Глава 33. Она и правда хорошая дочь
Ши Сяонянь была хороша собой — без макияжа она выглядела белой и мягкой, казалась особенно послушной и милой.
А в сердце Гу Яньсю на неё ещё и ложился фильтр «любимой доченьки», и от этой улыбки сердце Гу Яньсю просто таяло!
Но ещё больше Гу Яньсю растрогали слова Ши Сяонянь.
Он — самый большой кумир!
Для любого отца нет ничего, что дарило бы большее чувство гордости, чем восхищение дочери.
Гу Яньсю смотрел на Ши Сяонянь, приоткрыл рот, но не успел и слова сказать, как глаза его уже покраснели.
Это было чистое умиление!
— Сяо…
Видя, что Гу Яньсю вот-вот не сдержится и назовёт её «Сяонянь», Чжан Ян поспешно вмешался:
— Вот не ожидал, что и госпожа Ши тоже любит Яньсю! Право, удивительно.
Эти слова Чжан Ян произнёс с улыбкой. Но даже Цзян Шэннань расслышала в них насмешку!
Цзян Шэннань расслышала насмешку!
До чего неловко.
Ши Сяонянь, однако, словно вовсе не чувствовала неловкости — напротив, она совершенно серьёзно кивнула и сказала:
— Удивительного в жизни ещё много, дядюшка Чжан.
Дядюшка?
Цзян Шэннань и впрямь было уже не до смеха.
Даже если человек и вправду немолод, в шоу-бизнесе принято называть всех «братом»!
Назвать «дядюшкой»… Это она что, хочет, чтобы он не разозлился?
Цзян Шэннань уже окончательно похоронила мысль завязать знакомство с кинозвездой и теперь молилась лишь о том, чтобы Ши Сяонянь больше никого не обидела!
К счастью, Ши Сяонянь и не собиралась больше ничего говорить — она лишь улыбнулась Гу Яньсю и сказала:
— Господин Гу, у меня ещё дела, мы с агентом пойдём.
— Хорошо.
Гу Яньсю славился своим покладистым нравом.
Цзян Шэннань даже показалось, что Гу Яньсю только что улыбнулся.
Но не успела она присмотреться, как Ши Сяонянь уже утащила её за собой.
— Сяонянь!
Отойдя подальше, Цзян Шэннань наконец перевела дух.
— Да что с тобой такое? Раньше я думала, ты просто высокомерная и смотришь на всех свысока, а теперь вижу — ты просто дура!
Какой шанс был!
И вот так, на глазах, его упустить.
— Господин Гу сам с тобой заговорил, ну как же ты не нашлась, что сказать приятного?
— А что приятного?
Ши Сяонянь хлопнула глазами, глядя на редкость честно и невинно.
Она ведь и так сказала самое приятное.
Разве она не видела, что её папа-кинозвезда растрогался чуть ли не до слёз? Не уйди она — папа точно потерял бы лицо.
Ши Сяонянь считала себя очень хорошей дочерью, потому и утащила Цзян Шэннань прочь.
Похоже, Цзян Шэннань её не поняла.
Впрочем, Ши Сяонянь и не собиралась объяснять. Чтобы не мешать папе-кинозвезде после её смерти найти второе счастье, Ши Сяонянь не хотела раскрывать, что она дочь кинозвезды.
Подумав так, Ши Сяонянь и впрямь решила, что она — лучшая дочь на свете.
С такой дочерью папе-кинозвезде просто повезло!
— Деточка, будь спокойна, впредь я буду пробиваться только своим талантом, уж точно не связями!
Цзян Шэннань закатила глаза и безжалостно съязвила:
— Да ладно, талантом? Тем, что на съёмках умеешь только глаза таращить?
Ши Сяонянь снялась в трёх сериалах — пусть и не в главных ролях, но это были хорошо прописанные вторые и третьи героини.
Сыграй она хорошо — обязательно набрала бы поклонников.
Но Ши Сяонянь своим «филигранным мастерством» умудрилась попасть в горячие поиски под градом ругани.
Не то что поклонников не набрала — ещё и огребли хейта.
Не будь за её спиной господина Ли — Ши Сяонянь давно бы выгнали из шоу-бизнеса.
— И ещё: впредь не будь такой неуступчивой. Раз у нас нет связей — надо держать хвост пистолетом…
Чем дальше говорила Цзян Шэннань, тем сильнее болела голова.
Похоже, сегодня — последний день Ши Сяонянь в шоу-бизнесе.
Компания так просто это не оставит!
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…