Глава 13. Ромашка
Мы направились в нижний город.
Рудофил шагал по его улочкам на удивление уверенно, словно бывал здесь не раз.
— Вот мы и пришли.
Он остановился перед какой-то лавкой. У входа выстроилась длинная очередь — должно быть, заведение пользовалось огромной популярностью.
— Это булочная со сладкой выпечкой. Мне очень хотелось попробовать её вместе с тобой, Бренда.
Вот оно что. Но раз уж он называл нашу вылазку «чем-то плохим», значит, дело тут не только во вкусе — наверняка есть какой-то подвох.
В предвкушении я встала в очередь, и мы принялись непринуждённо болтать.
— Как твои занятия? Успеваешь за программой? …Впрочем, о тебе, Бренда, в этом плане можно не беспокоиться.
— Что вы, спасибо за заботу. Пока всё хорошо.
— …И, кажется, у тебя появилась хорошая подруга.
В ответ на слова Рудофила я с улыбкой кивнула.
— Да.
— С тех пор как вы подружились, ты, Бренда, словно ожила.
Миран — очень дорогая мне подруга. Время, проведённое с ней, приносит столько радости, что я даже жалею, почему мы не сблизились раньше.
Когда я сказала об этом, улыбка Рудофила стала ещё теплее.
— Найти человека, о котором можешь так сказать, — большая редкость, так что береги эту дружбу.
— Да.
…Как раз в этот момент подошла наша очередь.
— …Ух ты.
— Правда ведь, впечатляет? — горделиво улыбнулся Рудофил.
Сладкие булочки на витрине аппетитно блестели глазурью. Они выглядели так красиво и источали такой дивный аромат, что сразу становилось понятно, откуда здесь взялась очередь.
— Но больше всего я рекомендую вот эту.
Рудофил указал на довольно неприметную с виду булочку. Казалось, она просто обсыпана сахаром.
Но раз уж Рудофил её советует, она наверняка безумно вкусная.
— Тогда я тоже возьму её.
Мы устроились в отведённом при лавке уголке и принялись за еду.
Стоило мне откусить кусочек, как во рту разлился сочный вкус масла и в меру сладкого сахара.
— ! …!!
Что это такое? Невероятно вкусно!
Я до того увлеклась, что принялась уплетать булочку за обе щёки, и Рудофил при виде этого хитро усмехнулся:
— Их жарят в масле, так что, если слишком увлекаться, можно растолстеть.
На миг я задумалась, не остановиться ли мне. Ну уж нет, устоять перед такой восхитительной выпечкой попросту невозможно!
— …Хе-хе. Чувствуешь вкус запретного плода?
— Да. Очень даже.
Вообще-то, покупая сладкую выпечку, уже заранее приходится мириться с тем, что она слишком сытная. И всё же у этой булочки определённо был вкус греха.
Но от этого она казалась ещё вкуснее.
◇ ◇ ◇
Перекусив вместе с Рудофилом, мы пошли бродить вдоль всевозможных уличных лотков.
— О, та лавка всё ещё на месте.
— Заглянем?
Лавка, в которой он когда-то купил мои нынешние серьги, по-прежнему работала.
Там продавались серьги, ожерелья и другие украшения в виде разнообразных цветов.
Кстати, сейчас на мне были серьги в форме ромашек.
— Все такие чудесные.
Но лучше всех, конечно же, те, что подарил мне Рудофил. Когда я сказала ему об этом, он радостно рассмеялся.
Пока мы вдвоём разглядывали товар, к нам обратился продавец:
— О, молодой человек, вы всё-таки смогли их вручить! Ну и славно, как я рад.
Всё-таки… вручить?
— …Да, вроде того.
В отличие от сияющего продавца, Рудофил ответил весьма уклончиво. Что это с ним?
Я озадаченно склонила голову набок, и Рудофил не мог этого не заметить, но, так ничего толком и не объяснив, увёл меня прочь от лавки.
◇ ◇ ◇
— Спасибо вам за сегодняшний день.
— Что ты, это тебе спасибо за компанию.
Мне было очень весело.
Когда я поблагодарила проводившего меня до ворот женского общежития Рудофила, он, словно вспомнив о чём-то, достал из кармана свёрток с печеньем.
— …Заключим сделку?
Под сделкой Рудофил наверняка подразумевал случай у той лавки с украшениями.
Похоже, он не хотел, чтобы я допытывалась, почему продавец знает его как постоянного покупателя.
Должно быть, у Рудофила есть кто-то, кому он хочет подарить украшение оттуда.
Во мне боролись любопытство и детское чувство собственничества — обида от нелепой мысли, будто у меня отняли двоюродного брата. Но…
— Хорошо.
Видеть страдальческое выражение на лице Рудофила мне не хотелось куда больше.
Когда я кивнула, на его лице отразилось сложное чувство — смесь облегчения и чего-то ещё.
Впрочем, уже в следующий миг это выражение скрылось за его привычной улыбкой.
— Спасибо.
Мы разломили печенье пополам и съели. Сегодня оно было со вкусом чёрного чая.
— Сделка заключена. Никаких расспросов, — в один голос произнесли мы и на этот раз окончательно попрощались.
Печенье со вкусом чёрного чая немного горчило.
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…