Глава 23. Три пощёчины, разбившие мечты Чэнь Юаня
На банкете по случаю помолвки все пришедшие гости наелись и напились до отвала.
Виновница торжества Му Синьи, разумеется, не стала исключением.
Глотнув слюну, Му Синьи густо покраснела: её щёки залились таким жарким румянцем стыда, что, казалось, из них вот-вот брызнет кровь.
Она уставилась на Цинь Гэ и сердито произнесла:
— Цинь Гэ, лучше бы тебе не обманывать меня, иначе я заставлю тебя пожалеть об этом!
Цинь Гэ успокаивающе похлопал Му Синьи по плечу и со вздохом заметил:
— Всё-таки ты сорвалась. С твоим обычным характером, уже оказавшись в проигрыше, ты бы точно не стала навлекать на себя ещё большую вражду.
Му Синьи почувствовала, что перед Цинь Гэ её сообразительности явно не хватает, и решила идти до конца:
— Какое тебе дело! Кха-кха...
Цинь Гэ решил её успокоить:
— Не переживай, мне незачем тебя обманывать.
На самом деле, не будь эта коварная крошка Му Синьи такой умной и расчётливой, он бы не стал прибегать к подобным методам шантажа, чтобы наверняка привязать её к себе.
Куда больше принуждения Цинь Гэ любил полное покорение — и тела, и души.
Чувство удовлетворения, не омрачённое возможными последствиями, было куда более долгим и сильным, чем сиюминутное удовольствие!
Впрочем, особые случаи требуют особого подхода.
Цинь Гэ не был упрямцем.
Сладок ли сорванный силой плод, он не знал, но жажду тот утолял наверняка!
Снова взявшись за старое и укрепив свой образ неутомимого наездника, Цинь Гэ не забыл и о делах.
Банкет по случаю помолвки уже подходил к концу.
В такой час робкая по натуре Линь Сяоцзинь наверняка особенно сильно ждала его появления.
Как-никак, в незнакомом месте среди чужих людей она могла чувствовать себя в безопасности только рядом с ним — единственным знакомым человеком.
Но Цинь Гэ как назло больше не появился, а просто велел женщине-водителю отвезти Линь Сяоцзинь домой.
Если говорить серьёзно, то живущее в сердце Линь Сяоцзинь томительное ожидание и жажду встречи с ним нужно было ещё немного подогреть.
А если несерьёзно...
Линь Сяоцзинь?
Пусть ещё немного помаринуется!
Банкет закончился.
Цинь Гэ и Му Синьи вместе направились в банкетный зал.
Увидев их двоих, глава семьи Му и Чэнь Кай одновременно нахмурились:
— Синьи?
— Цинь Гэ?!
В этот самый момент снаружи стремительно ворвался Чэнь Юань, который ранее бросился в погоню за убийцей.
В руке он, словно дохлую собаку, тащил рослого и крепкого мужчину.
Заметив в банкетном зале Цинь Гэ, Чэнь Юань мысленно усмехнулся.
Какой-то богатенький сынок.
Разве может он сравниться с ним?
Сколько бы денег у него ни было, у этого мажора всего одна жизнь.
Стоит ему только захотеть — и он тут же прихлопнет Цинь Гэ на месте, превратив в дохлого пса.
Чэнь Юань посмотрел на главу семьи Му, швырнул тело убийцы в сторону и, рассчитывая на похвалу, доложил:
— Господин Му, я нашёл убийцу, но он заранее принял яд и покончил с собой из страха перед наказанием.
Услышав эти слова, Му Синьи в свадебном наряде и наброшенном поверх пальто быстрым шагом подошла ближе и принялась разглядывать уже испустившего дух убийцу.
— Госпожа Синьи, не волнуйтесь, отныне, пока я рядом, ничего подобного больше не повторится.
Глядя на изящное кукольное личико Му Синьи, Чэнь Юань потерял покой.
На эту старшую дочь семьи Му он заглядывался уже далеко не первый день.
Нельзя сказать, что её красота не знала себе равных в мире.
Но для любого мужчины притягательность Му Синьи была просто нечеловеческой!
Все возможные достоинства сошлись в ней по максимуму.
Настоящее земное сокровище — совершеннолетняя малышка с детской внешностью!
Му Синьи подняла голову и с размаху отвесила ему пощёчину.
Хлёст!
Звонкий звук удара эхом разнёсся по банкетному залу, резанув всем слух.
Лицо Му Синьи исказилось от гнева, её грудь бурно вздымалась, когда она яростно выкрикнула:
— Ничтожество! Тебе велели поймать убийцу, а ты приволок труп. Человек мёртв, что теперь у него выпытаешь? Кто знает, может, ты просто нашёл какого-то козла отпущения?
Чэнь Юань схватился за щёку и растерянно произнёс:
— Госпожа Синьи?
Он помнил, что раньше Му Синьи часто ему улыбалась.
Почему же сегодня её отношение так резко изменилось?
Хлёст!
Му Синьи наотмашь отвесила Чэнь Юаню ещё одну пощёчину и в ярости прикрикнула:
— Эта пощёчина тебе за твою слепоту! Меня зовут Му Синьи, ты можешь называть меня старшей госпожой или госпожой Му. Разве тебе, простому слуге, дозволено звать меня Синьи?
Раньше, увидев боевые навыки Чэнь Юаня, она хотела взять его под своё крыло и сделать верным смертником.
Но теперь, когда вмешался Цинь Гэ, Чэнь Юань уже точно не мог ей служить.
А раз так, то и считаться с его чувствами больше не имело смысла.
Даже глава семьи Му, глядя на эту сцену, не выдержал и попытался образумить дочь:
— Синьи, что ты творишь? Чэнь Юань заслужил награду, а не наказание. Ты хочешь, чтобы все люди, работающие на семью Му, разочаровались в нас?
Услышав это, Му Синьи убрала уже разболевшуюся правую руку и левой отвесила Чэнь Юаню третью звонкую оплеуху, гневно крикнув:
— Ты, жалкий слуга, смеешь сеять раздор между мной и отцом? Совсем ослепли твои собачьи глаза!
Хлоп-хлоп!
Глядя на это представление, Цинь Гэ не удержался от аплодисментов.
Прекрасно!
Просто прекрасно!
Чудеснее просто не придумаешь — настоящее загляденье.
Лицо Чэнь Юаня перекосилось от бешенства, глаза мгновенно налились кровью.
Он уставился на Цинь Гэ так, словно его глаза вот-вот вылезут из орбит, и сквозь зубы процедил:
— Цинь Гэ?!
Цинь Гэ со скучающим видом максимально выразительно закатил глаза:
— Ты что, больной на голову? Тебе уже и мои аплодисменты мешают? Что такое, от стыда в ярость впал? Ты ведь не собираешься обидеть слабую, беззащитную девушку?
Зрачки Чэнь Юаня сильно дрогнули.
Он раз за разом подавлял себя, но жажда крови вокруг него всё же бесконтрольно вырвалась наружу.
Перепуганная Му Синьи пошатнулась и отступила на несколько шагов назад.
Она до смерти боялась, что Чэнь Юань прихлопнет её одним ударом.
Чэнь Юань тяжело выдохнул, посмотрел на главу семьи Му и гневно бросил:
— Старый пёс, за сегодняшнее унижение в будущем я отплачу сторицей!
Чэнь Юань сердито фыркнул, резко развернулся и зашагал прочь.
Следом в голове Цинь Гэ одно за другим зазвучали уведомления системы:
— Дзинь! Сын удачи Чэнь Юань испытывает к носителю сильное намерение убить. Награда носителя: очки злодея +5000!
— Дзинь! Сын удачи взбешён от стыда, пощёчины пробили его выдержку. Награда носителя: очки злодея +!
Ц-ц!
Вот уж действительно сын удачи.
Цинь Гэ мысленно невольно восхитился.
Такое умение терпеть поистине поражало воображение.
Будь на его месте сам Цинь Гэ, то о трёх пощёчинах подряд не шло бы и речи.
В то самое мгновение, когда Му Синьи только замахнулась бы, он бы уже одним пинком впечатал её в стену.
Явно ведь вне себя от ярости, но смог ограничиться одной руганью, развернуться и уйти?
Это ещё зачем?
Копит ненависть и тянет время?
Будь это Цинь Гэ, если бы на следующий день в доме семьи Му осталось хоть одно яйцо с целым желтком или хоть один способный ползать дождевой червяк, он бы перестал считать себя мужчиной!
— До смерти напугал! Братик Цинь, мне так страшно.
От души отхлестав Чэнь Юаня по щекам ради Цинь Гэ, Му Синьи решительно потребовала выполнения обещания.
Изображая панику и растерянность, она стремглав бросилась в объятия Цинь Гэ.
И прижалась к нему с такой нежностью и доверчивостью, с какой только было возможно!
Зрачки главы семьи Му расширились от шока.
Чэнь Кай ведь стоял прямо здесь, рядом.
Что творит его дочь?
Наставляет рога прямо на глазах у жениха?!
Чэнь Кай — наследник семьи Чэнь из Шанхая.
Пусть они и уступали шанхайским семьям Ван и Хуан, но положение семьи Чэнь тоже было весьма внушительным.
В глазах Чэнь Кая Му Синьи уже давно принадлежала ему по праву.
И теперь, видя, как она столь интимно прижимается к груди Цинь Гэ, как он мог не прийти в ярость?
Скрипнув зубами, Чэнь Кай так сжал челюсти, что едва их не раскрошил, и, вне себя от гнева, процедил:
— Му Синьи, ты что творишь?!
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…