Глава 81. Три тысячи цзиней, выживший
— Бинлинь, раз сказала, что съедобно, значит, съедобно!
— Ван Цюфэн покосилась на Се Саньцюаня и, улыбаясь, посмотрела на Се Бинлинь.
— Хм, бабские рассуждения!
— храбрился на словах Се Саньцюань.
Се Бинлинь и ухом не повела на этого человека, который мучился, но держал лицо, и обратилась к Се Шэньли:
— Старший дядюшка, сегодняшние устрицы уже все вскрыли?
— Ага! Из чужих деревень пришло больше тридцати человек! Второй брат говорил, что придут двадцать, а пришло больше тридцати, и почти всё мужчины. Поначалу они ещё боялись, что мы не примем столько народу!
— Се Шэньли рассказывал об этом с радостным лицом.
— Тридцать человек не смогли бы вскрыть так много устриц. Сегодня закупили устриц больше, чем в прошлые дни, верно?
— Се Бинлинь ни за что не поверила бы, что тридцать новичков сумели вскрыть столько устриц. Даже с помощью всей семьи старшего дядюшки так быстро не управиться.
— Ну конечно же нет!
— На этот раз голос Се Шэньли звучал взволнованно.
— Нынешних устриц закупили в пять раз больше, чем в прошлый раз, и даже с лихвой!
— Тогда как же?
— Услышав такое количество, Се Бинлинь тоже слегка опешила. Она-то предполагала, что будет вдвое больше, а тут пять раз — это сколько же?
Се Шэньли, чем дальше говорил, тем сильнее воодушевлялся. Обычно человек довольно неразговорчивый, сейчас он словно наелся возбуждающего зелья:
— Конечно же, всем селом помогали вскрывать! Иначе как бы управились за один день!
— А, вот оно что!
— тихонько пробормотала Се Бинлинь.
— Бинлинь, ты что-то сказала?
— спросила Ван Цюфэн.
— Ой, ничего. А сегодня из «Тихого моря» приходили за мясом устриц?
— Се Бинлинь заранее наказала Мяоцину и остальным: если из «Тихого моря» придут за устричным мясом, то всё, что не продадут, сварить и высушить в устричный доссы.
— Старшая сестрица, управляющий Чжан не приходил, прислал брата Ли Цяня. Только вот тот человек в маске, что был в прошлый раз, тоже пришёл.
— Прозвенел детский голосок Се Мяоцина.
Се Бинлинь, услышав это, невольно пару раз дёрнула уголком рта. «Человек в маске?» Не тот ли это маленький нахал? И чего это он опять сегодня к ним домой заявился!
Насколько она знала, он приходился другом хозяину «Тихого моря»
— иначе управляющий Чжан не относился бы к нему с такой почтительностью. Но к делам «Тихого моря» он отношения не имел. С какой же целью он пришёл на этот раз? Управляющий Чжан, разумеется, не стал бы приглашать такую важную шишку помогать собирать устричное мясо. Выходит, он сам припёрся!
— Так сколько устричного мяса забрали люди из «Тихого моря»?
— Этот вопрос, само собой, тоже был адресован Мяоцину.
— Тысячу цзиней!
— Для самого Се Мяоцина эта цифра казалась невероятной.
— Тысячу цзиней?
— Голос Се Бинлинь стал пронзительным.
— А сколько всего у нас устричного мяса?
— Этот объём намного превосходил её расчёты. «Тихое море» в Чэнчжэне не могло израсходовать столько устричного мяса за день-другой.
Се Мяоцина слегка напугал её пронзительный голос — он даже растерялся.
— Около трёх тысяч цзиней!
— Ответил за него Се Шэньсы.
— Почему управляющий Чжан на этот раз затребовал так много устричного мяса? Если не хранить его во льду, оно больше нескольких дней не пролежит.
— Се Бинлинь озадаченно бормотала.
— Я и об этом расспросил повара Ли Цяня. Часть предназначается для распределения по другим филиалам «Тихого моря», а бóльшую часть устричного мяса отправили в Эньчжоу.
— Сказал Се Шэньсы.
— Вот оно что... Управляющий Чжан соображает в делах неплохо. Только вот дальше Эньчжоу эти устрицы всё равно не увезёшь: без холодильного оборудования устричное мясо долгой перевозки не выдержит.
— Сегодня Мяоцин поступил правильно!
— Се Бинлинь прямо при всех похвалила его.
Тут Се Мяоцин даже смутился:
— Да я всё по наказу старшей сестрицы делал. И ещё отец с дядюшкой помогали, и дедушка с бабушкой...
— Вот и хорошо. Сегодня все потрудились на славу!
— Поведение Се Бинлинь уже понемногу, исподволь, начинало влиять на всю семью.
Се Бинлинь хотела ещё что-то сказать, но Се Мяосян потянула её за рукав и зашептала на ухо:
— Устричное мясо уже сварили, всё разложили в комнате для остывания. А устричный отвар за прошлые дни уже превратился в масло.
— Хорошо, вы все отлично поработали!
— Ну всё, всё, о делах поговорите завтра. Мы пойдём, пусть Бинлинь поест — девчонка весь день голодная.
— Подала голос Ван Цюфэн.
— Обед для Эрлана уже передали с собой. И нам пора возвращаться — время уже позднее! У третьего сына тут места, чтобы их всех оставить, всё равно нет!
— Матушка, вы тоже уходите?
— с неохотой спросила Линь Сюэцин.
— Ну да! Мы с твоим дедом тут только мешаться будем, ведь остальным ребятишкам и ночевать негде. Вот отстроите новый дом, мы с твоим дедом и поживём у вас денёк-другой.
— С этими словами она подошла и потянула за собой Се Саньцюаня: — Хозяин, пойдём домой!
Когда все ушли, Се Бинлинь уже сидела за столом и жадно уплетала еду. Раньше, пока про еду не вспомнили, она и голода не чувствовала — есть хотелось уже до одури. Но когда Линь Сюэцин поставила перед ней блюда, что грелись в котле, чувство голода накатило с новой силой.
После ужина Се Бинлинь вернулась в свою соломенную хижину, достала из деревянной шкатулки одну часть плана и протянула её Се Шэньсы. Оставив ему сногсшибательный план, сама похлопала себя по заду и отправилась спать.
**
Задний двор «Тихого моря».
Наньгун Тэнъи перебрался с верхнего этажа «Тихого моря» в задний двор. Своё решение он объяснял тем, что наверху слишком шумно, а на заднем дворе поспокойнее. Истинная же причина была известна лишь ему самому.
Впрочем, был ещё один человек, который кое о чём догадывался, хоть и не знал всей подоплёки. Этим человеком был его личный слуга Ли Шунь. Служил он ему безотлучно десяток с лишним лет и, хоть и не до конца понимал этого своенравного хозяина, как личный слуга знал его лучше прочих.
Верхний этаж «Тихого моря»
— это место, где останавливаются важные особы. Какая уж там тишина? Это была лишь отговорка.
— Чжан Фугуй ещё не вернулся?
— Наньгун Тэнъи сам налил себе бокал вина и смаковал его маленькими глотками.
— Доложу, господин: управляющий Чжан уехал в Эньчжоу, вернётся завтра к полудню.
— Ответил Ли Шунь.
— М-м.
Ли Шунь, сидя на коленях чуть пониже хозяина, время от времени подливал Наньгун Тэнъи вина.
— Тук-тук...
— В дверь постучали.
— Господин, ваш подчинённый Ли Ли просит доложить.
— Входи!
Ли Ли, войдя, увидел Наньгун Тэнъи вполоборота на циновке: хозяин опирался на локоть, ворот халата был полурасстегнут. Заметив вошедшего Ли Ли, Наньгун Тэнъи чуть приподнял веки:
— Расследование продвигается?
Ли Ли, сложив руки в поклоне, поклонился:
— Доложу, господин! Как вы и предсказывали, в деревне Лунлинь остались выжившие жители. Сейчас мои люди уже отыскали троих выживших из Лунлиня. По их словам, деревенский староста Лунлиня, скорее всего, тоже жив.
Наньгун Тэнъи указал на место пониже себя:
— Садись!
— Ли Ли, ещё раз поклонившись, сел.
— Хм, деревенский староста Лунлиня жив — и впрямь неплохая новость. Раз староста Лунлиня прячется, значит, те люди своих поисков не бросили. Нужно найти его раньше, чем они.
— Слушаюсь, господин!
Ли Шунь по знаку Наньгун Тэнъи налил Ли Ли бокал вина.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…