Глава 155. Допрос
Ян Цзюньшань и У Шо, беседуя, прогуливались по гранатовой роще в сторону опушки, где шёл бой, как вдруг оба слегка замешкались. По лицу Ян Цзюньшаня промелькнула тень убийственного намерения. У Шо рядом усмехнулся:
— Похоже, твоя гранатовая роща притягивает к себе немало внимания!
Ян Цзюньшань холодно усмехнулся и разом убрал всю свою ауру. Его духовное сознание, сжатое тайной техникой, позволяло ему полностью скрывать следы — даже культиватор того же уровня, окажись он рядом, вряд ли бы его обнаружил. Что до У Шо, его способ совершенствования сильно отличался от принятого в этом мире, и обычный культиватор, не знающий подоплёки, вовсе не смог бы оценить его силу.
В этот самый миг земля под самым большим гранатовым деревом в центре рощи вдруг сама собой вспучилась, и наружу открылся вход в пещеру. Из него выпрыгнула Ян Цзюньсинь, а следом за ней вырвался сгусток густой духовной энергии.
— Кто там дерётся? Неужели опять люди из деревни Туши? Плохо — один второй брат с ними не справится!
— воскликнула она и побежала к опушке.
— Ого, так вот оно где! С печатью-талисманом, скрывающей духовный источник, немудрено, что я сразу его не почуял. Я уж думал, ошибся местом!
— внезапно раздался из гранатовой рощи чей-то голос.
— Кто здесь?!
— звонко крикнула Ян Цзюньсинь. Девчушка, похоже, ничуть не испугалась.
— Какая хорошенькая девочка! Ты, верно, младшая дочка Ян Тяньгана? Раз уж я знаю, где источник, пойдёшь-ка ты со мной!
— голос противно хихикал, в нём сквозило откровенное злоумышление.
Ян Цзюньсинь попыталась выследить говорившего по звуку, но, покружив по роще несколько кругов, так никого и не нашла. Она ведь всего лишь десятилетняя девочка — в конце концов на её лице проступил страх.
В этот миг у неё за спиной пронёсся холодный ветерок. Ян Цзюньсинь резко обернулась и увидела, что позади неё, неизвестно когда, стоит сухопарый мужчина лет тридцати с лишним, с мерзкой ухмылкой разглядывающий эту точёную, словно из нефрита вырезанную, девочку.
— Ты кто такой? Мой отец — деревенский староста Тучю, мастер третьего уровня царства воина! Он уже знает, что здесь происходит, и мчится к Западной горе. Если ты злодей — лучше убирайся, не то отец скоро переломает тебе ноги!
— в сердце Ян Цзюньсинь был страх, но слова слетели с языка гладко.
Видя, как девочка таращит на него свои большие глаза, мерзкий тип почувствовал к ней ещё большую симпатию:
— Девочка, врать нехорошо. Отец твой, конечно, силён, будь он здесь — я бы и правда убрался восвояси. Но, хе-хе, давай-ка ты сначала поспишь. Проснёшься — и ничего не вспомнишь.
Ян Цзюньсинь даже не успела разглядеть, как он двинулся, — сухая ладонь уже легла ей на макушку. Тут же её накрыла волна сонливости, страшно захотелось лечь и уснуть.
Но когда её взгляд уже начал мутиться, Ян Цзюньсинь вдруг словно что-то увидела — дух её разом воспрянул, и она уставилась за спину сухопарого мужчины:
— Старший брат!
Сухопарый мужчина опешил:
— Хм, у девчонки воля крепкая. Спи, спи…
— Будь я на твоём месте, я бы сам себе отрубил эту ладонь!
Тихий голос внезапно раздался у него за спиной. Сухопарого мужчину бросило в дрожь — кто-то подобрался к нему вплотную, а он и не заметил! Холодок пробежал от пяток до самой макушки.
Первой его мыслью было не обернуться и не броситься наутёк, а прижать ладонь, лежащую на голове девочки. Он понимал: тот, кто сумел подкрасться к нему так незаметно, — не тот противник, с которым он может тягаться. Пришелец наверняка предусмотрел и его побег. Единственный шанс на спасение — эта девчонка: стоит захватить её в заложники, и, возможно, тот, кто за спиной, не посмеет действовать.
Однако не успела его ладонь опуститься, как по телу сухопарого прошла вспышка жёлтого света. Он почувствовал, что вместе с этим светом из него вымело всю духовную энергию — поток ци в теле захлебнулся, и ладонь не легла куда нужно.
В тот же миг раздался глухой гул — «бум!»
— и под ногами сухопарого вдруг провалилась земля, тело начало падать вниз. Он мысленно выругался, изо всех сил попытался всколыхнуть ци в даньтяне, чтобы спастись, но тут же грянул ещё один глухой удар — «бабах!»
— и острая боль пронзила обе ноги.
— А-а-а!
Жуткий вопль, внезапно разнёсшийся из рощи, заставил всех, кто бился на опушке, на миг замереть. Несколько незнакомых культиваторов со стороны деревни Туши побледнели и, развернувшись, попытались бежать. Остальные растерянно замерли. Су Баочжан среагировал первым: воспользовавшись моментом, он сбил с ног двух наседавших на него тушиских культиваторов, рванулся вперёд и техникой Сотрясения земли притормозил шаги тех самых незнакомцев.
Те незнакомые культиваторы из деревни Туши, которых Су Баочжан задержал, заметно занервничали. Они разом выбросили вперёд руки — пять-шесть заклинаний одновременно полетели в Су Баочжана.
Даже при его пиковом совершенствовании в царстве смертного он и с двумя-тремя такими справился бы с трудом, а тут сразу пятеро-шестеро бьют — ему оставалось лишь уклоняться. Но отступи он — и дорога для этих людей открыта, снова перехватить их будет почти невозможно.
Су Баочжан стиснул зубы: приму удар этих шестерых, пусть даже придётся тяжело раненным лечь, но задержу их здесь! Тот вопль из рощи ясно показывал: у противника есть люди, пробравшиеся в гранатовую рощу тайком. Значит, их цели куда глубже, чем кажется.
Они точно знали, когда брат и сестра Ян Цзюньпин будут в роще. Помимо тех, кто шумел на виду, кто-то ещё пробирался скрытно. Похоже, дело не только в том, чтобы найти и захватить источник — возможно, они целились прямо в Ян Цзюньсинь.
Похищение? Неужели они хотели тайком похитить Ян Цзюньсинь, а потом всё отрицать?
Эти люди спешно бегут — значит, дело раскрылось, и они рвутся спасти шкуру. Их обязательно нужно остановить!
Су Баочжан всколыхнул ци в теле, выплеснул всю духовную энергию, с таким трудом накопленную в духовном корне, и одновременно выбросил вперёд два пальца — два заклинания Дробления камня сорвались с рук. Следом он раскинул руки — за спиной взметнулся летучий песок, собравшись перед ним в песчаный щит, который едва успел принять на себя ещё два заклинания.
Су Баочжан разом применил три техники. Пусть его накопления и были немалыми, но духовная энергия, с таким трудом собранная в духовном корне, разом иссякла. Четыре заклинания он отразил, но и сам пострадал — отдачей их силы ему повредило внутренности.
Однако ещё два заклинания летели прямо в него. Одно в воздухе сложилось в зелёное деревянное копьё, целящееся в горло, другое обернулось ледяным шипом, несущимся в грудь и живот. Су Баочжан был уже на последнем издыхании — отразить оба удара он не мог.
Уже видя, как заклинания вот-вот настигнут его, Су Баочжан вдруг увидел перед глазами огромную ладонь. Она небрежно махнула вперёд — и оба заклинания, способные пробить металл и расколоть камень, просто рассыпались в воздухе от этого взмаха.
Су Баочжан едва не погиб. Он перевёл взгляд на хозяина ладони — и увидел коренастого мужчину, того самого У Шо, которого встречал раньше.
Голыми руками отразить заклинания?! Насколько же крепко его тело?! Су Баочжан недоверчиво заморгал и только теперь осознал: этот человек, которого Ян Цзюньшань привёл с собой как простого слугу, обладает по-настоящему ужасающей силой.
Ян Цзюньшань хоть и представил У Шо всем, но ни разу не сказал, что тот из народа У, и уж тем более — что его сила сравнима с царством воина.
Не только Су Баочжан — даже шестеро тушиских юнцов, собиравшихся бежать, остолбенели. Голыми руками развеять два заклинания — перед ними явно культиватор царства воина! Как с таким драться? Как от него сбежать?
У Шо и не думал о том, что у них на уме. Он просто шагнул вперёд — и, неважно, пытались ли они увернуться или выставить защитные техники, одной ладонью опрокинул каждого на землю. У всех шестерых половина лица мигом распухла, они покрутились на месте и без сознания рухнули наземь.
Тем временем Ян Цзюньшань уже привёл в чувство задремавшую было Ян Цзюньсинь и отправил её помогать Ян Цзюньпину. Девчушка, полная восторга, убежала. Снаружи У Шо прибирал остатки — Ян Цзюньшань мог не беспокоиться за сестру. К тому времени, как она выбежит, все уже будут лежать. Он просто не хотел, чтобы младшая сестра видела то, что он собирается делать дальше.
— Ну, говори, кто ты такой?
Ян Цзюньшань равнодушно смотрел на сухопарого культиватора. Ноги того ниже колен были зажаты землёй, которая разверзлась, а затем сомкнулась, — обе берцовые кости давно переломала техника Раскалывания земли на семь-восемь осколков.
— Я — Ню Цицзинь, житель деревни Туши! Я только-только прорвался в царство воина и решил прогуляться по этой гранатовой роще, а ты, щенок, так зверски со мной обошёлся! Слишком уж ваша деревня Тучю зазналась! Или эта Западная гора теперь ваша?!
От дикой боли в переломанных ногах сухопарому приходилось орать, чтобы хоть немного заглушить страдания:
— Это так не закончится! Наш деревенский староста теперь заместитель начальника посёлка Хуанту! Заместитель начальника Ши непременно потребует у Ян Тяньгана справедливости за меня! Умнее было бы отпустить меня подобру-поздорову. Я вижу, ты молод и глуп, может, ещё и проявлю снисхождение. А иначе — даже Ян Тяньган тебя не спасёт!
Ян Цзюньшань скривил губы в холодной усмешке:
— Говоришь складно. Долго репетировал?
«Ню Цицзинь» прикинулся дурачком:
— Щенок, не понимаю, о чём ты. Но ты вляпался в большие неприятности — заместитель начальника Ши тебя не простит.
Ян Цзюньшань схватил ладонь «Ню Цицзиня», прижал его мизинец к земле, достал из пространственного хранилища железный слиток и со всей силы ударил.
Хрясь! Мизинец «Ню Цицзиня» превратился в кровавое месиво — даже кости размозжило в крошево.
— А-а-а!
— из гранатовой рощи донёсся вопль ещё более жуткий, чем прежде. Всех, кто был снаружи, от этого крика невольно пробрала дрожь.
Ян Цзюньшань холодно глянул на другую руку сухопарого и спокойно произнёс:
— У тебя ещё девять пальцев.
— Говорю, говорю!
— сухопарый культиватор, захлёбываясь слезами и соплями, запричитал: — Я из дома Сюн! Меня зовут Сюн Цицзинь, я искатель духовных источников дома Сюн…
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…