Глава 81. Лагуна (Намёк)
Прохладная вода кристально чистой лагуны мягко плескалась о берег, сверкая, как стекло, под палящим солнцем.
Оберин стоял у кромки воды, сначала молча. Затем он начал раздеваться — медленно и обдуманно, уверенно, так, что это казалось скорее представлением, чем необходимостью. Когда он стянул рубашку через голову и позволил влажной ткани соскользнуть со спины, он поиграл подтянутыми мышцами, красуюсь перед Эзрой.
Его бледная кожа блестела от пота в тёплом солнце, стройное тело — худощавое и рельефное.
Эзра уставился. Он не мог с собой поделать — нефилим был произведением искусства, которое напрашивалось на восхищение.
Оберин оглянулся через плечо, поймав его взгляд. «Ты идёшь? Или так и будешь стоять и таять?»
Эзра не ответил. Он уже стягивал свою рубашку через голову.
Они разделись догола, и Оберин протянул руку к руке Эзры. Он позволил своему человеку вести себя, их пальцы переплелись, пока они приближались к озеру.
Они вошли в воду вместе. Она оказалась холоднее, чем ожидалось — шокирующий поцелуй для кожи, перехвативший дыхание и сорвавший с них обоих общий, нервный смешок. Мягкий, сладкий смех, от которого весь остальной мир померк.
Вода мгновенно оживила их — успокоив часы похода под жарким солнцем.
Оберин нырнул под поверхность и вынырнул с прилипшими к лицу волосами, вода стекала с его груди серебряными лентами. Он выглядел эфемерным. Нереальным. Словно рождённым из самой воды — не будь его огненной натуры.
Вода была как раз такой высоты, чтобы прикрывать пах Эзры — чуть выше на более низком Оберине. Они без стыда позволяли друг другу разглядывать себя.
Эзра подплыл к нему, притянутый, словно гравитацией, к лунному фейри. Его кончики пальцев скользнули по ключице Оберина. «Не думаю, что когда-нибудь привыкну к тому, какой ты красивый, Оби».
Оберин склонил голову, на губах играла застенчивая улыбка. «Ты всегда говоришь что-то в этом роде».
Эзра поцеловал его — медленно, осознанно, таким поцелуем, что на вкус был как солнечный свет и тихие обещания. Их тела прижались друг к другу под поверхностью, грудь к груди, сердцебиение к сердцебиению. Вода колыхалась вокруг них, окутывая рябью, словно сама лагуна стала частью объятий.
Оберин скользнул вдоль Эзры, чтобы встать прямее, трение их тел в воде послало волны предвкушающего удовольствия через них обоих.
Оберин прошептал у губ Эзры: «Ты тёплый».
Эзра улыбнулся. «Ты всегда это говоришь», — повторил он. «Даже в холоде ты обжигаешь меня. Это ты всегда горячий».
Говоря это, он игриво прикусил губу.
Оберин рассмеялся — мягко, с придыханием — прежде чем покрыть поцелуями челюсть Эзры, его горло, его плечо. Каждое прикосновение было лёгким, как пёрышко, благоговейным.
Руки Эзры двинулись ниже, исследуя спину Оберина под водой, очерчивая линию его позвоночника, словно тропу, которую он уже знал наизусть.
«Я никогда не хотел ничего так, как жажду этого», — сказал Оберин, его голос был низким, дрожащим, словно он не привык произносить эти слова вслух. «Это больше, чем просто желание. Ты мне нужен. Словно моя история теряет смысл без тебя в ней. Словно... я правда просто...»
Голос нефилима затих, когда он потерялся в своих мыслях.
«Это как ты сказал, в нашу первую встречу, когда мы познавали друг друга. Я чувствую, что моё тело принадлежит тебе так же, как и мне. И я просто хочу, чтобы ты... наслаждался каждой его частичкой».
Эзра не ответил сразу. Он взял лицо Оберина в ладони, проведя большим пальцем по его мокрой коже. Их взгляды встретились. Ни шуток. Ни усмешек. Только правда между ними.
«Оби, ты лучше любого сна или фантазии, что у меня были», — пробормотал Эзра. «Правда. Если честно, мне трудно хотеть делать что-то ещё, зная, как сильно ты тоже это любишь. Так легко потеряться в тебе. Проводить каждый день... вот так».
Его пальцы скользнули по линии позвоночника Оби ещё ниже, гладя и исследуя — для худощавого парня у Оби была идеальная упругая попка.
Эзра не мог дождаться, когда однажды вскоре раздвинет её... даже если сначала ему придётся выйти из зоны комфорта.
Он подвёл Оберина к краю лагуны, где гладкий камень поднимался чуть ниже поверхности. Солнечный свет ловил капли, стекающие по их коже, когда Эзра сел, а Оберин опустился на колени на мелководье перед ним, вода поднималась ему до груди.
Они снова соприкоснулись — мягче и медленнее. Руки повсюду — скользили по бёдрам и ляжкам, пальцы задерживались в местах, от которых они оба вздрагивали. Никакой спешки. Никакого голода. Только преданность. Только боль двух людей, пытающихся запомнить каждый дюйм друг друга, прежде чем мир позовёт их обратно.
Оберин подался вперёд, губы касались кожи Эзры — его грудины, его живота, каждый поцелуй вырывал новый вздох из лёгких Эзры. Вода льнула к ним, как вторая кожа, солнце золотило их плечи.
Пальцы Эзры зарылись во влажные волосы Оберина, и на мгновение они оба замерли. Оберин поднял на него взгляд из-под полуприкрытых век — золотистый и светящийся.
«Позволь мне позаботиться о тебе», — сказал он.
Эзра кивнул. Его не нужно было уговаривать. «Пожалуйста».
Руки Оберина двигались с намерением — знающие, но нежные. Он исторгал из Эзры вздохи, словно молитвы.
Это не заняло много времени — размеренные движения Оби были для Эзры мастерскими. Он точно знал, как доставить удовольствие своему человеку. Старательно и не отводя взгляда ни разу, Оберин выжал Эзру досуха.
Эзра опустился на камень, запыхавшийся и разбитый. Оберин прильнул головой к его груди, пальцы лениво выводили узоры на его боку.
Некоторое время они оба молчали. Водопад шептал за них.
«Когда будешь готов», — сказал наконец Оберин, его голос едва громче тумана, — «мы можем продолжить путь. Но... я думаю, я хочу остаться так ещё ненадолго».
Эзра провёл рукой по волосам Оберина и поцеловал его в макушку.
«Мы не уйдём, пока я не поклонюсь каждому твоему дюйму. Я сделаю всё идеально», — прошептал он.
И когда солнце в небе достигло зенита, они остались там — переплетённые и тёплые в прохладной воде, а остальной мир держал на расстоянии звук падающей воды.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…