Глава 14. Таверна Бейл
«Не факт, что я смогу раздобыть такие деньги».
Я спустился по лестнице следом за работорговцем.
«Не извольте беспокоиться. Я слышал, вы убили разбойников. Стало быть, только за вчера и сегодня у вас должно было появиться двести или триста тысяч наров».
Похоже, работорговец довольно точно оценил моё финансовое положение.
Четыреста двадцать тысяч наров — не с учётом ли этого он назвал такую цену?
Даже если так, если товар уникальный, остаётся только соглашаться на цену продавца.
Но есть кое-что, чего работорговец не знает.
До позавчерашнего дня у меня не было ни одного нара в этом мире.
«Даже с учётом этого не хватает».
«Всё непременно будет хорошо».
Откуда такая уверенность?
Я пошёл за работорговцем и вернулся в ту самую комнату.
Сейчас у меня было два способа заработать деньги в этом мире.
Первый — упорно сидеть в лабиринте.
Если предположить, что один выпавший предмет можно продать за сто наров, то, собрав сотню за день, получишь одну золотую монету. За десять дней — сто тысяч наров.
Честно говоря, маловато.
Заячий мех стоил двадцать наров, так что средние сто наров — это оптимистичная оценка.
Неизвестно, смогу ли я убить сотню зверей за день. Да и не факт, что после сотни убийств выпадет сотня предметов.
Все убитые мной монстры оставляли по одному предмету, но вряд ли они всегда одинаковые.
У сильных монстров и предметы должны быть редкостными, но вот смогу ли я справиться с сильным монстром — ещё вопрос.
Второй способ — убивать разбойников и получать награду.
За двух разбойников назначено около ста шестидесяти тысяч, так что можно заработать примерно столько же.
Наверное, отсюда и уверенность работорговца.
Психологическое сопротивление было.
Когда я сражался у деревни, я думал об этом как об игре, да и была причина — самооборона.
Убивать людей ради денег, когда не то чтобы умираешь с голоду, — как-то это неправильно.
К тому же был вопрос, найдутся ли разбойники за эти десять дней.
Помимо этих двух способов можно было бы использовать знания с Земли, оценку или приумножить имеющиеся деньги, но конкретных идей не приходило.
Может, что-то и придумалось бы, но за такой короткий срок, как десять дней, это было бы трудно.
«Если войти в лабиринт, можно заработать?»
Сразу же, усевшись на диван, я спросил работорговца.
Нужно было собирать информацию, не вызывая подозрений.
«Много не заработать, но деньги получаются стабильно. К тому же можно рассчитывать на крупный куш».
«Хм».
Ну да, так и есть.
Раз он говорил, что много не заработать, значит, на одних обычных выпадающих предметах много не выйдет.
«Предметы скупают в гильдии исследователей или гильдии авантюристов. Если найдётся тот, кому предмет особенно нужен, могут выкупить и дороже».
«Гильдия, значит».
«Гильдия исследователей — это здание с жёлтой вывеской, второе справа, если выйти на главную улицу и перейти на ту сторону. Гильдия авантюристов — на западе, за центром города. Они друг с другом не в ладах».
Значит, гильдия авантюристов и гильдия исследователей враждуют.
И профессия «исследователь» тоже существовала.
«Понял».
«Есть ещё вариант — охотиться на тех, за кого назначена награда».
Похоже, работорговец мыслил примерно так же, как и я.
«Наверное».
«Не очень-то рекомендую, но деньги это принесёт».
«А что не так?»
«Видите ли, гильдия охотников за головами есть только в столице империи».
«Охотник за головами…»
Вот, значит, какая бывает профессия.
Я мысленно вызвал настройку профессии.
Когда я что-то украл, я стал разбойником, а когда занялся сельским трудом — получил профессию фермера. Может, и за получение награды что-то дали бы?
Но ничего не появилось.
«Говорят, чтобы стать охотником за головами, нужно долго набираться опыта воином».
«Вот как».
Думаю, у профессий были условия получения.
Например, воин 10-го уровня.
«Даже с такой силой всех не защитишь. Для разбойников охотник за головами — враг, которого нужно устранить в первую очередь. Если построить гильдию охотников за головами где-то ещё, кроме столицы, её быстро разгромят».
С точки зрения разбойников, охотник за головами — ненавистный враг.
И раз так, его, естественно, попытаются устранить.
Возможна и месть.
Я ведь уже убил разбойников — со мной-то всё будет в порядке?
«Если слишком много заработать на наградах, станешь целью».
Значит, охоту на разбойников не советовали не потому, что убийство — это плохо.
Убивший будет убит.
Похоже, это было простое правило этого мира.
«Именно так. К тому же награды редко бывают по-настоящему большими, если только их не назначают те, у кого разбойники убили родных, — иначе они несоразмерны риску».
Выходит, награда за тех разбойников, которых я убил у деревни, могла быть особенно высокой именно поэтому.
Хотя работорговец довольно точно оценил мой доход.
В любом случае, убийство разбойников — это крайняя мера.
Сначала лучше заработать в лабиринте.
«Понял. И последнее: я хочу задержаться в этом городе на некоторое время. Не подскажешь, где остановиться? Хотелось бы не слишком дорого, но так, чтобы можно было спать спокойно и не бояться за свою безопасность».
«Таверна Бейл, что на юго-западной стороне круговой площади в центре города, — это постоялый двор, которым управляет гильдия странствующих постоялых дворов».
«Хм. Схожу туда».
Что такое гильдия странствующих постоялых дворов, я не знал, но раз управляет гильдия, значит, можно доверять.
Я встал.
План определился, и задерживаться здесь дольше было незачем.
«Тогда я буду ждать вас через десять дней».
Работорговец проводил меня, и я вышел из здания.
Солнце стояло ещё высоко.
Если улицы этого города были строго ориентированы по сторонам света, то я немного сместился к западу. Судя по всему, время было чуть за полдень.
Сначала я вышел на главную улицу.
Перешёл дорогу, второй дом справа — зашёл в гильдию исследователей.
Исследователь, 17-й уровень.
Ага. Профессия «исследователь», похоже, существовала.
В гильдии в глубине стояла стойка, всё выглядело как сельское почтовое отделение.
На стене со стороны улицы было что-то расклеено.
Внутри было несколько человек. Один как раз клал поклажу на стойку.
«Примите это».
«Скупка, да».
Сотрудник обслуживал через стойку.
Прислушиваясь краем уха, я направился к доске с объявлениями.
…Не мог прочитать.
Что-то было написано, но что — непонятно.
Интеллект-карта показывала иероглифы, а здешние буквы, похоже, были другими.
То ли гильдия исследователей особенная, то ли интеллект-карта особенная.
«Эй, парень, читать-то не умеешь?»
Ко мне кто-то обратился.
Девушка примерно моего возраста.
Селянка, 2-й уровень. Не примерно — ровесница.
«Ага».
«Могу почитать. Шесть минут за десять наров».
Вот оно что.
В мире с низкой грамотностью была и такая подработка.
Чтец на заказ.
«Давай».
Я снял рюкзак, достал из кисета десять медных монет.
Не знал, много это или мало — десять наров.
Скидка в тридцать процентов тут явно не действовала.
Раз это плата тому, кто умеет читать, может, и дороговато.
«С вас причитается».
За стойкой сотрудник в глубине отсчитывал клиенту деньги.
По одним словам не поймёшь, что и за сколько он продал. Похоже, он был довольно осторожен.
Если отдать крупную сумму, могли и нацелиться.
Я протянул девушке десять наров.
Лицо у неё было довольно милое. Грудь — из-за той мешковатой одежды — не разглядеть.
В любом случае Роксанна лучше.
«Тогда до тех пор, пока эти часы не опустеют. Договорились?»
Она показала песочные часы, прикреплённые к поясу, и перевернула их.
Оказывается, всё было довольно строго.
Впрочем, я бы не удивился, если бы те часы опустошались за пять минут.
Даже если так, сколько ни жалуйся, мне вряд ли ответили бы, что пять минут по земному времени — это шесть минут в этом мире.
«Договорились».
«Тебе какая-то информация нужна? Или, может, продать что-то хочешь?»
Спросила она.
Даже если она так спрашивала, я ведь не знал, какая информация есть на этой доске.
«Ну, например, есть ли тут заячий мех».
«Заячий мех, значит».
Она потянулась и по очереди просмотрела объявления.
«Прошу».
«Вот эти. Заячий мех — Биккер из деревни Сомар, мастерская Дасиэль. Эти два».
Она показала пальцем.
Биккер из деревни Сомар — это тот торговец, что помогал мне вчера и сегодня.
Староста тоже велел продавать деревенскому торговцу. Видимо, он и в обычное время скупал заячий мех.
А тут он расклеил объявления в гильдии, рекламируя, что скупает дороже.
Интересно, как это читалось, чтобы получилось «Биккер из деревни Сомар».
«Цена покупки тут не указана?»
«Цена — в два раза выше, чем скупочная цена гильдии».
Вот как.
Значит, гильдия скупала заячий мех по десять наров за штуку.
На одних обычных выпадающих предметах много не заработать.
«А заячье мясо?»
«Продукты, думаю, возьмёт какая-нибудь харчевня. У тебя много?»
«Ага».
Понятно.
Продукты — в харчевню, значит.
«Заказов на заячье мясо вроде нет».
Просмотрев доску, она обернулась.
«Всю»
— это было громко сказано, она просмотрела примерно три четверти.
Видимо, всё это были объявления о скупке предметов.
«А кроме скупки, какая тут ещё информация есть».
«Вот тут — набор исследователей, а тут — информация о лабиринтах. Два дня назад рядом с этим городом появился лабиринт. Ты ведь знаешь».
Работорговец говорил, что незнакомцам трудно собраться в отряд, но, оказывается, и наборы велись.
Правда, условия могли быть так себе.
«И что за наборы?»
«А какие тебе нужны?»
«Прочитай с самого первого».
«Рыцарский орден маркиза Негильбы, от 70-го уровня, в основном перевозка грузов, подробности при встрече. Это работа для стариков — перевозка».
Что-то не очень понятно.
Это не набор в отряд, выходит?
«Дальше».
«Рыцарский орден виконта Кустофа, перевозка грузов, восемьсот наров за десять дней. Сплошь такое».
«Хм».
Восемьдесят наров в день.
Судя по её тону, работа была не из лучших.
«Отряд воинов барона Дастонии, перевозка грузов, тысяча двести наров за десять дней, но без питания».
«Понятно».
Раз у нижних платили больше, значит, у верхних питание включено.
Расходы на еду — четыреста наров за десять дней, сорок наров в день.
Раз уж отдельно указано, что питания нет, возможно, в этом мире питание включено по умолчанию.
Раз говорилось «рыцарский орден», значит, служба будет на посту или в гарнизоне.
Возможно, с проживанием и питанием.
Я сравнил верхнее и нижнее объявления.
Одинаковые знаки — наверное, «перевозка грузов».
Вот эти.
Что-то не очень понятно.
Пока я так размышлял, шесть минут истекли.
«Время вышло. Как будешь решать? Ещё что-нибудь нужно?»
Похоже, песок в часах весь высыпался.
«Спасибо, было полезно».
«Ну, пока!»
Она махнула мне рукой, и я вышел из гильдии.
Пожалуй, полезнее было бы, если бы она шесть минут учила меня читать, но раз это её источник дохода, неизвестно, согласилась бы она.
Я направился к центру города.
Она сказала «на юго-запад», значит, за постом рыцарского ордена.
Вон то здание, что ли.
Оно было в самой середине города, так что, наверное, и плата за постой высокая.
Но безопасность того стоила.
У меня с собой было тридцать три золотые монеты. Останавливаться где попало нельзя.
Я зашёл в постоялый двор.
Не роскошный, но опрятный.
То ли холл, то ли ресторан — было расставлено множество столов. За ними никто не сидел.
Время было не такое, чтобы были гости? В мире, где нет обеда.
«Добро пожаловать».
Когда я подошёл к стойке, из глубины раздался голос.
Странствующий постоялый двор, 28-й уровень.
Оказывается, была и такая профессия.
Вышел мужчина лет тридцати. Одет так же небрежно, как и я.
Похоже, это был не какой-то особо роскошный отель.
По деньгам мне это было даже на руку.
«Можно остановиться надолго?»
«В лабиринт собираешься?»
«Да».
Раз лабиринт нашли, постояльцев, приехавших ради него, наверное, прибавится.
Сейчас как раз начинался горячий сезон.
Были ли свободные комнаты?
«Одноместный номер или общая комната?»
«Одноместный».
Тут были и общие комнаты.
Прямо как ночлежка в эпоху Эдо.
Учитывая уровень культуры, может, так и должно быть.
Но ради безопасности делить комнату с другими постояльцами было нельзя.
«Какой класс номера?»
«Обычный. Дорогой мне не по карману».
«Ужин как? Можно заказывать отдельно, но если включить, выйдет со скидкой».
«Сколько?»
«Шестьдесят наров. Если заказывать ужин в нашей столовой, выйдет от восьмидесяти до ста. Впрочем, если поищешь, найдёшь и подешевле».
Если судить по сорока нарам в день на еду в рыцарском ордене, то как-то дороговато.
Хотя цены на еду бывают самые разные, и раз дороже — значит, лучше, так что в пределах допустимого.
Я приехал из Японии, и вряд ли выдержал бы на минимальной еде, на которой тут выживали.
Искать, где поесть подешевле, тоже было морокой. А если вернулся на постоялый двор — тут же и поел, это очень удобно.
«Тогда с ужином».
«У нас постоялый двор гильдии странствующих постоялых дворов. Проверим твою интеллект-карту, не возражаешь?»
«Без проблем».
Проверка, чтобы не пускать подозрительных постояльцев.
Удобно.
«Вот как».
«Кстати, не пускают только разбойников?»
«А что ещё?»
«Да нет. Ну, в общем, да».
Рабы и аристократы, похоже, проходили.
«А, ну да. Из полулюдей бывают горные разбойники, из зверолюдей — морские пираты. Ещё поговаривают, что разбойник, накопивший жестоких деяний, становится лютым разбойником. Мне лютых разбойников видеть не доводилось, но. Этих тоже, вообще-то, не пускаем».
«Понятно».
У разбойников, выходит, была и высшая профессия.
«Самый дешёвый одноместный — двести шестьдесят наров, ужин — шестьдесят, и, хм, раз ты на длительном постое, то для тебя двести двадцать четыре за ночь. Плата вперёд, но можно и за один день».
Двести шестьдесят плюс шестьдесят — триста двадцать. Триста двадцать минус тридцать процентов — двести двадцать четыре.
Скидка в тридцать процентов действовала.
«Понял».
Я снял рюкзак, достал кисет.
«Есть будешь в столовой у входа. Завтрак включён в плату за проживание. Официально — с тридцати минут после восхода. Обычно можно поесть и пораньше. Ужин — с вечера, последний заказ за тридцать минут до заката. Тут всё строго по времени. Опоздаешь — не поешь. Смотри не опаздывай. Свет в столовой горит только два часа после заката».
«Принято».
Я положил на стойку четыре серебряные и сорок восемь медных монет.
Чувствовал себя мелочным, но раз можно указать количество дней, лучше разбить на короткие промежутки и посмотреть, как пойдёт.
И медяков хотелось поубавить.
Был риск потерять весь кисет, так что я заплатил за лишний день.
Мужчина из постоялого двора пересчитал монеты.
«За два дня. Получил. Тогда давай руку».
«Хм».
«Воля духа, что течёт неиссякаемо, напев разума, что дышит неустанно, интеллект-карта, откройся».
Я протянул левую руку перед мужчиной.
Это было куда рациональнее, чем вписывать в книгу постояльцев.
«Так, хорошо?»
«Ага. Митио Кага, значит».
На интеллект-карте должно было быть написано иероглифами «Кага Митио», но как он понял, что фамилия стоит первой?
«Верно».
«Тогда я провожу тебя в комнату, идём».
Мужчина вышел из-за стойки.
Мой рюкзак он, похоже, нести не собирался.
«Хм».
Я пошёл за мужчиной.
Поднялись на два пролёта. Комната, судя по всему, была на третьем этаже.
«Если пойдёшь в лабиринт, продукты можем скупать мы. Слишком много не надо, но для меню какое-то количество нужно».
«Вот как».
«Если захочешь горячей воды обтереться, скажи, когда вернёшься. Вода — двадцать наров. Принесём в комнату после ужина, заберём утром. Если нужен фонарь, аренда — десять наров. Масла примерно на час. Можешь доливать своё, но смотри, не устрои пожар».
«Буду осторожен».
Пока он давал все эти мелкие пояснения, мы, похоже, дошли.
Мужчина отпер дверь ключом.
«Вот сюда».
«Ого».
Комната представляла собой вытянутый прямоугольник, примерно в десять татами, однушка.
Сразу у входа — шкаф, рядом кровать, за кроватью — стол и один стул. В стене за стулом — деревянное окно.
Неплохая комната.
Что же тогда было в доме старосты?
Хотя она была бесплатной.
«Нижняя полка в шкафу запирается, и у нас используется скрывающий цемент, но ты всё равно не оставляй ценности. За ценностями следи сам. Днём раз в день заходит уборщица. Если есть посуда, договорись с ней в это время. Когда выходишь — сдавай ключ. Номер комнаты — триста одиннадцать».
Мужчина из постоялого двора показал ключ и положил его в шкаф.
«Понял».
«Ну, приятного отдыха».
Мужчина ушёл.
Я сел на кровать.
Не особо мягкая, но и не жёсткая.
Неплохая кровать.
Я снял рюкзак, выложил вещи.
Тренировочный костюм можно было оставить в комнате. Староста говорил, что он ценный, но вряд ли его украдут, и не так уж я буду переживать.
То же самое с дешёвыми кожаными ботинками.
В рюкзак я положил два кисета с деньгами и один мешочек с наградой за разбойников.
Поколебавшись, медный меч тоже убрал в шкаф.
Я занимался кэндо, так что двуручным мечом мне удобнее, но в бою я всё равно достану Дюрандаль.
А для повседневного ношения на поясе лёгкий скимитар удобнее.
Я посмотрел и на ключ от комнаты.
На нём было что-то написано. Наверное, номер комнаты.
Две чёрточки рядом — это, наверное, единица.
Ну что ж, сидеть тут без дела смысла не было.
Схожу-ка я в лабиринт.
Я встал и надел рюкзак.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…