Глава 122. Замысел Цансюя
Великий домен Цансюй, центральный дворец владыки.
Восседавший в главном зале владыка Цансюй безучастно смотрел на коленопреклонённого мужчину и ровно произнёс:
— Ты знаешь, что нужно делать?
Мужчина внизу дрожал всем телом. Всего несколько шичэней назад он был лишь новорождённой душой, бездумно блуждавшей по землям Цансюя, однако стоявший перед ним седовласый человек, которого называли владыкой, пробудил его память о прошлой жизни и дал понять, что он попал в ад. Столь непостижимые и таинственные методы повергли его в неописуемый ужас.
Сейчас он даже помыслить не смел о сопротивлении, до смерти боясь, что его бросят на Восемнадцать ярусов ада терпеть вечные муки.
Услышав вопрос Цансюя, мужчина поспешно распластался на полу:
— Господин владыка даровал мне новую жизнь, ничтожный раб непременно приложит все силы, чтобы исполнить волю владыки!
— Ступай. Я даю тебе шанс вернуться. Справишься с этим делом — щедро награжу!
В глазах Цансюя, смотревшего на распростёртого мужчину, мелькнула решимость.
......
Опустилась ночь, зажглись первые огни города.
Вдалеке взвыли полицейские сирены, а следом послышались беспорядочные шаги и глухой лай служебных собак — звуки стремительно приближались.
Капли моросящего дождя непрерывно били по телу Цинь Юя. Привалившись к углу стены заброшенной больницы, он тяжело дышал, а в глазах его застыло неверие.
Мелкие бисеринки пота вперемешку с кровью стекали по лбу, губы на бледном лице слегка дрожали.
Всё произошедшее за эти полдня казалось Цинь Юю каким-то кошмарным сном, но реальность была слишком очевидной — настолько, что от неё стыла кровь в жилах.
Он машинально повернул голову и посмотрел в другой конец заброшенной больницы. Там, куда не доставал взгляд, сгущалась мутная тьма, заставлявшая нервы Цинь Юя натягиваться до предела.
Подождав немного, Цинь Юй наконец облегчённо выдохнул. Его тело сползло по стене на пол, сознание начало мутиться, а мысли снова унеслись на полдня назад.
......
Всего полдня назад Цинь Юй закончил работу и, как обычно, вернулся в жилой комплекс, где снимал квартиру вместе со своим лучшим другом У Хао, уже выпустившимся из университета, собираясь поужинать.
Однако, когда он постучал, дверь открыл вовсе не У Хао, а высокий, смуглый и худощавый мужчина лет тридцати с козлиной бородкой.
Они смотрели друг на друга несколько секунд, после чего смуглый худой мужчина первым улыбнулся:
— Вернулся? Заходи скорее.
Он пришёл к себе домой, а дверь ему открыл незнакомец.
Да ещё и бросил это странное «вернулся». Хотя Цинь Юй и удивился про себя, особого значения он этому не придал.
Тогда Цинь Юй решил, что этот человек, должно быть, гость его лучшего друга У Хао.
Но стоило ему боком протиснуться в прихожую, как он тут же почувствовал неладное.
В квартире стояла мёртвая тишина: телевизор выключен, обеденный стол пуст, на кухне тоже ни звука, шторы на всех окнах задёрнуты — безмолвие в доме казалось каким-то неестественным.
Это совершенно не походило на обстановку, в которой принимают гостей.
Ведь обычно, когда Цинь Юй возвращался вечером домой, его сосед У Хао всегда накрывал полный стол еды и ждал его прихода, а сейчас всё вокруг выглядело крайне подозрительно.
Подумав об этом, Цинь Юй ощутил тревогу. Он машинально позвал: «А-Хао», — и шагнул было к спальне друга.
В этот момент за спиной Цинь Юя раздался голос мужчины с козлиной бородкой.
Окликнув Цинь Юя, направлявшегося к спальне, он распахнул дверь кабинета и указал внутрь:
— Иди сюда, У Хао здесь.
Цинь Юй машинально обернулся и заглянул в кабинет, но при виде открывшейся картины его зрачки резко сузились.
У Хао был крепко привязан к компьютерному креслу, рот заклеен скотчем, тело мелко дрожало, а в глазах, устремлённых на Цинь Юя, плескался дикий ужас.
Цинь Юй мгновенно понял: он нарвался на квартирных грабителей.
В университете Цинь Юй посещал кое-какие курсы по криминологии и прекрасно понимал, что в подобной ситуации ни в коем случае нельзя давать слабину. Иначе, если этот отморозок в итоге решит убрать свидетелей, покорность приведёт лишь к тому, что они оба лишатся жизни.
При этой мысли он крепко сжал кулаки, собираясь броситься вперёд, врезать смуглому худому мужчине в висок и быстрым натиском скрутить его.
Но стоило Цинь Юю сделать шаг, как всё его тело одеревенело.
Глядя в чёрное дуло пистолета, Цинь Юй почувствовал, как внутри всё оборвалось. Он никак не ожидал, что у этого бандита при себе окажется огнестрельное оружие.
Мужчина с козлиной бородкой тем временем подошёл к У Хао, сорвал скотч с его рта, а левой рукой вытащил из-за пояса трёхгранный армейский штык-нож.
— Сяо Хао, если дядя пырнёт тебя этой штукой, кровь вытечет за полчаса, и никто тебя не спасёт.
Услышав это, У Хао побелел как полотно и тут же обратился к Цинь Юю:
— Брат Юй, делай, как говорит мой дядя! Он не плохой человек, он нас не убьёт.
Встретившись с полным ужаса и мольбы взглядом У Хао, Цинь Юй снова покосился на пистолет в руке бородача.
Теперь Цинь Юй понимал, что право выбора уже не за ним.
У Хао снова заговорил:
— Дядя, сколько тебе нужно денег? Я всё отдам! Клянусь, мы не заявим в полицию.
Бородач лишь ухмыльнулся в ответ и промолчал, а затем взял верёвку и подошёл к Цинь Юю.
Ловя на себе яростный взгляд парня, он принялся связывать его, приговаривая:
— Не дёргайся. Получу деньги — и отпущу вас.
Из этих слов Цинь Юй более-менее уяснил суть происходящего.
Этот тип с козлиной бородкой, судя по всему, приходился У Хао старшим дядей, а мотивом налёта были деньги.
Вот только он не понимал, почему бородач выбрал мишенью собственного племянника.
Впрочем, именно поэтому Цинь Юй и поверил, что тот не станет их убивать.
Связав Цинь Юя, бородач поволок его в спальню и швырнул на кровать.
Чтобы парень не вырвался, он вдобавок привязал его руки и ноги к краям кровати.
Вскоре бородач вернулся с несколькими рулонами скотча и ещё в несколько слоёв намертво обмотал Цинь Юя.
Но и этого ему показалось мало: он заклеил скотчем глаза Цинь Юя, а затем принёс полиэтиленовые пакеты и примотал их скотчем к его ушам, желая лишить парня ещё и слуха.
— Какая жалость, совсем ведь молодой!
Прежде чем слух Цинь Юя окончательно оказался отрезан от мира, до него донёсся вздох бородача, от которого сердце болезненно сжалось.
Из глубины души поднялся ледяной холод и разлился по всему телу.
Цинь Юй инстинктивно попытался вырваться, но путы были настолько тугими, что он не мог пошевелиться ни на миллиметр.
Когда дверь комнаты закрылась, в наступившей тишине страх внутри Цинь Юя начал разрастаться, а из-за нарушенного кровообращения руки и ноги вскоре онемели.
Всё погрузилось во тьму. Он не мог ни слышать, ни видеть, ни говорить...
Стоило слегка покачать головой, как в ушах, закрытых полиэтиленовыми пакетами, раздавался шорох, похожий на капанье воды.
В голову Цинь Юя полезли мрачные мысли. В воображении всплыла картина того, как трёхгранный штык пробивает его сердце, а сам он падает в лужу крови и бьётся в агонии.
А в конце кровь сворачивается, и труп начинает медленно разлагаться.
Этот незримый ужас терзал Цинь Юя, а время тянулось так долго, словно ему не было конца...
......
Неизвестно, сколько прошло времени, когда пребывавшего в забытьи Цинь Юя выдернул в реальность грубый рывок.
Он смутно почувствовал, что кто-то развязывает верёвки, крепившие его к изголовью кровати, но радости это не принесло: столь грубые движения явно не принадлежали спасателям.
Как Цинь Юй и предполагал, стоило верёвкам ослабнуть, его грубо поволокли наружу.
Из-за застоя крови руки и ноги не слушались, так что сопротивляться он почти не мог.
Чувствуя, что грядёт нечто ужасное, Цинь Юй попытался ухватиться за что-нибудь поблизости, чтобы затормозить.
Но в следующее мгновение голову пронзила острая боль, и сознание провалилось во тьму.
Очнувшись вновь, Цинь Юй обнаружил, что лежит весь в крови посреди заброшенной больницы, а тот самый тип с козлиной бородкой стоит под тусклой жёлтой лампой и со странным выражением лица что-то чертит на полу.
С трудом приподнявшись, Цинь Юй повернул голову и посмотрел в сторону.
Как он и думал, рядом в изорванной одежде и весь в крови лежал У Хао.
— Что ты вообще творишь? Тебе же нужны были деньги, я отдам...
Цинь Юй не успел договорить — бородач взмахом руки оборвал его.
Присмотревшись в тусклом свете, Цинь Юй заметил, что бородач держит ведро из-под краски и то и дело макает туда руку.
Казалось, он выводил на полу какой-то узор.
В нос ударил слабый запах крови. Вспомнив о ранах на собственном теле и на теле У Хао, Цинь Юй мгновенно понял, что именно плещется в том ведре.
Каким бы глупцом он ни был, сейчас до него наконец дошло: этому типу с козлиной бородкой вовсе не нужны деньги — он преследовал совсем иную цель.
Однако тело Цинь Юя настолько ослабло, что у него не было сил даже подняться на ноги; дай ему сейчас волю — он не пробежал бы и пары шагов.
В этот момент У Хао тоже медленно пришёл в себя, но по сравнению с Цинь Юем он выглядел куда слабее.
На мертвенно-бледном лице не осталось ни кровинки, взгляд был пустым и остекленевшим — состояние его казалось крайне скверным.
— Господин, я закончил. Что мне делать дальше?
— внезапно бородач выпрямился и заговорил сам с собой.
Никто ему не ответил, но лицо бородача становилось всё более странным.
Спустя мгновение он тяжело кивнул и перевёл взгляд на Цинь Юя и У Хао.
— Дядя, что ты задумал? Если нужны деньги, я всё отдам, только отпусти нас, — в слабом голосе У Хао послышались рыдания.
— Сяо Хао, ты же знаешь, твой дядя — заядлый игрок, всю жизнь был конченым человеком. Но сейчас передо мной замаячил шанс всё изменить — разве я могу его упустить?
Тут бородач внезапно осёкся:
— Ах да, вообще-то твоего дядю ещё месяц назад забили до смерти за карточные долги...
От этих слов по спинам Цинь Юя и У Хао пробежал мороз, а волосы встали дыбом.
В глазах бородача полыхнул пугающий ледяной блеск, и он двинулся к ним.
Сердце Цинь Юя захлестнуло отчаяние. Неужели ему и правда суждено погибнуть от рук этого безумца?
Подойдя вплотную, бородач сперва схватил за запястье У Хао, а другой рукой вцепился в волосы Цинь Юя и поволок обоих туда, где стоял до этого.
Оказавшись под светом лампы, Цинь Юй с ужасом обнаружил, что у них под ногами свежей кровью начертан зловещий узор формации.
Затащив парней в самый центр узора, бородач рванул на себя левую руку У Хао, выхватил из-за пояса трёхгранный штык-нож и с силой полоснул по коже.
Хлынула кровь, густыми каплями падая на пол.
Глядя на это, и У Хао, и Цинь Юй погрузились в пучину отчаяния.
Бессильно распластавшись рядом, Цинь Юй мог лишь беспомощно смотреть, как из У Хао капля за каплей уходит жизнь.
Он попытался забиться, оказать хоть какое-то сопротивление, но удар ногой снова опрокинул его на пол, и подняться он уже не смог.
От стремительной кровопотери У Хао потерял сознание. Когда бородач выпустил его руку, парень обмяк на полу, перестав подавать признаки жизни.
— Твоя очередь!
В глазах бородача мелькнул кровожадный багровый отблеск. Он схватил лежащего Цинь Юя и точно так же вскрыл ему запястье.
— Зачем... зачем ты это делаешь?
— слабо прошептал Цинь Юй.
Смерть дышала в лицо, но он не хотел умирать в неведении.
— Что до тебя, то тебе просто не повезло. Вообще-то мне нужна была только жизнь Сяо Хао, потому что у него особенная душа. А ты? Просто оказался не в том месте не в то время, хотя и от тебя будет кое-какой прок.
В голосе бородача звучало возбуждение, словно он предвкушал нечто невероятное.
Сознание Цинь Юя начало постепенно гаснуть.
Сквозь пелену перед глазами он смутно увидел, как начертанная кровью формация засветилась багровым сиянием, и из неё один за другим стали подниматься свирепые призрачные силуэты...
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…