Глава 6. Часть 2. Могу я полить его водой?
Выражение лица Ян Сыюй тоже перестало казаться таким уж непостижимым.
Вытащив иглу из стены и аккуратно проделав несколько дырочек в крышке бутылки, Чун Ли надел маску и вышел из палаты.
После того как он на себе испытал ужасающую способность Последовательности 009 «Лик Добра и Зла», его стало гораздо меньше волновать, насколько аморальными будут его дальнейшие действия.
Войдя в лифт, Чун Ли внимательно изучил список отделений по этажам и спустя мгновение нажал кнопку «F34 — Неврология».
Пациенты в вегетативном состоянии, скорее всего, находились именно в этом отделении.
Хотя в душе он и твердил, что ему всё равно, но когда он действительно вышел из лифта и увидел табличку с надписью «Стационар неврологического отделения», ему стало немного страшно.
Такие шутки даже в чёрном юморе — это уровень, когда после смерти сам Сатана побоится тебя принять! А уж тем более сейчас, когда он собирался воплотить это в жизнь!
— Амитабха… Амитабха…
Всю дорогу к палатам Чун Ли бормотал это себе под нос.
— Я хочу выжить… Я хочу выжить… Это не ради розыгрыша, не ради чёрного юмора! Будда, видишь… Бодхисаттва, храни…
По пути Чун Ли прошёл мимо нескольких молоденьких медсестёр, которые смотрели на него странными взглядами.
Бормотать «Амитабха» в больнице само по себе не было чем-то необычным, но вот такого молодого парня, как Чун Ли, они видели впервые.
Вскоре Чун Ли толкнул дверь первой палаты.
Внутри оказалась пожилая пара с совершенно седыми волосами.
Старик тихо лежал на больничной койке, на лице у него была маска аппарата ИВЛ, а руки и ноги, торчащие из-под одеяла, от долгого лежания заметно атрофировались.
Старушка же, смочив полотенце в горячей воде, обтирала тело старика и что-то тихо шептала ему на ухо.
Услышав звук открывающейся двери, старушка подняла голову и посмотрела на Чун Ли:
— Ты…
— А! Ошибся дверью, извините!
Встретившись взглядом с глазами старушки, полными прожитых лет и горечи, Чун Ли опустил голову, поклонился и, развернувшись, тут же вышел из палаты.
Да как тут можно такое сделать! Старики, прожившие душа в душу всю жизнь, и неизвестно, когда их разлучит смерть.
А сейчас войти и полить старику голову водой?
Да это же просто скотина какая-то!
Даже ради спасения собственной жизни на такое не пойти!
Пробормотав про себя десять тысяч раз «простите», Чун Ли направился к другим палатам.
Но и в следующих нескольких палатах ситуация была примерно такой же, как у той пожилой пары.
То были тяжело больные старики, то рыдающие родители, ухаживающие за своими детьми, то дети, присматривающие за престарелыми родителями.
Даже десять тысяч раз прочитав «Амитабха», Чун Ли не мог уговорить себя войти и полить воду на голову пациента.
И только когда он дошёл до конца коридора и толкнул дверь последней палаты, увиденное внутри снова придало ему смелости.
На больничной койке лежал здоровенный мускулистый мужчина, всё тело которого было покрыто татуировками.
А рядом с его кроватью сидела группа здоровяков, от которых так и веяло убийственной аурой.
Каждая молекула воздуха в этой палате кричала Чун Ли: «Они — якудза».
Раз уж все они выглядели как отъявленные злодеи, то прежнего чувства вины у Чун Ли поубавилось.
— Здравствуйте?!
Чун Ли шагнул в палату и, подняв руку, очень вежливо спросил.
— Вжух!
Ряд убийственных взглядов разом уставился на него.
— В чём дело?
— Один из них, похожий на мелкого главаря, нахмурившись, поднялся и с угрожающим видом подошёл к Чун Ли.
— Э-э, я пришёл выразить соболезнования! Вот, подарок!
Чун Ли приподнял коробку с молоком, которую держал в руках, а затем посмотрел на татуированного мускулистого мужчину на кровати:
— И… можно мне полить его водой?
Глава подготовлена специально для сайта Nove.
Комментарии к главе
Обсуждение главы на Nove.
Загрузка…