Глава 6
Тосаки не ожидал, что при первой же встрече рассердит маленькую русалку, а ведь он хотел подружиться с ней.
Если бы он знал, что русалочка вылупится, он обязательно принёс бы подарок заранее, а теперь у него даже нечем было загладить вину.
По совету дворецкого он попытался заманить её вкусной едой, но русалочка, учуяв запах, даже головы не повернула.
Видя, как русалочка трётся о запястье Хеллуна, Тосаки чуть не лопнул от зависти.
Но он не смел этого показывать.
У Хеллуна было много дел: он одновременно обсуждал с Тосаки пограничные военные вопросы и утверждал другие документы на оптическом компьютере.
Надоев лежать на ладони, Ло Цы поднял голову, свернул хвост кольцом и, ухватившись за рукав Хеллуна, с пыхтением полез наверх.
Забравшись Хеллуну на грудь, он глянул на почту в оптическом компьютере.
М-да… опять незнакомые символы.
Русалочка елозила туда-сюда, измяла аккуратную одежду в складки, но Хеллун, будто не замечая, сидел не шелохнувшись.
Сидевший напротив Тосаки сдерживал улыбку: маршал и правда очень снисходителен к русалочке.
Общественные дела быстро закончились, и Тосаки спросил о личном:
— Командир, не нужно ли отвести русалочку в больницу проверить здоровье?
Хеллун взглянул на время и поднялся:
— Я договорился с Ивином на вторую половину дня.
Обычная больница вряд ли сможет обследовать русалочку.
— Сегодня?
— Тосаки, не моргнув глазом, пошёл следом.
— Как раз у меня сегодня нет дел, я тоже пойду.
Ло Цы очень нравилось быть с Хеллуном, особенно после сытной еды: уткнувшись мордочкой, он лежал у Хеллуна на груди, кончик хвоста свешивался вниз, изредка тихонько покачиваясь, и постепенно его начало клонить в сон, голова то и дело клевала носом.
Он почувствовал, как Хеллун встал с дивана, снял его с груди и переложил на ладонь.
Хеллун не опустил его обратно в бассейн, а понёс к выходу.
Ло Цы, сонно моргая, протёр глаза и издал мягкий вопросительный звук:
— Пу-пу?
Куда это?
Хеллун опустил голову и встретился с явно недоумевающим взглядом русалочки:
— Отведу тебя на медосмотр.
Летающая машина уже ждала у входа.
Хеллун ещё беспокоился, что русалочка, выйдя в первый раз, будет чувствовать себя неловко, но малыш, возможно, впервые оказавшись на улице, находил всё новым и удивительным.
Едва забравшись в машину, Ло Цы ухватился за его плечо и принялся разглядывать всё вокруг: здания здесь были самыми разными, причудливыми и необычными — одни, словно стальной лес, стояли на земле, другие, выстроившись в ряд, парили в воздухе, словно острова.
Особняк, в котором они жили, занимал целый летучий остров.
Огромное круглое здание в небе особенно бросалось в глаза — оно походило на постоянно открытый глаз, взирающий на землю сверху вниз.
Русалочка, прижимая к себе Мирубу, то выглядывала наружу, то издавала восхищённые возгласы, а её хвостик то и дело задирался и беспорядочно хлестал, и плавниковая вуаль время от времени касалась подбородка Хеллуна.
…
Щекотно.
Хеллун, работая с документами на оптическом компьютере, немного отвлёкся.
Через полчаса летающая машина остановилась у входа в Институт генетики.
Ивин, как один из руководителей института, имел отдельную лабораторию и сегодня, чтобы встретить русалочку, заранее освободил территорию от посторонних.
— Ах, наш маленький красавчик наконец-то прибыл!
— Ивин ещё издалека заметил русалочку на ладони, глаза его мгновенно засияли, и он широким шагом направился навстречу.
— Давай-давай, дай-ка взглянуть, дай-ка взглянуть!
Хотя голос Ивина звучал взволнованно и пафосно, движения были осторожными, когда он принимал русалочку; губы его дрожали от возбуждения:
— Какой он красивый! Эти пухленькие щёчки, так и хочется ущипнуть! Ай, нет-нет, если останется след, будет плохо.
— Какое у него прекрасное личико! Спорю, самый искусный мастер не выточил бы такое! Боже мой! Это его плавниковая вуаль? Спорю, в воде он плывёт, словно облачко дыма! Только представьте: первые лучи солнца на линии горизонта озаряют морскую гладь, русалочка сидит на пене, расчёсывая свою вуаль, подобную утреннему туману… Это же готовая картина! Боже мой! Я никогда не видел такого прекрасного создания! Никогда!
Тосаки рядом кивал: культурный человек, когда хвалит рыбу, — это совсем другое дело.
Он тоже считал русалочку невероятно милой — и красивой, и очаровательной, но он был простым воякой и не умел подбирать такие витиеватые слова.
Ло Цы склонил голову набок:
— А?
Он с недоумением и растерянностью смотрел на стоящего перед ним человека: тот был крайне взволнован, с блаженным выражением лица, тараторил очень быстро, и Ло Цы не понимал ни слова.
Ивин уловил этот чрезвычайно короткий звук и театрально закрыл лицо руками, мечтательно произнеся:
— Ой, какой у нашего красавчика чудесный голосок! Сладкий-пресладкий! У меня сердечко сейчас растает от этой сладости! Красавчик, скажи ещё что-нибудь, а?
Тосаки затаил дыхание, тоже с нетерпением ожидая.
Хеллун спокойно произнёс:
— Сначала проведите осмотр.
Ивин, у которого в груди бурлила целая буря восторженных эпитетов, резко прикусил язык. Под давлением авторитета Хеллуна он не посмел возражать:
— Тогда сначала пройдёмте за мной сюда.
В институте собралось великое множество биологических видов; сразу у входа по обеим сторонам тянулись ряды террариумов.
Голубоватый свет прожекторов падал на сверкающие стеклянные резервуары, создавая ощущение высокой технологии.
Внутри были тщательно устроенные имитационные системы, в каждом террариуме моделировалась своя экосистема: лес, озеро, океан, пустыня… В них содержались самые диковинные существа со всех уголков галактики.
Большинство этих созданий лишились крова из-за военных конфликтов и даже утратили способность выживать в дикой природе, после чего были взяты под опеку и помещены в террариумы.
Ло Цы вытягивал головку, вертел ею по сторонам, его прозрачные глазки бегали туда-сюда: какие же здесь все животные странные!
Вот, например, в террариуме с пустыней — вроде бы выглядит как ящерица, но с рогами, как у быка. В лесном — существо, похожее на морскую звезду, а на спине у него торчит куча веток. В океанском — нечто, напоминающее плавающий мозг, оказалось цветком коралла.
Обычно с этой стороны, выходящей в коридор, живность редко подходила близко. В коридоре было слишком светло, много людей и шумно, и животные по своей природной осторожности предпочитали держаться в глубине террариумов.
Но сегодня, откуда ни возьмись, стоило им пройти мимо, как обитатели террариумов, словно потеряв рассудок, начали наперебой жаться к стеклу.
Будто их что-то привлекало.
Ивин тоже заметил эту аномалию и пробормотал:
— Странно.
Ло Цы думал, что здешние животные всегда такие дружелюбные, и смотрел не отрываясь, головка так и ходила ходуном.
Взгляд Хеллуна всё время был прикован к русалочке: похоже, малыш полон любопытства к внешнему миру.
Это и неплохо: когда русалочка подрастёт, у неё будет уйма времени, чтобы увидеть весь этот мир.
В лаборатории ждали с десяток сотрудников; при виде русалочки их лица покраснели от волнения.
Хеллун нахмурился:
— Почему так много людей?
— Это уже после тщательного отбора, — Ивин развёл руками с беспомощным видом.
— В нашем институте тысячи человек, и все мечтали увидеть русалочку.
Русалочку бережно уложили на смотровой стол.
Нежно-розовые пушистые прядки волос спадали по обеим сторонам лица, даже реснички были нежно-розовыми, черты лица изящные, словно у куклы; под светом лампы кожа казалась белой, как фарфоровая глазурь. Этот детёныш русалки мгновенно завладел всеобщим вниманием.
Неужели русалки бывают такими милыми?!
Сотрудники, готовясь к процедуре, то и дело украдкой поглядывали на русалочку.
Увидев белую комнату и разнообразные приборы, Ло Цы догадался, что попал в место, похожее на больницу.
Будут проверять здоровье? Или брать кровь?
Ему стало как-то не по себе. Мируба, почувствовав его настроение, сползла с макушки и потёрлась о его щёку.
— Не бойся, — Ло Цы ощутил, как знакомая рука погладила его по голове. Хеллун серьёзно сказал: — Всё будет хорошо.
Ивин тоже подошёл, успокаивая:
— Да, только базовый осмотр. Никаких заборов крови, никакого извлечения клеток или тканей. Я гарантирую, всё будет абсолютно безопасно.
Ло Цы обследовали крошечные роботы — каждый стоил целое состояние, обычно их использовали для прецизионных операций, а сейчас привлекли для базового осмотра русалочки.
Сотрудники работали за пультом, а ему нужно было лишь лежать на столе; с десяток роботов проворно собрали основные данные о его физическом состоянии.
Ло Цы всё равно было немного страшно, но, видя, что Хеллун рядом, он почему-то чувствовал себя в безопасности.
Возможно, он считал, что Хеллун не причинит ему вреда и не даст другим сделать это. Эта зависимость заставила его, не удержавшись, протянуть руки к Хеллуну.
Когда Хеллун подошёл, он тут же обвил хвостиком его палец — словно присутствие важного человека рядом успокаивало.
— …Малыш.
Ло Цы смутно услышал, как Хеллун что-то произнёс низким голосом, кажется, обращаясь к нему.
— Какой же он послушный, — осмотр прошёл на удивление гладко, и сотрудник не удержался от замечания.
— А раньше, когда мы проверяли большеголовую черепаху, она, перевернувшись, раздавила нам несколько сотен маленьких роботов.
Несколько дней назад, узнав, что им предстоит обследовать русалку, они так перепугались, что кусок в горло не лез. Ведь это же русалка! Русалка, о свирепости которой ходят легенды! Насколько рыбы свирепы и ужасны, знает вся галактика. А вдруг она уничтожит десятки тысяч роботов? Они даже морально готовились к тому, что лабораторию разнесут в щепки.
Тосаки, болтая с исследователем, сочувственно вздохнул:
— Нелегко вам приходится.
Исследователь тихонько ответил:
— Ещё бы! Финансирование нашего института урезают до последнего.
Однако кто из исследователей не является фанатиком редких видов? Место в группе, допущенной к осмотру русалочки, они отвоевали в жесточайшей конкуренции.
Но увидеть своими глазами, что детёныш русалки оказался таким милым и к тому же таким послушным, было приятной неожиданностью.
Ло Цы послушно выполнял все указания: протянуть руку — протягивал, перевернуться — переворачивался. Вот только сил в руках у русалочки было маловато, а смотровой стол оказался слишком твёрдым; коротенькие ручки не смогли удержать тело, и он со шлепком плюхнулся на стол, высунув язычок от усталости и тяжело дыша.
Это было так мило! Движение, которым русалочка переворачивалась, было невероятно милым! Исследователь не выдержал и протянул руку, чтобы погладить русалочку по голове.
Ло Цы почувствовал, что волосы растрепали, и надул губки. Но стоило ему повернуть голову, как он встретился взглядом с Хеллуном.
Кончики ушей русалочки покраснели, как вишенки; он медленно подвигал хвостом, поворачиваясь к нему спиной.
Хеллун: ?
Отвернувшись, Ло Цы принялся с пыхтением приглаживать растрёпанные волосы.
Чтобы точнее оценить состояние русалочки, с десяток роботов провели осмотр трижды.
Час пролетел незаметно, и результаты быстро отобразились на визуализаторе.
Ивин пробежался по ним взглядом и с облегчением выдохнул:
— По стандартным показателям проблем нет. Никаких скрытых заболеваний, все органы функционируют нормально, состояние здоровья хорошее, развитие костей и рост тоже в норме.
Услышав череду «нормально», все тоже успокоились.
Всё в порядке — это хорошо.
— Ай?
В середине осмотра Ло Цы уснул, и, когда наконец объявили об окончании, он протёр глаза и первым делом принялся озираться в поисках Хеллуна. Спросонья он забыл, что его хвостик всё это время был крепко обмотан вокруг пальца, и Хеллун на самом деле был рядом.
Хеллун смотрел на эту головку, которая вертелась по сторонам, кого-то выискивая, и чувствовал что-то странное.
Словно где-то внутри вдруг обвалился уголок, который уже никогда не восстановить.
Ослабление человеческого сердца начинается с той снисходительности, которой изначально не должно было быть.
Когда русалочка заметила его, он мягко согнул палец и погладил её по мягкой щёчке.
Малышка подвинула хвост, протянула руки — явно просилась на руки, зависимость читалась в каждом движении.
Тосаки и Ивин: …
До чего же завидно! Они тоже хотели бы быть с русалочкой так же близки.
В институте было прохладно, и Ло Цы чувствовал себя неуютно, но ладонь Хеллуна была тёплой; лёжа на ней, он грелся очень приятно, словно прижался к грелке.
Кончик хвоста потерся о палец Хеллуна, и Ло Цы, широко раскрыв глаза, с недоумением спросил:
— А?
Всё уже закончилось?
Мягкий голос, словно пёрышко, лёг на сердца присутствующих, будто вата, пропитанная мягкой карамелью. Люди в комнате невольно навострили уши: оказывается, у русалочки и голос такой чудесный.
— Да, — Хеллун легонько коснулся его носика.
— Всё кончено. Ты молодец.
Ивин не удержался и, давясь завистливыми пузырьками, кашлянул:
— Кроме того, что нужно подкорректировать питание, в остальном проблем нет. Но для детёныша самое главное — это поступление питательных веществ. Наш красавчик хоть и маленький, но аппетит у него неплохой. Следите, чтобы кормили часто, но понемногу, за один раз нельзя давать слишком много.
Он помедлил, прежде чем добавить:
— А то утонет в бассейне.
Хеллун вспомнил одну проблему:
— Но он соглашается есть только приготовленную пищу, к сырой рыбе интереса не проявляет.
— Как можно давать ему сырую рыбу?!
— Ивин выглядел крайне удивлённым, голос его даже изменился.
— Русалки наслаждаются самим процессом охоты и преследования добычи! Они прирождённые хищники! Почти все морские обитатели входят в их рацион!
— Рыбий жир из свежей рыбы питает волосы и чешую русалок, употребление свежей рыбы обязательно, — с болью в голосе произнёс Ивин.
— Неудивительно, что русалочка сейчас такая крошечная! Если бы я её растил, она бы уже набрала вес!
Хеллун задумался.
Двое обменивались опытом выращивания русалок, Ло Цы ничего не понимал и, чем больше слушал, тем сильнее клонило в сон, но пухлые ручки по-прежнему крепко обнимали палец Хеллуна, а головка, прижавшись к его ладони, то и дело клевала носом, словно цыплёнок, клюющий зерно.
Хеллун дал понять, что разговор окончен:
— Как найдёте информацию, пришлите мне. Я сначала отвезу его обратно.
— Ладно, — Ивину хотелось задержать русалочку подольше, но раз Хеллун так сказал, он ничего не мог поделать. Он с тоской посмотрел на русалочку.
— Мой отчёт вот-вот утвердят. Ты почаще приводи красавчика сюда, пусть привыкает.
Ранее обсуждалось, что Ивин заберёт русалочку к себе.
Хеллун на мгновение замер на шагу и, не оборачиваясь, бросил:
— Посмотрим.
Выйдя из института, Тосаки попрощался и ушёл — у него были дела. Хеллун с русалочкой сели в летающую машину.
Русалочка, обхватив собственный рыбий хвост, послушно свернулась калачиком у него на ладони; в такт дыханию молочно-белый животик то поднимался, то опускался, а изо рта время от времени вырывался детский лепет.
Без возни русалочки оказалось на удивление тихо.
Вернувшись в особняк, дворецкий сам вышел встречать:
— Господин, идите в кабинет, я отведу русалочку в бассейн.
Хеллун только приподнял запястье, как сонно моргающая русалочка приоткрыла глазки, почувствовала знакомый запах, ткнулась мягкой щёчкой, понюхала и, перевернувшись, снова заснула.
Хеллун передумал:
— Ладно, не надо.
Он вдруг осознал.
Возможно, у русалочки не было чувства территории — она просто включила и его в свои владения.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…