Глава 5. План действий
На данный момент я поставил перед собой три основные цели.
Первая — безостановочно тренироваться и сделать нас со Стеллой настолько сильными, насколько это вообще возможно.
Вторая — выучить магию исцеления.
Третья — по возможности не дать Стелле стать Героем.
Вот эти три пункта.
С первым всё шло гладко.
Я начал вставать около 5 утра и занялся базовой физической подготовкой — силовыми упражнениями и пробежками.
Закончив с этим, я брал деревянный меч, подаренный отцом Стеллы для отработки взмахов, и раз за разом повторял подобие ката, пытаясь воссоздать то искусство фехтования, которым владел во сне.
К 8 часам просыпалась Стелла, присоединялась к тренировке, и мы тут же переходили к спаррингам с будущим Героем.
Для того фехтования, к которому я стремился, опыт сражений с сильным противником был важнее всего остального, так что это приносило огромную пользу.
Самой Стелле, похоже, было ужасно обидно, что пока она мне в основном проигрывала, и прямо на глазах было видно, как с каждым днём она росла с невероятной скоростью.
Чтобы одолеть её, мой меч тоже стремительно оттачивался — выходил отличный замкнутый круг, где Стелла служила мне трамплином, подталкивающим к ещё большей силе.
Путь впереди лежал долгий, но я ясно ощущал, что всё ближе и ближе подбираюсь к тому завершённому образу, который держал в голове.
Полёт нормальный.
К слову, в общих чертах я пересказал Стелле содержание своего сна.
Выглядела она так, будто поверила лишь наполовину, но буркнула что-то вроде: «Умирать мне совсем не хочется», — и всерьёз взялась за тренировки, а это главное.
Хотя мне казалось, что на восемьдесят процентов ею двигала чистая досада.
Ещё десять из оставшихся двадцати — это нежелание умирать, а вот последние десять я толком не понимал.
Она там что-то бормотала себе под нос в духе: «Да чтобы я умерла до того, как мы с Аланом... бу-бу-бу... ни за что!..»
— но о чём это она вообще?
Не может умереть, пока не разорвёт меня на куски, что ли?
Со второй целью дела шли, ну, так себе.
После того как тренировка заканчивалась и Стелла уходила домой, я корпел над изучением магии, пока хватало концентрации.
Матушка терпеливо меня учила, но таланта у меня, судя по всему, не было вовсе: мне прямо сказали, что если за три года я сумею догнать хотя бы её — целительницу третьего сорта, — это уже будет чудом.
Руки так и норовили опуститься, но я держался на чистом упрямстве.
Твердил себе, что это необходимо, и продолжал стараться.
Когда матушка спросила: «И чего ты так усердствуешь?», — я честно ответил: «Кажется, это понадобится, чтобы стать сильнее и защитить Стеллу», — после чего накал её энтузиазма почему-то взлетел до предела, и за моё обучение она взялась с каким-то невероятным рвением.
А батя, эта гора мускулов, подобно горилле, наблюдал за нами с умилением во взгляде.
Честно говоря, меня такой расклад не особо радовал.
Что же касается третьей цели, то, положа руку на сердце, я считал это авантюрой с ничтожно малыми шансами на успех.
Через 3 года, если всё пойдёт как во сне, на эту деревню нападёт демон, и чтобы одолеть его, Стелла пробудится как Герой.
Вот только это билет в один конец — прямиком к смерти.
Я намеревался избегнуть этой смертельной участи, сделав Стеллу хоть немного сильнее и сам набравшись сил, чтобы защищать её плечом к плечу, но вместе с тем меня не покидала мысль: а что, если Стелла вообще не умрёт, просто не став Героем?
Если Стелла не станет Героем, этот мир, возможно, будет растоптан демонами и погибнет.
В целом мне бы этого не хотелось, но если положить на чаши весов весь мир и Стеллу, я без колебаний выберу Стеллу.
А раз так, то вариант не дать Стелле пробудиться в качестве Героя и не пустить её на поле боя вполне имел право на жизнь.
Что же до судьбы мира — пусть с этим как-нибудь разбираются другие.
Всё в порядке: вовсе не факт, что Благословением героя обладает одна лишь Стелла, и где-то вполне может оказаться другой Герой, который в мире моего сна просто не пробудился.
Даже если такого и нет — хорошенько постаравшись, даже я во сне сумел одолеть Владыку демонов.
Если Святой воин, обладающий несопоставимым с моим талантом, будет биться не на жизнь, а на смерть, то как-нибудь да справится.
Короче говоря, я не собирался по доброй воле отправлять свою дорогую подругу детства на верную смерть!
Так что по возможности я хотел придерживаться курса, при котором Стелла не пробудится.
А для этого через 3 года, когда нападёт демон, нельзя позволить Стелле вступить в бой.
С другой стороны, в нашей деревне не было никого, кто мог бы противостоять демону, а если побежать в город и позвать на помощь, никто ведь не станет слушать россказни, основанные на детском сне.
Собственно, когда я рассказал об этом бате с матушкой, они лишь криво усмехнулись.
Значит, мне ничего не оставалось, кроме как прикончить этого демона самому.
Для 10-летнего сопляка без единого благословения победить демона — при том что даже рядовые солдаты у них, говорят, равны по силе героям с благословениями, — верх безрассудства.
Но я всё равно это сделаю.
Ради того, чтобы избежать такого будущего, ради того, чтобы защитить Стеллу, я сколько угодно раз поставлю на кон собственную жизнь.
К счастью, точная дата и время его нападения намертво врезались мне в память.
Пока ещё неизвестно, сбудется ли сон в точности, но... если сунешься — пеняй на себя.
Пришибу на месте.
— Пришли!
— Ну-ну, не стоит так сильно шуметь.
Итак, в качестве первого шага для подготовки к встрече с демоном мы пришли в оружейную лавку в ближайшем городе.
Чтобы сражаться с демоном, нужно соответствующее оружие.
А те дешёвые тупые железки для охоты на мелких монстров, что есть у нас в деревне, разлетятся вдребезги с первого же удара, на том всё и кончится.
Одолеть демона подобным оружием под силу разве что пробудившейся Стелле или Святому воину.
Мне же такое не светило, будь я хоть на пике своих сил из сна.
Поэтому сегодня я пришёл купить оружие, которым можно охотиться на демонов.
Недавно у нас были дни рождения, так что под предлогом покупки праздничных подарков нас двоих и свозили в город.
Сопровождать нас вызвался отец Стеллы.
Мои батя с матушкой приехать не смогли — у них там возникли кое-какие мелкие неприятности по хозяйству в поле.
Впрочем, я и не был против.
Даже наоборот, такой выбор сопровождающего был мне только на руку.
Отец Стеллы — добродушный с виду дядька, чья изюминка крылась в слегка отступившей линии роста волос, и по нему было видно, что если Стелла пустит в ход своё фирменное клянченье, он вполне может немного раскошелиться.
А мне останется только примазаться.
Впрочем, даже если сложить выданные мне деньги на подарок, финансовую поддержку дяди и прихваченные с собой карманные сбережения, средств всё равно катастрофически не хватало.
На эту сумму можно было купить разве что дешёвую тупую железку.
Оружие ведь стоит дорого.
А значит, целиться нужно было в уценённый товар с подвохом, который отдавали за бесценок, по цене металлолома.
— Папа! Купи мне вон тот магический меч!
— Э-э, ну нет... С папиной зарплатой это вряд ли выйдет...
Краем глаза наблюдая, как Стелла ставит дядю в тупик, я принялся бродить по лавке.
Что бы там ни казалось со стороны, в умении выбирать оружие я был вполне уверен.
Пусть всё это и держалось исключительно на знаниях из сна.
Во сне, поклявшись отомстить, я раз за разом изводил себя безрассудными тренировками, из-за чего и оружие у меня изнашивалось быстро.
До тех пор пока в одном лабиринте я не встретил своего верного напарника на всю оставшуюся жизнь, я только и делал, что доламывал клинки и менял их как перчатки.
Иными словами, у меня была масса возможностей подержать в руках самое разное оружие.
Положившись на отточенное тогда чутьё, я непременно вытяну счастливый билет и найду отличный клинок!
Хотя, конечно, найти такую удобную вещицу, как мастерский клинок, продающийся за гроши, не так-то про...
— Есть?!
Нашёлся!
Мой взгляд зацепился за небольшую катану, сиротливо лежавшую в углу лавки.
Оружие, которое куда короче обычной катаны, — разновидность клинков, именуемая кодати.
Взяв его в руку и обнажив из ножен, я почувствовал, как ладно он ложится в ладонь.
Более того, это острое покалывание, исходящее от самого лезвия, — безошибочный признак знаменитого, выдающегося клинка.
Сейчас он был ещё великоват для моего тела, но к 10 годам наверняка придётся в самый раз.
И цена этому кодати — подумать только, всего одна золотая монета!
Даже у дяди занимать не придётся: денег на подарок ко дню рождения и карманных сбережений хватит тютелька в тютельку.
Слишком уж дёшево.
— Господин продавец. А почему эта катана такая дешёвая?
— М? А, говорят, ею пользовался мечник редкой школы парных клинков, где сражаются обычной катаной и кодати. Этот мечник вроде как погиб в лабиринте, а отряд авантюристов, подобравший его вещи, принёс их нам на продажу. Обычную катану купили сразу, а вот кодати мало кто пользуется, да и примета это дурная, так что он один остался лежать мёртвым грузом, ну и цену на него постепенно сбрасывали.
— Вот как.
Такой ответ я получил, стоило мне расспросить крутившегося неподалёку молодого продавца, похожего на подмастерье.
Что ж, примета и впрямь скверная.
Пусть в порядке вещей считать, что всё найденное в лабиринте принадлежит нашедшему, но когда тебя без малейших колебаний продают, а потом ещё и твоего напарника сразу забирают, пока ты сам скатываешься до распродажи за бесценок... Тут к предсмертной обиде прежнего владельца впору прибавиться ещё и обиде самого клинка.
Авантюристы и солдаты, каждый день рискующие жизнью в бою, на удивление суеверны в таких вещах.
Неудивительно, что он залежался на прилавке.
Мне же на подобное было плевать.
Главное, чтобы оружие было крепким и годилось в дело, а всё остальное — вопрос десятый.
В конце концов, мой верный напарник из сна, прошедший со мной до самого конца, и вовсе был проклятым клинком со стихией тьмы.
— Я покупаю. Рассчитайте меня, пожалуйста.
— Э-э... Ты правда его берёшь? Странно слышать такое от продавца, но я бы не советовал, знаешь ли.
— Никаких проблем.
Выложив на прилавок все имевшиеся при себе деньги до последней монеты, я заполучил мастерски выкованный кодати с дурной славой и подвохом.
На клинке было выгравировано имя — «Онрёмару», Мстительный Дух.
Звучало как чистой воды ирония.
И всё равно покупка вышла отличная.
К слову, Стелле, которой кроме того магического меча ничего больше не приглянулось, быстро наскучило в лавке, и она преспокойно перебралась в ресторанчик напротив, где уже вовсю уплетала обед.
Мало того что бросила меня одного, так ещё и с невозмутимым видом уминала такую вкуснотищу прямо на глазах у человека, спустившего все карманные деньги, — ну и наглость.
— Дай откусить разок!
— Не хочу! И вообще, э-э-это ведь получится непрямой поцелуй!
Да какое мне дело!
Хоть силой отберу, но съем!
Так между нами едва не разгорелась ожесточённая битва за еду, но дядя, которого Стелла перед этим силком утащила за руку с собой, угостил обедом и меня, так что на этот раз мы объявили перемирие.
Считай, легко отделалась.
И спасибо вам, дядя.
Этой доброты я не забуду.
◆◆◆
Закончив со всеми делами, мы отправились в обратный путь из города.
— Я сейчас быстренько в кустики сбегаю. Тебе разве не надо за компанию?
— Домогательство!
— Гха?!
Обменявшись такими репликами и переживая за свой мочевой пузырь, который едва не лопнул от её сокрушительного удара под дых, я отошёл от них двоих, свернул с тракта и углубился в лес.
И стоило мне только справить нужду, как я нос к носу столкнулся с тем, кого никак не ожидал здесь увидеть.
— Гр-р-р!..
Глухо рыча, на меня в упор смотрел гигантский волк-монстр — Одинокий волк.
Самый сильный монстр в окрестностях нашей деревни.
Тварь такого уровня, что прогнать её удавалось лишь с грехом пополам, если против неё выходили разом все вооружённые взрослые.
Во сне я смог в одиночку одолеть такого лишь незадолго до того, как услышал весть о гибели Стеллы.
Разумеется, ребёнку в одиночку с таким противником не справиться.
Случайно нарваться на него именно в тот момент, когда отошёл по нужде, — это уже не просто невезение, это нечто за гранью.
— Гра-а-а!
Впрочем, мне это было даже на руку.
Испытаю-ка я в деле своего нового напарника.
Приняв меня за лёгкую добычу, Одинокий волк бросился вперёд, целясь клыками.
Согнувшись в поясе, я ушёл от его челюстей и, словно проскальзывая у него между лап, подался вперёд, попутно вонзая Онрёмару прямо в шею Одинокого волка.
От инерции собственного рывка шея Одинокого волка распоролась, и из раны хлынула кровь.
— Къяун?!
Вот только мелковато вышло.
Жёсткая шкура помешала лезвию войти глубоко.
Как ни используй инерцию чужого рывка, детской силёнки всё равно не хватало, чтобы разрубить такую тварь.
Даже наоборот: то, что я вообще сумел нанести ему хоть какой-то урон, уже говорило о невероятной остроте Онрёмару.
И прости уж, что схватился за рукоять, не помыв руки.
— Гар-р-р!..
Однако, получив урон всухую, Одинокий волк мигом растерял всю свою беспечность.
Признав во мне не добычу, а врага, он разорвал дистанцию и принялся выжидать момент для удара.
— Гау!
И, выбрав отличное мгновение, со всей дури обрушил на меня когтистую лапу.
Удар в полную силу, ни по скорости, ни по мощи не идущий ни в какое сравнение с недавней попыткой укусить.
Под такой попадёт даже обладатель благословения, если окажется зелёным новичком и потеряет бдительность.
И уж тем более это была не та атака, с которой мог справиться 7-летний ребёнок без благословения.
Но именно поэтому сейчас настал лучший шанс опробовать этот приём в реальном бою.
— Меч убийцы сильнейших.
Среди приёмов искусства фехтования, созданного для того, чтобы убивать сильных, оставаясь слабым, — искусства, которое я во сне довёл до предела ради мести сильнейшему врагу, Владыке демонов...
— Первый клинок —
Семь смертоносных мечей, сделавших меня убийцей сильнейших.
Я пустил в ход первый из этих тайных приёмов.
Смертоносный меч, являющийся одновременно и основой всего, и конечной вершиной.
— Текучее лезвие.
Этот тайный приём снёс голову Одинокого волка с плеч, оборвав его жизнь одним ударом.
Уж не знаю, какая там у волков мимика, но отделившаяся от туловища и упавшая на землю голова, казалось, так и застыла с яростным оскалом и жаждой атаки — словно в доказательство того, что зверь даже не понял, что произошло, когда его разрубили.
Не теряя бдительности и оглядывая окрестности, я убрал клинок в ножны.
Проба клинка прошла с оглушительным успехом.
Мне удалось и тайный приём в деле испытать, а главное — одолеть Одинокого волка в детском теле.
Я определённо рос.
Если продолжу развиваться в том же духе, то, пожалуй, смогу дать бой даже демону.
Одно то, что я сумел в этом убедиться, — уже огромный улов.
Вознося благодарность и безмолвную молитву за упокой Одинокому волку, принёсшему мне столь богатую добычу, я поволок его тушу с собой, чтобы потом продать когти, клыки и шкуру; увидев это, Стелла сделала самодовольное лицо и заявила: «Как и ожидалось от моего соперника!», — а вот дядя впал в ступор.
Впрочем, даже пребывая в глубоком шоке, дядя тут же отчитал меня: «В таких случаях нужно первым делом звать на помощь!»
— а заодно прямо на месте принялся разделывать Одинокого волка.
Одинокий волк стал ценным источником дохода для нашей семьи и семьи Стеллы, а волчатина пошла нам на перекус.
Во всех смыслах вышло знатное угощение.
◆◆◆
Вот так, время от времени попадая в разные переделки и переживая всякие события, мы и проводили день за днём.
Время пролетело в одно мгновение, и нам исполнилось по 10 лет.
Этот год — год судьбы.
И битва наперекор этой судьбе наконец-то вот-вот должна была начаться.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…