Глава 8. Плюшевый мишка
Арена находилась на окраине королевской столицы, в полутора часах езды на карете, но, несмотря на такое расстояние, здесь яблоку негде было упасть от толп народа.
Вокруг самой арены плотным кольцом выстроились торговые палатки, и Дирка, похоже, они интересовали куда больше, чем сам турнир.
— Смотри! Мишка, мишка!
Указывая пальчиком на плюшевого медведя в палатке тира, Дирк принялся канючить, требуя достать ему игрушку.
Он так сильно перегнулся через край коляски, что едва не выпал, поэтому я придержала его и мягко заговорила:
— Дирк, совсем скоро наступит очередь нашего отца. Ты ведь хочешь посмотреть на его крутую магию?
— Не-а, не хочу, не надо!!
Брат выдал такое заявление, от которого отец наверняка бы расплакался, услышь он это.
Впрочем, когда Дирк впадает в такое состояние, увещевать его бесполезно — он ничего не станет слушать.
Потакать капризам нехорошо, но сегодня особенный и к тому же очень долгий день.
Если всего одна мягкая игрушка поможет сохранить Дирку хорошее настроение, то это сущая мелочь.
— Матушка, похоже, Дирку очень хочется вон ту игрушку. Думаю, нам стоит её раздобыть.
— Пожалуй, ты права.
Матушка велела слуге выиграть плюшевого мишку.
Дирк следил за его действиями с таким сияющим взором, какого не удостаивал даже отца, когда тот применял магию зачарования.
— Уня-уня!
— Какое хорошее настроение, надо же.
Эльма с улыбкой наклонилась к Дирку и легонько потыкала его пальцем в щёчку.
Матушка же лишь устало вздохнула, пробормотав: «Вот бы он всегда себя так вёл».
Тем временем слуга раз за разом целился в медведя, но сбить его никак не удавалось.
Эльма тоже решила попробовать свои силы, однако результат оказался тем же.
— Ух, ещё разок!
— Эльма, пора остановиться.
Лучше притормозить её сейчас, пока в ней окончательно не проснулся азарт игрока.
Матушка попыталась договориться с хозяином лавки и предложила продать игрушку за одну золотую монету, но получила отказ.
— У нас тут честный тир, и мы гордимся своим делом! Призы за деньги не продаём!
Что ж, раз так, остаётся только сбить его выстрелом.
— Хозяин, приготовьте и мне пульки со скамеечкой.
— Ого, неужто маленькая госпожа сама хочет попробовать?
— Ага.
По лицу лавочника было видно, что он хочет что-то сказать, но, получив плату, он молча принёс подставку для ног и снаряды.
Для стрельбы использовались короткоствольные ружья, и большой убойной силой они явно не отличались.
— Ну-ка, давай я заряжу?
— Не нужно, я сама справлюсь.
Это было простенькое духовое ружьё, в дуло которого достаточно просто вставить пробковую пульку. Ничего сложного, чтобы просить о помощи. На одну попытку давалось три выстрела.
Слуга и Эльма на двоих сделали уже, наверное, около двадцати выстрелов. Из них в самого медведя попало от силы штук пять. Игрушка была довольно крупной, так что от одиночного попадания даже не шелохнулась.
Я забралась на скамеечку и вскинула ружьё. Наблюдавший за мной хозяин лавки тут же одобрительно заметил:
— А у тебя отличная стойка, барышня. Кто-то научил?
— ...Отец.
В моей первой жизни он постоянно твердил: «Настоящий мужчина обязан уметь охотиться!»
— и в любую свободную минуту, кроме сезона запрета на охоту, таскал меня в леса на окраине королевской столицы.
Так что этого оружия я надержалась в руках до тошноты.
Прицелившись, я плавно нажала на спуск.
Пробковая пулька полетела точно по прямой и угодила прямо в медведя.
Однако тот лишь слегка покачнулся и падать явно не собирался.
— Эх, почти!!
Хозяин изобразил досаду, но к медведю наверняка был приделан какой-нибудь утяжелитель. От попадания одной лёгкой пробки он ни за что бы не свалился.
Раз уж дело приняло такой оборот, придётся пойти на небольшую хитрость.
— Дяденька, а можно мне взять ещё одно ружьё? Я хочу сразу зарядить оба и выстрелить.
— Да без проблем, держи.
Получив второе ружьё, я плотно загнала пробковые пульки в оба ствола.
Затем взяла оружие в обе руки, прицелилась и одновременно нажала на спусковые крючки.
Пульки одновременно ударили медведю в лоб и в живот, отчего тот наконец завалился назад.
Раздался глухой стук — совсем не такой звук должна издавать падающая мягкая игрушка.
Лавочник на миг опешил, но тут же спохватился и, зазвенев в колокольчик, громко возвестил: «Приз третьей категории выбит!».
Не только Дирк, но и матушка с Эльмой пришли в полный восторг и принялись крепко меня обнимать.
Пока меня тискали в объятиях, хозяин тира быстренько и незаметно отцепил спрятанный в игрушке грузик.
Ещё бы она упала от обычного выстрела с такой-то штуковиной внутри.
— Поздравляю, барышня.
— Спасибо.
Я опасалась, что мне сделают замечание за стрельбу с двух рук и сочтут это нарушением правил, но лавочник без лишних слов отдал приз.
Впрочем, вокруг нас уже собралось немало зевак, так что, возможно, он просто не решился спорить на публике.
Мы и не заметили, как привлекли всеобщее внимание.
Увидев, что шестилетний ребёнок смог выбить призового медведя, прохожие тут же ринулись к прилавку, желая повторить успех.
Оказавшись в центре внимания, я почувствовала лёгкое смущение, но ведь всё это было ради Дирка.
Когда я протянула мишку брату, его радости не было предела.
— Сися! Пасиба!
— На здоровье.
При виде того, как счастливо он прижимает к себе плюшевого медведя, всё моё смущение тут же улетучилось, уступив место теплу.
И в этот самый момент за моей спиной внезапно раздался голос:
— Эй, ты!!
— М?
Обернувшись, я увидела мальчика с гладкими серебристыми волосами и фиалковыми глазами.
— Ты же...
— Ты кто такая и откуда? Так ловко управиться с двумя ружьями и сбить игрушку — ты явно не из простых.
— !?
Знакомая высокомерная манера речи, до обидного правильные и красивые черты лица, а поверх одежды — сюрко с вышитым на груди фамильным гербом в виде дракона.
Ошибки быть не могло.
Это был Вильор фон Бабенберг.
Мой главный соперник, человек, которого я глубоко уважала, и тот самый мальчик, с которым я так сильно хотела подружиться в своей первой жизни.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…