Глава 22. Вызов главы гильдии
Маленький Бэйчэнь покосился на неё и насмешливо бросил:
— Что такое? Ещё даже замуж за него не вышла, а уже о нём печёшься?
— Что за чепуху ты несёшь?
— покраснела Су Юэгэ. Ей просто казалось, что если такой писаный красавец останется слепым — это же какая жалость!
К тому же она сама не знала, поможет ли эта трава излечить недуг глаз Сяо Учэня, и собиралась всего лишь вынести её наружу да разузнать что к чему.
Но у маленького Бэйчэня был такой вид, словно он видел её насквозь. Он равнодушно махнул лапкой:
— Этого добра на аптекарском поле ещё навалом. Подумаешь, один кустик — всё равно гроша ломаного не стоит. Раз уж так хочется, забирай.
— Вот и славно!
— просияла Су Юэгэ и без малейших колебаний одним рывком выдернула траву сострадания дзэн из земли.
Мысленным усилием она покинула пространство Диска.
Вне себя от волнения, сжимая в руке траву сострадания дзэн, она уже хотела бежать к Сяо Учэню, но стоило ей шагнуть за порог и взглянуть на непроглядную тьму снаружи, как она поняла, что ночь уже глубокая.
Слухи о том, как она в прошлый раз ворвалась в купальню Сяо Учэня, и без того гремели по всему поместью князя Ночи. Если она сейчас, посреди ночи, снова заявится к нему, бог весть что тогда наплетут о ней здешние языки!
Она долго раздумывала.
— Ладно, не поздно будет сходить к нему и завтра с утра пораньше.
С этими словами Су Юэгэ вернулась в комнату, проворно умылась и легла спать.
На следующее утро едва забрезжил рассвет, как снаружи раздался стук в дверь.
Су Юэгэ протёрла заспанные глаза, поднялась и спросила:
— Кто там?
Из-за двери донёсся робкий, совсем детский голосок:
— Барышня Су, я служанка Хунни, мне велено прислуживать вам.
Служанка? Су Юэгэ отворила дверь и увидела на пороге девчушку на полголовы ниже себя, державшую в руках поднос с горячим завтраком. Круглое личико казалось очень милым и послушным, а огромные влажные глаза светились живым умом.
Девчушка с первого взгляда пришлась Су Юэгэ по душе, и она посторонилась, пропуская её в комнату.
— Входи.
— Слушаюсь, барышня Су.
— Значит, тебя зовут Хунни?
— спросила Су Юэгэ, усаживаясь за стол.
Поставив поднос, Хунни кивнула и присела в поклоне:
— Так точно. Впредь, если барышне Су что-нибудь понадобится, только прикажите рабе. Позже подойдут ещё четыре служанки для уборки и матушка-ключница, а я пока прислужу барышне за завтраком.
— Угу, — небрежно отозвалась Су Юэгэ и указала на стоявший рядом таз для умывания: — Принеси мне воды умыться.
Пусть она и не нуждалась в чужой прислуге, в чужом монастыре живут по его уставу — начни она держаться слишком вежливо, это покажется подозрительным.
Да и в прошлой жизни при ней постоянно состояли два ассистента и экономка, так что забота со стороны ничуть её не смущала.
Умывшись и позавтракав, Су Юэгэ собралась отнести траву сострадания дзэн Сяо Учэню.
— Хунни, подбери мне чистое платье. Мне нужно кое-что лично передать его высочеству князю.
— Барышня Су хочет пойти к его высочеству прямо сейчас?
— спросила Хунни.
— А что такое? Нельзя?
— Н-нет… просто его высочества сейчас нет в поместье.
— Нет в поместье? И куда это Сяо Учэнь подался в такую рань?
— Су Юэгэ слегка приуныла: трава пролежала уже целую ночь, и если сегодня не передать её Сяо Учэню, она совсем завянет, а тогда и целебная сила заметно ослабнет.
Хунни улыбнулась, а в глубине её глаз мелькнула радость.
— Сегодня прошёл слух, будто отец барышни Чжао отыскал то самое редкое снадобье, которое так нужно его высочеству. Вот только растёт оно очень далеко отсюда. Если сорвать его и везти обратно в поместье, чтобы уже здесь скатать пилюлю, целебная сила может иссякнуть. А трава эта невероятно редкая — загубишь один такой росток, и кто знает, сколько времени уйдёт на поиски следующего. Поэтому его высочество лично потрудился отправиться туда, где растёт это снадобье. Барышня Чжао и глава Гильдии Алхимиков взяли с собой алхимическую печь, чтобы выплавить пилюлю прямо на месте. Как только она будет готова, его высочество сразу же её примет.
Су Юэгэ нахмурилась: выходит, она опоздала выслужиться?
И тут же спросила:
— А что это за целебная трава? Неужели стоит переплавить её в пилюлю и принять, как его высочество сразу исцелится?
Хунни задумалась:
— Кажется… она называется травой сострадания дзэн? Говорят, диковина редчайшая.
— Трава сострадания дзэн?!
— встрепенулась Су Юэгэ.
— Да…
— Хунни недоумённо уставилась на хозяйку, не понимая, отчего та вдруг так разволновалась.
— Ай-яй-яй!
— хлопнула себя по лбу Су Юэгэ.
— Вот досада! Знала бы — ещё вчера ночью пошла бы к Сяо Учэню! Упустила такой случай!
Хунни густо покраснела: очевидно, слова хозяйки она истолковала превратно.
— Если барышне нужно что-то лично передать его высочеству, боюсь, придётся подождать его возвращения.
Су Юэгэ покосилась на ларец с травой сострадания дзэн:
— Нет уж. Бери ларец, мы прямо сейчас едем к князю.
Раз уж эта трава ему действительно так нужна, то если глава Гильдии Алхимиков вдруг испортит варево, она по крайней мере сможет выручить ещё одним стебельком.
— Но… его высочество уехал ещё затемно. Если барышня отправится сейчас, мы доберёмся туда разве что к полудню. Боюсь, к тому часу пилюля уже будет готова и его высочество повернёт обратно.
— Ничего страшного, хотя бы встретимся по дороге.
— Слушаюсь, раба сейчас же велит запрячь повозку, — не став перечить, Хунни тут же выбежала во двор отдавать распоряжения.
Полдень.
Когда Су Юэгэ, проделав неблизкий путь, наконец добралась до места, всё оказалось в точности так, как говорила Хунни: Сяо Учэнь как раз проглотил готовую пилюлю.
То был глухой отвесный утёс. Отыскать выросшую здесь траву сострадания дзэн и впрямь было нелегко — неведомо, сколько сил положил глава гильдии Чжао, чтобы её обнаружить.
Завидев Су Юэгэ, Чжао Циньцинь тут же недовольно бросила:
— Ты зачем явилась?
Су Юэгэ в светло-лиловом длинном одеянии, обтягивавшем её грузное тело, неуклюже спустилась с повозки.
На её безобразном лице расплылась вымученная улыбка:
— А что такое? Я как-никак будущая супруга князя Ночи — неужели мне нельзя проведать собственного мужа? Или я обязана сперва отчитаться перед тобой?
Когда она произнесла слова «собственного мужа», уголки губ Сяо Учэня едва заметно дрогнули в улыбке — похоже, такое обращение пришлось ему весьма по нраву.
Глава гильдии Чжао тоже мрачно воззрился на Су Юэгэ.
По дороге сюда дочь уже успела пожаловаться ему на то, как эта девица её обидела.
А уж над своей ненаглядной доченькой он всегда трясся так, что пылинки сдувал: сожмёшь в ладони — боишься раздавить, возьмёшь в рот — боишься, что растает.
Да и при её высоком положении дочери самого главы гильдии ещё никто и никогда не смел её пальцем тронуть.
А эта уродина Су Юэгэ мало того что с ходу отвесила ей пощёчину, так ещё и велела какому-то мастеру поставить её на колени.
Это было не просто унижением его дочери — это был открытый вызов ему самому!
Пусть дочь и предупредила, что за спиной этой девицы стоит могущественный покровитель и лучше не рубить сплеча, сам он, Чжао Чэнь, никаких мастеров не боялся! Звание алхимика в Империи Небесного Воинства, даже при невысоком уровне культивации, пользовалось величайшим почётом; за его спиной стояло множество влиятельных сил, наперебой искавших его расположения, так с какой стати ему страшиться какого-то там паршивого покровителя Су Юэгэ?!
Он и без того собирался при случае отомстить за дочь, а тут надо же — эта безрассудная девчонка сама пожаловала к нему в руки!
Не дав Чжао Циньцинь и рта раскрыть, Чжао Чэнь холодно процедил:
— Хм! Старшая барышня Су, вы ещё даже не вошли в поместье князя Ночи как жена, а уже ведёте себя столь нагло и заносчиво, никого ни во что не ставя! Что же будет, когда вы и впрямь станете хозяйкой поместья? Моя дочь как-никак благодетельница его высочества князя Ночи. Когда она вас спрашивает, вам надлежит отвечать почтительно, а не хамить!
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…