Глава 67. Неожиданность
Две девушки, вопреки обычной гордости красавиц, очень оживлённо болтали с окружающими, рассказывая всякие байки о знаменитостях, уже прославившихся в киноакадемии, и вокруг то и дело раздавались возгласы изумления.
А Е Тянь, завязав разговор, больше не проронил ни слова, слушая щебетание девушек, — так время пролетело довольно быстро.
Единственное, что немного смущало Е Тяня, — девушка по имени Цэнь Цзинлань, казалось, проявляла к нему живой интерес и то и дело расспрашивала, в какой школе он учится.
Цэнь Цзинлань была всего на два года старше Е Тяня. Аромат девичьего тела и эта юная энергия едва не выбили Е Тяня из колеи.
Впрочем, годы скитаний по свету прошли для Е Тяня недаром — он незаметно перевёл разговор обратно на них двоих, так что никто и не заметил ничего странного.
После того как поезд миновал Нанкин, небо потемнело, то и дело раздавались выкрики продавцов, толкавших тележки с напитками, пивом и обедами в коробках, и вагон наполнился запахами всевозможной еды.
Е Тянь снял с полки свою дорожную сумку. Кроме пары простых вещей, в ней было только одно — еда, и вся она состояла из пакетов с варёной говядиной.
В отличие от обычных даосов, предпочитавших вегетарианскую пищу, Е Тянь с детства занимался боевыми искусствами. Хотя он практиковал внутренние стили, аппетит у него был куда больше, чем у обычных людей. Его тело требовало много питательной пищи, и почти каждый приём пищи ему нужно было мясо.
Конечно, до легендарных мастеров кулачного боя прежних времён, которые якобы съедали по целому быку за трапезу, ему было далеко, но съесть несколько цзиней мяса за один присест для Е Тяня было делом привычным.
Е Тянь разорвал семь-восемь пакетов с варёной говядиной и выложил их на столик у окна, радушно приглашая:
— Брат Чжао, тётя Чэнь, две сестрицы, не желаете ли отведать?
— Солонина с соевым соусом, отличная штука! А я как раз купил нанкинскую утку по-пекински. Сяо Е, не выпьешь ли со мной по маленькой?
Увидев, что Е Тянь достал свою еду, остальные тоже принялись выкладывать припасы. Управляющий Чжао, судя по всему, любил выпить — в его сумке нашлись две маленькие бутылочки эрготоу по сто граммов.
— Хе-хе, брат Чжао, я не пью, вы уж сами...
Е Тянь улыбнулся и махнул рукой. Дело было не в том, что он совсем не пил, — просто для выпивки нужно подходящее место. К тому же он студент, и пить на людях было бы неуместно.
— Сяо Е, вот, тётя купила паровые булочки с крабьей икрой, попробуй...
Тот, кто хоть раз ел в поезде еду из коробки, в следующий раз обычно берёт припасы с собой. Мать Юй Цзыяна даже прихватила шанхайские паровые булочки с крабьей икрой из храма Городского Бога, говоря, что её сын их больше всего любит.
Е Тянь хоть и говорил мало, но располагал к себе. Когда все достали свою еду, каждый первым делом звал его угоститься.
— Лисёнок, что же ты всё мясо да мясо? Давай, у сестрички тут есть сушёный тофу, попробуй и его...
Цэнь Цзинлань, как со старой знакомой, отодвинула пакет с солониной, стоявший перед Е Тянем, и положила вместо него упаковку сушёного тофу из Сучжоу.
— Ладно, попробую...
Е Тянь не стал церемониться, разорвал пакет с тофу, сжал его снизу вверх, поднёс ко рту и разом проглотил всю упаковку.
— Ты... как ты так ешь?
Вид того, как ест Е Тянь, поразил всех вокруг. Никто не ожидал, что такой благовоспитанный на вид юноша окажется таким прожорливым.
— Хе-хе, сестрица Цзинлань, привычка. В детстве семья была бедная, за еду приходилось бороться...
Е Тянь хмыкнул и начал молоть чепуху. В конце концов, в поезде они случайные попутчики, сойдут с поезда — и разбегутся кто куда. Пусть напротив и сидела красавица, Е Тянь не собирался специально изображать джентльмена.
Цэнь Цзинлань опешила от его слов, но тут же рассмеялась:
— Врёшь! Судя по твоей нежной коже, ты явно не знал нужды...
— Сестрица Цзинлань, вы и по лицу гадать умеете? Тогда посмотрите, разбогатею ли я когда-нибудь?
Болтая, Е Тянь взял пакет с варёной говядиной — кусок размером с кулак младенца, граммов триста-четыреста, — и проглотил его в два-три приёма, даже не запивая водой. Затем, не отвлекаясь, взял второй пакет.
В полдень приходила тётя Ин, и Е Тянь ел мало, так что сейчас он и правда проголодался. Пока он говорил, семь-восемь пакетов солонины, лежавших перед ним, опустели.
А на вкус пошло — Е Тянь прикончил и полкило паровых булочек с крабьей икрой тёти Чэнь, и пол-утки управляющего Чжао. И только доев, он заметил, что в нескольких рядах сидений вокруг него воцарилась мёртвая тишина.
«Плохо, как же я не заметил?»
Е Тянь понял, что совершил ошибку, и поспешно изобразил на лице «застенчивую» улыбку:
— Это... это я обычно такого не ем, вот и перебрал немного. Тётя Чэнь, брат Чжао, у меня в сумке ещё есть говядина, я вам дам...
Как ни странно, то ли искренняя улыбка Е Тяня подействовала, но окружающие поверили его словам. Более того, они прониклись к пареньку жалостью: надо же быть такими прижимистыми родителям, чтобы ребёнок так изголодался по еде?
— Лисёнок, но нельзя же так есть, даже если обычно не достаётся! У тебя живот не болит? А если... если растянешь?
Услышав слова Е Тяня, Цэнь Цзинлань в изумлении прикрыла рот ладошкой и не сводила глаз с его живота. Да разве это человек? Даже свинья столько не съест!
— Э-э, да всё нормально. Я деревенский парень, привычный, я и побольше ел...
Е Тянь неловко почесал затылок, взял свой рюкзак и собрался доставать еду. Всё-таки он умял припасы всех остальных.
— Надеюсь, там не опять мясо? Дай-ка гляну, сколько ты еды набрал?
Цэнь Цзинлань, заинтригованная, выхватила у Е Тяня рюкзак.
— Эй, там всего несколько пакетов...
Е Тянь не ожидал, что эта тихая и красивая с виду девушка вдруг выхватит у него сумку, и не успел опомниться, как она оказалась у неё в руках.
Только вот Цэнь Цзинлань схватила рюкзак одной рукой. Сумка-то перешла к ней, но незакрытая молния оказалась повёрнута к полу, и вещи Е Тяня посыпались наружу.
В тот самый миг, когда Е Тянь потянулся забрать рюкзак, а Цэнь Цзинлань в спешке принялась подбирать его одежду, на пол упала толстая пачка банкнот, рассыпавшись у ног нескольких человек.
— Ой, откуда столько денег?
Возглас сидевшей напротив тёти Чэнь мгновенно привлёк внимание всего вагона. Кое-кто даже поднялся с мест — то ли собираясь подбирать деньги, то ли просто поглазеть.
Цэнь Цзинлань не ожидала такого поворота и растерялась, но тут же, подбирая деньги с пола, громко крикнула:
— Эти деньги Е Тяня! Кто посмеет их тронуть — я позову полицию!
— Е Тянь, про... прости меня, это я так неловко, я не нарочно...
К счастью, деньги рассыпались не слишком широко. Сидевшие в этом ряду дружно подобрали их и вернули Е Тяню. Принимая деньги, эта будущая кинозвезда выглядела крайне смущённой.
— Ничего страшного, это моя плата за учёбу, иначе я бы не взял с собой столько денег...
Е Тянь с улыбкой забрал деньги, украдкой скользнув взглядом по лицам нескольких человек в вагоне.
Засунув деньги в рюкзак, он больше не стал класть его на полку, а прижал к себе у окна, мысленно вздыхая: «Эх, не погадал перед выходом — вот и неприятности на свою голову».
Если бы человек знал наперёд каждую мелочь, жизнь стала бы слишком скучной. Поняв эту истину, Е Тянь в последние годы почти перестал гадать без надобности, но он и не думал, что уже в самом начале пути на север столкнётся с такой историей.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…