гань Яньюй действительно получила уведомление о новом сообщении на телефон.
【…】
Ровно 100000.
Ни копейкой больше, ни копейкой меньше.
Деньги поступили на счёт девушки.
Линь Тянь должен был признать: когда Гань Яньюй показала ему экран, его проняло до глубины души.
Твою ж мать, 100000!
И это, блин, карманные расходы для обычной старшеклассницы?!
Тогда какого чёрта он вместе с Гань Яньюй так долго влачил жалкое существование?!
Он вспомнил свой первый крупный заработок: пришлось долго набирать подписчиков, лично договариваться о рекламе, обсуждать гонорар, тестировать продукт, приходить к соглашению, писать музыку, заниматься творчеством, снимать вирусное видео… и только так, с огромным трудом, удалось заработать эти 100000 юаней.
А Гань Яньюй стоило лишь чуть-чуть пойти на уступки, как семья тут же перевела ей 100000.
Ей даже просить не пришлось!
Достаточно было просто не отказываться и промолчать, как деньги буквально впихнули ей в руки. Да ещё и старика дома порадовала до безумия!
Вспомнив, как раньше он на полном серьёзе сидел с Гань Яньюй и прикидывал, на чём бы им сэкономить, Линь Тянь засомневался.
Какими же глазами Гань Яньюй всё это время смотрела на него?
Словно сбежавшая из дома принцесса повстречала нищего искателя приключений, и они вдвоём отправились в опасное путешествие.
И когда искатель приключений наконец выкопал из земли картофелину и радостно сказал принцессе: «У нас есть еда!»
— принцесса рядом весело захлопала в ладоши:
— Линь Тянь такой молодец!!
— Линь Тянь просто потрясающий!
— Мы разбогатеем!
«…»
Блин!
Выходит, принцесса была рядом только для моральной поддержки, а единственным настоящим искателем приключений оказался он сам!
Хотя рассуждать так было бы не совсем справедливо — возможно, Гань Яньюй с самого начала не считала, что имеет какое-то отношение к «той семье», и уж тем более не мнила себя принцессой. Но сам факт того, что стоило ей кивнуть, как за ней тут же прислали бы карету, вызывал немалую зависть.
Это напомнило Линь Тяню одного старого знакомого: «Если с пением ничего не выйдет, придётся вернуться домой и унаследовать состояние в сотни миллионов».
«…»
— Линь Тянь, посмотри в Вичат, — вдруг напомнила Гань Яньюй.
Линь Тянь опешил и включил телефон. В чате с девушкой висело уведомление о переводе.
【100000】
— Ты…
— глядя на эту сумму, Линь Тянь немного растерялся.
— Зачем ты перевела их мне?
— Столько денег, мне они всё равно ни к чему, — Гань Яньюй подняла голову, уставившись в потолок, и добавила: — Обычно ведь всё покупаешь ты, и пользуемся мы этим вместе, так что пусть лучше лежат у тебя, Линь Тянь…
— Это другое.
Все прежние доходы Линь Тяня, включая награды системы и гонорары за рекламу, были получены при участии Гань Яньюй. Другими словами, они заработали это общим трудом, и тратить деньги, разумеется, нужно было сообща. Но эту сумму отец Гань дал дочери на жизнь, это были её личные средства. Линь Тянь не мог их взять.
— Нет, оставь себе!
Это же целых 100000. Линь Тянь не мог поступить как последняя скотина — он уже открыл окно перевода, собираясь вернуть деньги обратно, но в этот момент Гань Яньюй подошла ближе и схватила его за руку:
— Разве мы не собирались купить звукозаписывающее оборудование?
— Собирались.
— Вот и возьми их пока на покупку, а когда заработаем — просто вернёшь мне, делов-то.
— Но ведь это твой папа прислал их тебе…
— Линь Тянь, ты же мне не чужой, я тебе доверяю, — сказав это, Гань Яньюй сложила ладони вместе и тихонько улыбнулась.
— Считай, что просто хранишь их для меня. Потом будешь покупать побольше вкусненького и готовить мне, вот и всё.
«…»
— Ладно уж.
Раз уж разговор зашёл так далеко, Линь Тяню ничего не оставалось, кроме как нажать кнопку «Принять».
— Тогда…
— увидев, что перевод принят, Гань Яньюй вдруг во все глаза уставилась на Линь Тяня.
— Что такое?
— Раз уж мы теперь при деньгах, может, сегодня вечером… купим два стаканчика пудинга?
— тихонько спросила она.
— Глупая, это же твои деньги, конечно можно.
Линь Тяню стало немного смешно. Ей самой так хотелось потратить деньги на вкусности, но она всё равно перевела всю сумму ему, чтобы потом спрашивать разрешения. Это же 100000, оставь она себе хоть самую малость — хватило бы каждый день объедаться… Или же Гань Яньюй просто нравилось отдавать деньги ему, чтобы он сам «угощал» её, и в этом для неё крылся весь смысл?
— Давай чуть позже закажем доставку, выбирай всё что захочешь, — сказал Линь Тянь.
Большинство десертов с доставкой немного теряют во вкусе по сравнению с тем, что подают в самом кафе, но в случае с пудингом разница не так уж велика.
— Ура!
— Гань Яньюй тут же расплылась в улыбке.
«…»
Впрочем, Линь Тяню всё ещё было немного любопытно, о чём же Гань Яньюй говорила с родителями, пока он выходил в туалет. Ведь когда он вернулся, не только отец Гань смотрел на него как-то странно — сама девушка в тот момент тоже отвела взгляд.
Кстати об этом…
Линь Тянь вдруг спросил:
— Как продвигается разучивание пьесы?
Стоило ему это произнести, как Гань Яньюй, которая только что радостно хихикала, моментально посерьёзнела.
— Всё… всё ещё учу.
— Ты уже подала заявку с названием произведения?
— Угу.
— Тогда нужно поторопиться, — заметил Линь Тянь.
Съёмка видео — это ещё мелочи. А вот если к моменту самого конкурса она так и не разберётся с произведением, возникнут большие проблемы. Однако слишком сильно давить на Гань Яньюй он тоже не решался: лишний стресс девушке сейчас ни к чему.
У Линь Тяня как раз выдалась свободная минутка, поэтому он присел на диван:
— До какого места ты дошла? Давай я посмотрю, помогу тебе.
— А я не взяла с собой виолончель, давай в следующий раз, — говоря это, Гань Яньюй совершенно незаметно для Линь Тяня успела бочком пробраться к самой двери.
— Я пойду к себе репетировать!
Переобувшись, девушка выскользнула за порог. Затем, уже закрывая дверь, она просунула голову обратно в щель:
— Не волнуйся, Линь Тянь, я не стану для тебя обузой! Ты тоже старайся!
— Угу.
Гань Яньюй спрятала голову, но не прошло и пары секунд, как перед самым закрытием двери она снова выглянула:
— Когда будешь вечером заказывать десерты, не забудь указать сразу мой адрес! Я побежала.
Бах!
Входная дверь захлопнулась, оставив Линь Тяня в лёгком недоумении. Ему почему-то казалось, что репетиции у этой девчонки шли не слишком-то гладко. Но сейчас у него временно не было возможности следить за ней.
Среда.
До творческого экзамена оставалось 17 дней, до начала Кубка Звезды — 12 дней.
Музыкальная академия Звёздного Поля.
По пустому классу разливалась прекрасная мелодия рояля.
«…»
Музыка стихла. Линь Тянь убрал руки с клавиш и посмотрел на стоявшего рядом Гао Чжэньяна, который внимательно наблюдал за его игрой.
Гао Чжэньян задумчиво потёр подбородок:
— Такое чувство… будто немного не хватает одухотворённости.
— Одухотворённости?
— Да, — ответил Гао Чжэньян.
— Учитель Линь Тянь, ваш уровень игры на фортепиано в плане точности воспроизведения мелодии, на мой взгляд, вполне дотягивает до профессионального. Однако, если вы хотите занять самую вершину на творческом экзамене, мне кажется, вам недостаёт капельки… воображения?
— Воображения?
У Линь Тяня слегка пошла кругом голова. Вечно эти люди искусства любят выражаться какими-то непонятными словами.
На прошлой неделе он потратил семь дней на то, чтобы назубок выучить всю теоретическую часть, необходимую для музыкального экзамена. Всё, с чем можно было справиться обычной зубрёжкой, для Линь Тяня не представляло никакой проблемы. Но когда дело дошло до практического исполнения, в котором он был уверен больше всего, всё оказалось не так гладко, как он себе представлял.
В конце концов, он был музыкантом, полагающимся на систему, и уже то, что благодаря своим навыкам он мог безошибочно воспроизвести мелодию, было немалым достижением. А требовать от него какой-то там «одухотворённости» да «воображения»… Это было уже чересчур.
— Учитель Линь Тянь, скажите, до сегодняшнего дня вы ведь редко играли чужие произведения, исполняя в основном собственные сочинения? И к тому же в большинстве случаев вы просто аккомпанировали учителю Гань Яньюй?
— спросил Гао Чжэньян.
— Да.
С самого начала Линь Тянь получил эту карту навыка исключительно ради того, чтобы аккомпанировать виолончели Гань Яньюй. Его опыт был довольно специфическим, ведь само умение досталось ему в одно мгновение, минуя долгий процесс самостоятельного обучения. Он привык подстраиваться под Гань Яньюй, служить фоном для её виолончели… И теперь, когда ему предстояло выступить в роли солиста и целиком исполнить произведение самому, Линь Тянь внезапно почувствовал, что ему чего-то не хватает.
— Возможно, учитель Линь Тянь, вам стоит поучиться манере исполнения у учителя Гань Яньюй, — предложил Гао Чжэньян.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…