Глава 68. Хого
Спустя мгновение Толстяк Сунь снова повесил трубку. Старина Мо высунул голову из-за компьютера и обратился к Толстяку Суню:
— Если с той женщиной-полицейским что-то не так, ты бы сказал заранее. Не жди до последнего момента, когда кинжал уже будет виден из-за свитка, — тогда будет поздно.
Толстяк Сунь усмехнулся в ответ старине Мо:
— О чём ты там размечтался? Я просто хотел узнать, замужем ли эта девчонка. Не то чтобы я говорил, но кто сейчас так заботится о родственниках? Раз человек хороший — значит, хороший. Такую хорошую капусту, если не проявишь внимания, того гляди, кабан затопчет. Тогда и жалеть будет поздно.
Ян Сяо прекрасно понимал, что Толстяк Сунь снова несёт околесицу, но всё же поднял на него взгляд и спросил:
— Ну и как та капуста? Что-нибудь разузнал?
При этих словах Толстяк Сунь вздохнул:
— Жаль, судьба у неё недостаточно крепкая...
Ещё через некоторое время старина Мо и Ван Сяожань подсчитали список людей с судьбой трёх инь, оставшихся в городе Сюаньху. Ранее Ян Сяо говорил, что людей с судьбой трёх инь мало, но никто не ожидал, что их окажется настолько мало: общее население Сюаньху — сто пятьдесят тысяч человек, а среди нынешних прописанных к судьбе трёх инь относилось всего тридцать семь человек, и почти все — молодёжь. Но из этих тридцати семи человек двадцать девять работали или занимались бизнесом в других городах, и вернуться они могли только на новогодние каникулы.
Из оставшихся восьми человек двое недавно умерли (это был тот труп, который украли из морга), ещё двое пропали без вести между прошлым вечером и сегодняшним рассветом. Один человек много лет не подавал вестей. Один совершил преступление и отбывал наказание в тюрьме в другом городе, а ещё двое — один был начальником цеха на машиностроительном заводе Сюаньху, а другой — учителем в четвёртой школе Сюаньху.
Толстяк Сунь взглянул на имена этих двоих, после чего снова позвонил начальнику Се и попросил немедленно отправить людей, чтобы взять этих двоих под защиту. Также он указал, что они не могут оставаться в городе Сюаньху, и попросил, чтобы, когда люди найдут этих двоих, они увезли их в другой город и ждали уведомления от Толстяка Суня, после чего вернули их обратно.
После того как Толстяк Сунь всё уладил, Ван Сяожань взглянул на него и сказал:
— Вообще-то есть ещё полчеловека. Не знаю, считается ли?
— Полчеловека?
Толстяк Сунь не понял, что имел в виду Ван Сяожань, и услышал, как тот продолжил:
— Это та самая капуста, на которую ты положил глаз. Когда мы только что подключались к базе управления общественной безопасности, я посмотрел её досье. Она родилась в иньский месяц и иньский день, но неизвестно точное время рождения, так что можно считать её только наполовину запасной.
— Не хватает только времени рождения, да?
Толстяк Сунь с хитрой усмешкой взглянул на Ван Сяожаня, затем достал визитку, которую Ай Го дала ему при встрече, и набрал номер, указанный на ней. Через мгновение трубку подняли, и Толстяк Сунь сказал:
— Большая Го, хочу спросить тебя кое о чём. Не нервничай, ничего серьёзного. Тут наш товарищ Ван поспорил со мной: он говорит, что у тебя широкий лоб и благодатная внешность, значит, ты родилась после полудня. А я ставлю на то, что ты родилась на рассвете. Спорим на ужин — кто бы ни выиграл, а проигравший угощает... Ты родилась в полночь? Ха-ха-ха, Большая Го, я же говорил, что тебе везёт: тебе даже спорить не пришлось, а ты сразу два ужина выиграла. Когда вернёшься, выбирай любое заведение в Сюаньху. Ладно, не мешаю тебе за рулём, поговорим, когда вернёшься.
Повесив трубку, Толстяк Сунь с улыбкой обернулся и посмотрел на Ван Сяожаня:
— Вот и ещё один набрался. Подождём, пока эта капуста вернётся, а там видно будет.
Ровно через два часа Ай Го снова появилась в этом кабинете. Толстяк Сунь поднял на неё взгляд и сказал:
— Я же говорил, не спеши. Зачем ты церемонишься?
С этими словами он рассмеялся и как бы невзначай бросил взгляд в сторону Ян Сяо. Тот в это время вёл себя как ни в чём не бывало: взглянул на Ай Го и снова уставился на карту.
Видя, что Ян Сяо не реагирует, Толстяк Сунь снова усмехнулся и продолжил, обращаясь к Ай Го:
— Ты сегодня ничево не сделала, а уже два ужина выиграла. Не то чтобы я говорил, но ты уж подумай, куда пойти на эти два ужина, и ни в коем случае не экономь на нас.
Ай Го неловко улыбнулась, а затем сказала:
— Вообще-то наш начальник Се выделил мне на это средства. Он сам хотел лично пригласить вас, начальники, на ужин, но побоялся, что помешает вашей работе. Вот и попросил меня от его имени угостить вас рабочим ужином. Не знаю, удостоите ли вы, начальники, нас чести?
— Какая там честь, это же просто ужин! Я уж лучше с такой маленькой полицейской, как ты, поем, чем с таким старым пройдохой, как ваш начальник.
С этими словами Толстяк Сунь, будто внезапно что-то вспомнив, прищёлкнул языком и, глядя на Ай Го, сказал:
— Забыл кое-что: сегодня вечером мы должни здесь дежурить, выйти не можем. Так что придётся перекусить чем бог послал. Принесёшь пару упаковок лапши быстрого приготовления — и я уже буду считать себя в долгу перед тобой.
— А можно и по-другому: никуда не выходить, а заказать доставку сюда, и поедим так же.
Ай Го посмотрела на Толстяка Суня, помолчала мгновение и продолжила:
— Перед больницей есть один ресторан хого из Чунцина. Вкус очень аутентичный, точно такой же, как я пробовала в Чунцине. Пусть привезут горшок, закажем побольше разных продуктов для варки. Как говорят местные: баши дэ хэнь!
— Это мне нравится, это можно!
Услышав про вкусную еду, глаза Толстяка Суня тут же превратились в щёлочки. Он тут же подозвал Ай Го и начал обсуждать, что заказать для хого:
— Мозгов побольше, надо силы восстанавливать. Ещё толстую кишку, не по тарелкам — в тарелке всего два кусочка, давай сразу целую связку...
После того как заказ был сделан по телефону, за окном пошёл мелкий снежок. Снег был не сильный, но и не думал прекращаться. Когда привезли хого, на улице уже совсем стемнело, но под светом фонарей открывалась совсем иная белоснежная картина.
Вскоре красный масляный бульон в горшке забурлил и заплясал. Уж не говоря о Толстяке Суне, Ван Сяожане и старине Мо, даже Ян Сяо не устоял перед этим запахом: он взял миску с палочками, подцепил кусочек требухи и принялся полоскать его в кипящем красном бульоне. Снег за окном всё усиливался, но в кабинете было тепло и уютно. С Толстяком Сунем за столом заказанного явно не хватало, и он снова утянул Ай Го вместе с собой заказывать по телефону ещё кучу всего.
Если бы не то, что морг находился в подвале прямо под зданием, Толстяк Сунь захотел бы перенести этот хого прямо в навес во дворе: есть хого и петь песни — вот это действительно баши! Как там говорится? Ешь хого и поёшь песни, как вдруг тебя грабят маскарадные бандиты...
С чего это вдруг он вспомнил эту фразу? Толстяк Сунь мысленно плюнул. Затем подошёл к подоконнику и открыл окно. Порыв холодного ветра ворвался внутрь, и Толстяк Сунь невольно вздрогнул. Когда он обернулся, в дверь снова постучал и вошёл тот самый паренёк, что привозил еду. Он поставил на стол с десяток контейнеров с едой, а затем сказал:
— Наш хозяин передал вам порцию гортани и порцию утиных лапок. Если вам, господа, понравится, обязательно заходите к нам ещё.
Толстяк Сунь увидел, что стол снова заставлен яствами для хого, и довольно улыбнулся. Затем он придвинул стул и сел рядом с Ян Сяо, обращаясь к пареньку:
— Вот это по-нашему, ваш хозяин — человек с понятием. Мы, может, ещё что-нибудь закажем, пусть хозяин подкинет мозгов, почек там...
Пока Толстяк Сунь говорил, паренёк как раз принимал от Ай Го деньги за еду, а затем с улыбкой сказал:
— Передам нашему хозяину. Не буду мешать вам, господа, наслаждаться хого. Если что-то ещё понадобится — звоните в любое время, до десяти вечера мы на месте.
С этими словами паренёк запнулся. Возможно, увидя, что все здес одеты как полицейские, он добавил ещё пару любезностей:
— Тогда не буду мешать. Приятного вам аппетита, господа начальники, и приятного отдыха.
Толстяк Сунь рассмеялся и небрежно бросил в ответ:
— И ты тоже поскорее переродись, начни новую жизн.
Как только эти слова сорвались с его уст, прежде оживлённая атмосфера мгновенно застыла. Ван Сяожань и старина Мо с недоумением уставились на Толстяка Суня: этот толстяк вечером не пил, с чего это он вдруг начал буянить? Улыбка паренька застыла на лице. Он выдавил из себя смешок и сказал:
— Этот толстый братец перебрал, перебрал...
Толстяк Сунь развалился на стуле и усмехнулся:
— А ты? Не пил, а уже пьян? Не то чтобы я говорил, но, Лю Бучжэнь, дальше притворяться уже нет смысла. Ты думал, что напугал нас в доме Ли Цяна, и на этом всё закончится? Как тебе? Расплата за содеянное, верно?
Как только Толстяк Сунь договорил, улыбка мгновенно исчезла с лица паренька. Он холодно посмотрел на Толстяка Суня и сказал:
— Где же я прокололся? Даже так ты меня раскусил?
Толстяк Сунь снова рассмеялся:
— Прокол не в тебе. Ты думал, что затуманил разум Ай Го и заставил её проложить тебе путь, а я об этом не узнаю? Не то чтобы я говорил, но, Лю Бучжэнь, ты столько лет прожил, а всё такой же наивный. С таким человеком, как Большая Го, если бы я не предпринял мер предострожности, разве я посмел бы отпустить её и позволить вернуться?
При этих словах Ван Сяожань и старина Мо одновременно вскочили со стульев, направив два пистолета на голову Лю Бучжэня. Только Ай Го, хоть и поняла, что с этим пареньком что-то не так, не понимала, что значит «затуманил разум», о чём говорил Толстяк Сунь. Сейчас её сознание было ясным, память чёткой — не было ни малейшего ощущения, что её кто-то затуманивал.
Толстяк Сунь снова улыбнулся, глядя на Лю Бучжэня:
— Старина Лю, один вопрос мне непонятен: почему ты не затуманил разум и нам тоже? Зачем столько лишних церемоний?
Лю Бучжэнь фыркнул:
— Раз уж сам Ян Сяо из Пути Призраков здесь, ты думаешь, я стал бы демонстрировать своё масторство перед мастором?
С этими словами Лю Бучжэнь вдруг странно улыбнулся, а затем продолжил:
— Но даже если вы меня раскусили, что вы можете сделать? Вы уже съели то, что не следовало, и выпили то, что не следовало. Что вы мне сделаете? Время почти пришло — падайте...
Едва он договорил, Толстяк Сунь и остальные как ни в чём не бывало продолжали сидеть. А вот Лю Бучжэнь, который только что произносил угрозы, вдруг закатил глаза и, опрокинувшись навзничь, рухнул на пол.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…